ставропольский государственный университет

На правах рукописи

ДОБРЫНИНА ЕЛЕНА НИКОЛАЕВНА

ВЛИЯНИЕ ПСИХОТИПОЛОГИЧЕСКИХ

ХАРАКТЕРИСТИК ЛИЧНОСТИ

НА ОСОБЕННОСТИ ИЗУЧЕНИЯ

ИНОСТРАННОГО ЯЗЫКА

19.00.01 - общая психология, психология личности, история психологии

(психологические науки)

Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук

Научный руководитель:

Доктор психологических наук, профессор О.А. Ахвердова

Ставрополь - 2004

-2-ОГЛАВЛЕНИЕ

ОГЛАВЛЕНИЕ.................................. -2-

ВВЕДЕНИЕ..................................... -4-

Глава 1. ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ОСНОВА ВЗАИМОЗАВИСИМОСТИ КОНСТИТУЦИОНАЛЬНО-ПСИХОТИПОЛОГИЧЕСКИХ ОСНОВ ЛИЧНОСТИ И ОСОБЕННОСТЕЙ ИЗУЧЕНИЯ ИНОСТРАННОГО ЯЗЫКА-12

1.1        Предпосылки формирования конституционально-
психотипологического подхода к изучению иностранного языка...... -12 -

1.2        Генезис проблемы способностей.................................................... - 20 -

1.3        Современные представления об аномальной личностной изменчивости.
      -39-

1.4        Психотипологические характеристики личности............................ - 44 -

 

1.4.1.         Циклоидный тип акцентуации личности.................................. -46 -

1.4.2.         Истероидный тип акцентуации личности................................. - 49 -

1.4.3.         Эпилептоидный тип акцентуации личности............................. - 53 -

1.4.4.         Шизоидный тип акцентуации личности................................... - 59 -

Глава 2. МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ........................ - 65 -

2.1        Состав групп обследованных.......................................................... - 65 -

2.2   Психологические методики экспериментальных исследований..... - 68 -

2.3        Методы математического непараметрического анализа результатов
психологического исследования........................................................... - 77 -

2.4   Материалы психолого-педагогической дифференциальной диагностики
      -79-

Глава 3. ОСОБЕННОСТИ УСВАИВАНИЯ ИНОСТРАННОГО ЯЗЫКА В

ЗАВИСИМОСТИ ОТ ПСИХОТИПОЛОГИЧЕСКОЙ СТРУКТУРЫ
ЛИЧНОСТИ.............................................................................................. -81-

3.1        Предпосылки формирования успешного обучения в зависимости от
психотипологической структуры личности.......................................... - 81 -

3.2   Характеристика представителей циклоидного психотипа и степень
успеваемости по изучаемому иностранному языку.............................. - 85 -

3.2.1.   Феноменологическая психологическая характеристика студентов
с циклоидным психотипом личности................................................ - 85 -

3.2.2.       Экспериментально-психологическая характеристика
результатов исследований студентов с циклоидной структурой
личностного психотипа..................................................................... - 88 -

3.3  Характеристика представителей истероидного психотипа и степень
успеваемости по изучаемому иностранному языку.............................. - 96 -

-3-

3.3.1.    Феноменологическая психологическая характеристика студентов
с истероидным психотипом личности.............................................. - 96 -

3.3.2. Экспериментально-психологическая характеристика результатов
исследований студентов с истероидной структурой личностного
психотипа........................................................................................ -102 -

3.4 Характеристика представителей эпилептоидного психотипа и степень
успеваемости по изучаемому иностранному языку........................... -111 -

3.4.1.    Феноменологическая психологическая характеристика студентов
с эпилептоидным психотипом личности........................................ -111 -

3.4.2. Экспериментально-психологическая характеристика результатов
исследований студентов с эпилептоидной структурой личностного
психотипа........................................................................................ -118 -

3.5 Характеристика представителей шизоидного психотипа и степень
успеваемости по изучаемому иностранному языку........................... -128 -

3.5.1.         Феноменологическая психологическая характеристика студентов
с шизоидным психотипом личности.............................................. -128 -

3.5.2.         Экспериментально-психологическая характеристика результатов
исследований студентов с шизоидной структурой личностного
психотипа........................................................................................ -132 -

ВЫВОДЫ............................................................................................... -148 -

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ...................................................................... -150 -

-4-ВВЕДЕНИЕ

Психодиагностика является эффективным инструментом оптимизации профессиональной деятельности как отдельного человека, так и целого об­щества (Лейтес Н.С., 1971; Леонтьев А.Н.,1975; Шадриков В.Д., 1996; Kelly G.A., 1955; Eysenck H.J., 1971; Witkin H.A., 1974). Изучение иностран­ного языка в ВУЗе является сложным многоступенчатым процессом, во мно­гом зависящим от личностно-характерологических, социально-информаци­онных, психолого-педагогических особенностей обучающихся, которые на­правлены на формирование профессионального уровня знаний и отношений. Психотипологические характеристики личности и индивидуальные стерео­типы поведения должны учитываться при формировании индивидуального стиля обучения студентов. Исследование личностно-характерологической структуры студентов помогает целенаправленно использовать сильные сто­роны характера и контролировать, укреплять слабые, что способствует гар­монизации личности во время учёбы, повышая эффективность овладения иностранным языком, оптимизируя педагогический процесс в целом.

По мнению Б.В. Овчинникова (2003), «совокупность наиболее устой­чивых психических качеств можно рассматривать с двух сторон - как психо­логический тип и как акцентуацию личности». Психологический тип ото­бражает разновидность конституциональной нормы, а акцентуации харак­тера и личности являются дополнительной характеристикой по отношению к типу, что помогает составить полный психологический портрет личности с выделением сильных и слабых сторон. С другой стороны, акцентуации ха­рактера, в формировании которых принимает участие генетический фактор, являются вспомогательным звеном в выборе индивидуального стиля поведе­ния, реагирования на окружающую ситуацию, что предопределяет успеш­ность обучения и овладения, в данном случае, иностранным языком (Лич-коА.Е., 1973).

С точки зрения И.В. Боева (1999), если акцентуированные черты ха­рактера в юношеском возрасте преобладают над личностными - «хочу над надо», то они препятствуют удовлетворительной социальной адаптации. В

-5-

случае преобладания личностных свойств над характерологическими наблю­дается оптимизация социальной адаптации, что должно позитивно влиять на обучение иностранному языку. Взаимодействие психотипологической струк­туры личности с позитивными или деструктивными социально-информаци­онными факторами в значительной мере определяет формирование индиви­дуального стиля поведения, обучения, адаптации и любой деятельности, со­вершаемой индивидом.

Представленные теоретические позиции указывают на необходимость рассмотрения зависимости успешности обучения и овладения иностранным языком от психотипологической структуры личности студента.

Цель исследования - изучить закономерности успешного или неус­пешного овладения иностранным языком от индивидуальных психотиполо­гических особенностей человека.

Объект исследования - человек как целостное системное образова­ние в субъектно-объектных отношениях в процессе получения высшего обра­зования.

Предмет исследования - закономерности индивидуального обучения иностранному языку в зависимости от конституционально-психотипологиче­ских характеристик личности.

Эмпирическая гипотеза исследования - все обучающиеся ино­странному языку студенты находятся в одинаковых социально-педагогиче­ских условиях. В то же время каждый индивид обладает определенным пси­хотипологическим набором свойств, которые, несомненно, влияют на фор­мирование индивидуального эффективного или неэффективного стиля овла­дения иностранным языком.

Теоретическая гипотеза исследования основана на эволюционно-конституциональном подходе к личностной индивидуальности, предполагая, что конституционально-психотипологические основы индивида детермини­руют психологическую, психическую, поведенческую структуру личности, которая, в свою очередь, влияет на особенности протекания адаптационных,

-6-

компенсаторных и мотивационных механизмов, лежащих в основе успеш­ного или неуспешного изучения иностранного языка. Задачи исследования:

1.  Провести экспериментально-психологическое изучение личност­
ных, психологических и поведенческих характеристик студентов, изучающих
иностранный язык.

2.                Выявить   взаимосвязь   между   психотипологической   структурой
личности студента и эффективностью усваивания иностранного языка, вос­
произведения полученной информации.

3.                Определить  взаимосочетания  патопсихологических  маркеров  у
представителей конкретного психотипа, способствующих наиболее успеш­
ному обучению иностранному языку.

4.                Разработать психологические   рекомендации для формирования
лингвистических групп, отличающихся оптимальным усвоением иностран­
ного языка.

Методологическую и теоретическую основы исследования соста­вили концепция отечественной психологии о сущности личности и ее психо­логической структуры, преемственности между биологическим и социаль­ным в психическом развитии, психическом как процессе (Рубинштейн С.Л., 1946; Ананьев Б.Г., 1966; Теплов Б.М., 1961, 1967; Леонтьев А.Н., 1975; Блейхер В.М., Крук И.В., 1986; Платонов К.К., 1972; Кузьмин Е.С., Зинченко В.П., 1996); континуально-генетическая концепция (Брушлинский А.В.); учение об акцентуированных личностях и акцентуациях характера (Лич-ко А.Е., 1983; Леонгард К., 1968, 2000; Ушаков Г.К., 1975); представления об индивидуальных поведенческих стереотипах (Братусь Б.С., 1988; Бе­лоус В.В., 1968, 1978; Брушлинский А.В., 1977; Дружинин В.Н., Кли­мов Е.А., 1968); концепция об аномальной личностной изменчивости и по­граничной аномальной личности как промежуточном диапазоне конститу­ционально-континуального пространства (Боев И.В., Ахвердова О.А., 1999).

Материалы и методы исследования

-7-

В соответствии с поставленной целью и задачами были подвергнуты экспериментально-психологическому и психолого-педагогическому анализу 193 студента мужского и женского пола в возрасте от 17 до 19 лет, обучаю­щихся на 2-3 курсах факультета романо-германских языков Ставропольского государственного университета. Обследование проводилось с 2001 по 2003 год. Для повышения достоверности исследования из всей субпопуляции об­следованных были исключены студенты с неудовлетворительной успеваемо­стью как по иностранному языку, так и по другим предметам.

В соответствии с классическими представлениями отечественных и зарубежных авторов о конституциональной психологии всех обследованных студентов, обучающихся иностранному языку, дифференцировали в зависи­мости от конституционально-психотипологической структуры личности на представителей четырёх психотипов, которые составили группы испытуемых для экспериментально-психологического анализа. Определение психотипо­логической принадлежности позволяет осуществить дифференцированный подход к испытуемым на индивидуальном и групповом уровне. Использова­ние принципов конституциональной психологии предоставляет возможность проводить не сплошной анализ результатов экспериментально-психологиче­ских исследований студентов, а основываться на методологической базе, ко­гда успешность или неуспешность в овладении иностранным языком веро­ятностно зависит от структуры психотипологических особенностей лично­сти. Анализировалась успеваемость студентов в зависимости от их располо­жения в конституционально-континуальном пространстве от диапазона пси­хологической нормы-акцентуации до диапазона пограничной аномальной личности (ПАЛ) и далее до диапазона патологической психической консти­туции (психопатии) (Боев И.В., 1999). Первая группа включала 59 (31%) об­следованных с циклоидной структурой личностного психотипа, вторая - 63 (33%) с истероидной структурой, третья - 46 (24%) с эпилептоидной и чет­вертая - 25 (13%) обследованных с шизоидной структурой личностного пси­хотипа.

-8-

Для осуществления экспериментально-психологической дифферен­циации испытуемых по психотипологической структуре личности был ис­пользован патохарактерологический диагностический опросник (ПДО) для подростков (Личко А.Е., 1977).

Экспериментально-психологическое исследование основывалось на применении стандартного набора методик, представленных 17 психологиче­скими показателями: клинический опросник для выявления и оценки невро­тического состояния (Яхин К.К., Менделевич Д.М., 1978); определение уров­ня невротизации и психопатизации (УНП) по методике, предложенной Н.Б. Ласко и И.М. Тонконогим (1976); методика Айзенка (Eysenck H.J., 1963); Шкала Тейлор (Тау1ог J., 1953), выявляющая общий уровень личност­ной тревожности.

У обследованных, принадлежащих к конкретному личностному пси­хотипу, была определена степень выраженности следующих 17 психологиче­ских показателей: реакция эмансипации, шкалы психологической склонности к алкоголизации и к делинквентному поведению, показатель возможной ор­ганической природы (минимальной мозговой дисфункции), показатель муже­ственности и женственности, шкалы вегетативных и обсессивно-фобических нарушений, астении, истерического типа реагирования, невротической де­прессии, ситуативной тревоги, невротизации, психопатизации, экстра-интро-версии, нейротизма, конституциональной тревоги.

Все полученные результаты были проверены непараметрической ста­тистикой, в частности дискриминантным анализом, что дало основание соот­нести их с психолого-педагогическими характеристиками обследованных студентов.

Дальнейшее исследование предполагало распределение студентов по степени стабильности-нестабильности индивидуальной успеваемости на три подгруппы: а) с отличной, б) с хорошей, с) с удовлетворительной успеваемо­стью по иностранному языку. Сведения об успеваемости были представлены преподавателями университета с выделением приоритетных методов усваи­вания информации (вербальные, невербальные) и стилей воспроизведения

-9-

(коммуникативный, некоммуникативный) полученной информации. Таким образом, представители каждого психотипа были ранжированы по степени успеваемости.

С помощью компьютерной программы непараметрического статисти­ческого дискриминантного анализа (Ступак С.Ф., Боев И.В., 1979), про­граммного обеспечения фирм StatSoft и Microsoft результаты обследованных в подгруппах были достоверно дискриминированы в трехмерном простран­стве, что позволило выделить психологические маркеры дифференциальной диагностики между сравниваемыми подгруппами и определить непосредст­венный вклад каждого маркера в процентном выражении в процесс психоло­гической дифференциации.

Для определения вероятностной взаимозависимости между конститу­ционально-психотипологическими особенностями личности и степенью ус­певаемости по изучаемому иностранному языку; определения наиболее эф­фективного метода усваивания и воспроизведения полученной информации; выявления особенностей формирования индивидуального стиля обучения были исследованы корреляционные взаимосвязи.

Достоверность и надежность полученных результатов обеспечива­лась репрезентативностью первичного материала, использованием стандарт­ного комплекса апробированных методов психологического исследования, применением методов непараметрической математической статистики при обработке результатов исследования, представительностью выборок и сис­темностью исследовательских процедур в структуре экспериментально -психологического сравнительного метода исследования. Основные научные результаты получены лично соискателем.

Научная новизна и теоретическая значимость исследования

Представлена психологическая феноменология и статистически дос­товерная личностно-характерологическая изменчивость студентов факуль­тета иностранных языков от психологической нормы-акцентуации до прояв­лений пограничной аномальной личности, формирующихся в деструктивных социально-информационных  условиях  новейшего  исторического  периода

-10-

России. Продемонстрирована на экспериментально-психологическом мате­риале и доказана возможность личностно-характерологической изменчиво­сти студентов под влиянием информационно-стрессовых факторов совре­менной социально-педагогической среды обитания. Впервые эксперимен­тально подтверждено влияние психотипологических характеристик лично­сти на особенности изучения иностранного языка. Представлена взаимозави­симость индивидуального стиля обучения от психотипологических характе­ристик личности, развития психологической дезадаптации и личностной де­компенсации в условиях пребывания в деструктивной, социально-ин­формационной среде.

Практическая значимость работы

Результаты настоящего исследования имеют существенное значение для науки, практической психологии, педагогики и лингвистики. В настоя­щем диссертационном исследовании эмпирически установлены и экспери­ментально подтверждены принципиальные отличия психотипологической структуры студентов, относящихся к конституциональному диапазону пси­хологической нормы-акцентуации и представителей пограничной аномаль­ной личности, что отражается на степени овладения иностранным языком. Выявлена зависимость между психотипологической структурой личности студентов и степенью успеваемости по иностранному языку. Определены психотипологические критерии и факторы формирования индивидуального стиля овладения иностранным языком. Установлено, что психологические и личностные изменения, детерминированные неблагоприятным социально-информационным стрессовым воздействием, приводят к аномальной измен­чивости психологических, личностных и поведенческих характеристик сту­дентов, что препятствует полноценной самореализации, нарушая индивиду­альный стиль овладения иностранным языком, препятствуя хорошей успе­ваемости.

Апробация и внедрение результатов исследования. Материалы диссертации представлялись на 45-й научно-методической конференции «Университетская наука - региону» (Ставрополь, 2000); на ме-

-11-

ждународной научной конференции «Классическое лингвистическое образо­вание - в современном мультикультурном пространстве» (Москва - Пяти­горск, 2004); на V межрегиональной межвузовской научно-практической конференции «Вузовская наука из настоящего в будущее» (Кисловодск, 2004); на Всероссийской научной Internet - конференции «Пути становления субъекта в информационном обществе» (Ставрополь, 2004); на межрегио­нальной научно-практической конференции «Актуальные проблемы социо-гуманитарных знаний» (Пятигорск, 2004); а также на заседаниях кафедры клинической психологии Ставропольского государственного университета, на совместных заседаниях кафедры психотерапии и медицинской психологии факультета последипломного образования и Клиники пограничных состоя­ний Ставропольской государственной медицинской академии (Ставрополь, 2002, 2003).

Положения, выносимые на защиту:

1.     Эффективность усваивания иностранного языка и воспроизведе­
ние полученной информации зависит преимущественно  от индивидуальной
структуры личностного психотипа.

2.       Успешность или неуспешность в усвоении иностранного языка де­
терминирована в значительной мере конституционально-психотипологиче­
ской структурой личности.

3.       Формирование индивидуального стиля освоения иностранного язы­
ка обнаруживает коррелятивные взаимосвязи с    конституционально-пси­
хотипологическими особенностями личности.

-12-

ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ОСНОВА ВЗАИМОЗАВИСИМОСТИ КОН­СТИТУЦИОНАЛЬНО-ПСИХОТИПОЛОГИЧЕСКИХ ОСНОВ ЛИЧНОСТИ И ОСОБЕННОСТЕЙ ИЗУЧЕНИЯ ИНОСТРАННОГО ЯЗЫКА

1.1 Предпосылки формирования конституционально-психотипологи­ческого подхода к изучению иностранного языка

В переломные моменты общественного развития происходят очень серьезные сдвиги в системе ценностей, в отношении к смыслу жизни, опре­делении своего места. В такие периоды исторического процесса возрастает значение индивидуального богатства человека. Это связано с возрастанием степени свободы человеческой личности, ее активности и самостоятельности в принятии решений, с ожиданием перемен индивидуализации человеческого бытия. На современном этапе результаты фундаментальных исследований в области дифференциальной психологии и психофизиологии открывают воз­можности перехода на следующую ступень - от изучения отдельных свойств нервной системы и элементарных психологических проявлений к изучению взаимосвязи технологий обучения и индивидуальных стратегий усвоения знаний, навыков, умений. Проблема индивидуально-психологических осо­бенностей все еще недостаточно разработана, и учение о них не нашло своего места в системе психологических знаний. Б.М. Теплов (1961) писал: «Приме­нение к жизни общих психологических закономерностей всегда должно опо­средоваться знанием индивидуальных различий. Без этого общие психологи­ческие закономерности становятся столь абстрактными, что их практическая ценность представляется сомнительной». Проблема индивидуальных разли­чий, как никакая другая, нуждается для своей разработки в привлечении зна­ний из нейробиологии, генетики, психофизиологии, антропологии. Никто не сомневается в том, что те особенности, которые отличают одного человека от другого, зависят не только от исторических и культурных условий онтоге­неза. Вместе с ними иногда сглаженно, иногда достаточно резко выступают биологический и генетический факторы. Если влияние первого сказывается на возрастном развитии, то второй, генетический, обнаруживается в осуще-

-13-

ствляемых человеком видах деятельности, в его общении с другими людьми, влияя на достижение успеха. Характер происходящей трансформации можно кратко выразить в утверждении, что феномен человеческой индивидуально­сти сегодня стал ощущаться и рассматриваться как особая реальность, суще­ствующая независимо от нашего знания о ней. Ранее существовавшие тен­денции переросли в широкое осознание того, что индивидуальность мало воспринимать только как некоторый особый образ и образец жизни. Призна­ние ценностно-духовного значения человеческой индивидуальности счита­ется по праву теоретическим резюме ее классического философского пони­мания, перешедшего до определенной степени в психологическую литера­туру и обыденное сознание. Анализируя философскую, психологическую, медицинскую литературу, легко обнаружить, что проблема «био - социо» ставится как соотношение либо биологического и социального, либо врож­денного и приобретенного, либо генотипического и средового.

В формуле «биологическое и социальное» неопределенно широк объ­ем первого понятия. Говоря о биологическом, исследователи имеют в виду широчайший спектр характеристик разного уровня: наследственно закреп­ленные конституциональные признаки, состояние здоровья, функциональ­ные, физиологические особенности различных систем человеческого орга­низма и многое другое. Нам представляется неверным простой перебор воз­можных точек зрения на столь неопределенно трактуемую проблему, а вто­рая формула представляется более четкой. Однако входящие в нее перемен­ные необязательно независимы. Врожденное может быть и приобретенным (например, во внутриутробном периоде), и вряд ли удастся разграничить врожденное и приобретённое в этом случае.

Поэтому третья формула - «генотипическое и средовое» представля­ется оптимальной. Она включает в себя два независимых понятия, имеющих в современной науке вполне четкое содержание и определенные методы ис­следования.

Проблема формирования человеческой индивидуальности в процессе развития имеет междисциплинарный характер и находится на стыке разных

-14-

научных направлений: психологии развития, психоморфологии, психогене­тики. Соотношение биологического и социального, врожденного и приобре­тенного, наследственного и средового в психике человека оказывает несо­мненное влияние на процесс самоактуализации личности.

В настоящее время предпринимаются усиленные попытки интегра­ции всех данных об онтогенезе человека с позиции системного подхода, раз­витие при этом интерпретируются как «процесс, протекающий на разных уровнях и включающий как макро-, так и микрогенетические изменения» (Ломов Б.Ф., 1984). Формирование целостной человеческой индивидуально­сти не может быть сведено к закономерностям развития одного иерархиче­ского уровня. Индивидуальные особенности, на каком бы уровне они ни про­являлись, не являются рядоположенными признаками, они находятся в слож­ной, иерархически соподчиненной системе отношений.

В последние годы появились данные о том, что интенсивное обога­щение окружающей среды, целенаправленное воздействие и тренировка сен­сорных и когнитивных функций могут ускорить темпы созревания орга­низма, вызвать более зрелые паттерны реагирования мозговых структур.

По современным представлениям, каждая стадия развития в онтоге­незе наступает в результате актуализации различных участков генома чело­века. Сформулирован временной принцип организации генетических систем, контролирующих развитие, и выделена специальная область исследования -«хроногенетика», направленная на изучение закономерностей развёртывания генетической программы во времени. Наряду с этим одним из основных кон­цептуальных положений психогенетики является утверждение о том, что ге­нотип может оказывать влияние на психологические признаки только через морфологический, физиологический и психофизиологический уровни, таким образом генетические факторы реализуют видовую программу развития, оп­ределяя на каждом её этапе соответствующий уровень созревания ЦНС, ко­торый создаёт предпосылки для появления психических новообразований (Марютина Т.М., Егорова М.С., 1997; Rosental R., 1979).

-15-

В развитии генотип выполняет двоякую функцию: он типизирует раз­витие и индивидуализирует его. Каждый человек с момента зарождения от­личается выраженной индивидуальностью, которая проявляется на уровнях организации. Фенотип этого психологического признака может являться ре­зультатом и особой генетической конституции, и уникального жизненного опыта.

Причины индивидуальных различий какой-либо психологической особенности должны достаточно определённо относиться к среде, или к ге­нотипу, или одновременно к тому и другому источнику реактивности.

По образному высказыванию американского психолога Гольдсмита, гены в ходе развития «включаются и выключаются». Из этого следует, что наследуемость генотипически одного и того же признака с возрастом может меняться, а также, не меняясь по величине, может определяться действием разных генетических факторов.

Объектом нашего исследования являются характеристики, по крайней мере, двух ведущих уровней в структуре индивидуальности: психофизиоло­гического и психологического. Исследовательская парадигма предполагает, что в ходе индивидуального развития эти два уровня находятся в состоянии постоянного взаимовлияния и взаимодетерминации. Кроме того, генотип может оказывать влияние на психическое развитие только через психофизио­логический уровень. Подавляющее большинство психофизиологических ха­рактеристик может проявляться у индивидов в той или иной степени на про­тяжении всей его жизни, это даёт основание предполагать влияние генотипа на индивидуальные особенности индивида.

По мнению М.С. Егоровой и Т.М. Марютиной, необходимо осозна­вать разницу между стабильностью и генетической обусловленностью, так как «психологические характеристики, демонстрирующие высокую стабиль­ность в процессе развития, необязательно связаны с генотипом и, наоборот, генетически обусловленные характеристики отнюдь не являются неизмен­ными».

-16-

В последнее время с появлением когнитивной психофизиологии ис­следованиям подвергаются не только суммарные поведенческие реакции ин­дивидуальных особенностей, «но и таких характеристик центральных про­цессов, которые на поведенческом уровне выделить невозможно».

Данные последних исследований свидетельствуют о том, что соот­ношение генетических и средовых компонентов в индивидуальных особен­ностях психофизиологических характеристик зависит от того, в какую функциональную систему данный признак включён. По мнению С.В. Малых, (1988) «генетические влияния слабее, если относительно элементарное дви­жение в комплексе мозговых потенциалов на фенотипическом уровне явля­ется целью действия, и сильнее, если - средством. Таким образом, на психо­физиологическом уровне намечается следующая закономерность: «соотно­шение генетических и средовых влияний в изменчивости принадлежащих к этому уровню зависит от механизмов их реализации. Чем выше в последних удельный вес специфически человеческих факторов, тем ниже доля генети­ческих влияний».

Средовые и генетические влияния на индивидуальные различия, про­являющиеся в психологических характеристиках, взаимодействуют, и прояв­ление этого взаимодействия проявляется в том, что одинаковые средовые ус­ловия развития будут более благоприятны для людей с одним генотипом и менее благоприятны для людей с другим. Предполагается, что процессу раз­вития соответствует смена типов гено-средовых корреляций от пассивных к активным.

Индивидуально-психотипологический подход является особым на­правлением практической и теоретической психологии. Применяя его, мы пытались конкретизировать значимость общечеловеческих закономерностей, обеспечивающих психическое и физическое здоровье, адаптивность, общую состоятельность личности. По мнению Б.В. Овчинникова (2003), «совокуп­ность наиболее устойчивых психических качеств можно рассматривать с двух сторон - как психологический тип и как акцентуацию личности». Пси­хологический тип отображает разновидность конституциональной нормы, а

-17-

акцентуации являются дополнительной характеристикой по отношению к типу, и обе эти характеристики помогают составить полное психологическое описание человека, отмечая сильные и слабые стороны его личности. Такой подход содержит все необходимые данные для оценки возможностей чело­века к адаптации и самореализации.

Интересна точка зрения В.Г. Тыльца (2003) о необходимости психо­логического сопровождения процесса обучения иностранному языку, кото­рый он рассматривает как «специфический процесс, требующий профессио­нальных знаний и активной позиции субъекта сопровождения как профес­сионала». По его мнению, профессиональная ориентация психологического сопровождения приобретает новое качество при обучении иностранным язы­кам - содержательную специфику высшего иноязычного образования, кото­рая проявляется в двух направлениях. С одной стороны, несомненный инте­рес представляет психологическая подготовка будущего специалиста, кото­рая включает все «проявления субъектно - личностного порядка, имеющие отношения к процессу и результатам освоения иноязычного лингвистическо­го опыта». С другой стороны, высокого уровня иноязычной компетенции можно добиться путём применения психолого-педагогических технологий эффективного обучения.

Овладение иностранным языком является достаточно сложным мно­гоаспектным процессом, включающим в себя комплекс личностных, соци­альных, психолого-педагогических особенностей, которые направлены как на развитие личности, так и на формирование языковой компетенции. Язы­ковая компетенция определяется адекватным владением языком в комму­никативной ситуации. На сформированность языковой компетентности не­сомненное влияние оказывает уровень развития иноязычных способностей, особенности процессов запоминания и воспроизведения, вербальная актив­ность, а также сфера психотипологических характеристик личности субъекта (Bolinger D., 1980; Gardner R., 1981). Современные студенты составляют в основном возрастную группу от 18 до 25 лет. В психологических классифи­кациях периодов жизни человека это возраст поздней юности, который ха-

-18-

рактеризуется сложностью психологических и когнитивных характеристик. По мнению С.Д. Смирнова, «этот период максимально благоприятен для обучения и профессиональной подготовки, так как именно в студенческом возрасте достигают максимума в своём развитии не только физические, но и психологические свойства, и высшие психические функции: восприятие, внимание, память, мышление, речь, эмоции и чувства». Исходя из системно­го представления об учебной деятельности, можно утверждать, что учащийся принимает решения на уровне регулирования, адаптации и самоорганизации. В возрасте поздней юности осознание мотивов, задач, способов и средств учебной деятельности приобретает качественно новые характеристики. Про­исходит рождение новых потребностей профессионального и жизненного самоопределения.

Целью обучения на факультете иностранных языков является фор­мирование профессиональной компетентности будущих специалистов, кото­рая включает в себя коммуникативный, психологический и методический аспекты данного понятия. К числу важнейших для изучения иностранного языка индивидуально-психологических свойств относятся: мотивационная готовность, волевые качества, способности к овладению иностранным язы­ком, среди которых наиболее значимыми являются вербальное мышление, вербальная память и речевой слух. В условиях обучения иностранным язы­кам в ВУЗе формирование познавательной потребности заключается в том, что преподавателю следует организовывать специальные условия, при кото­рых реализация потребности проходила бы в сопровождении положительных эмоций и с обязательным завершением работы ситуацией успеха, так как пе­реживания положительных эмоций приводит к закреплению предрасполо­женности и желанию выполнять предлагаемые учебные действия. Уровень профессиональной компетентности влияет на стремление личности к самоак­туализации.

Для успешной реализации стратегий личности при овладении ино­странным языком как особой формой деятельности субъекта необходимо определить характер соотношения успешности обучения с психотипологиче-

-19-

скими характеристиками личности. Необходимо задуматься о концентрации усилий по созданию благоприятных психологических условий, что пред­ставляется невозможным без учёта индивидуально-психотипологических ха­рактеристик личности.

Комплексное исследование способностей и их задатков свидетельст­вует о наличии закономерных устойчивых связей между способностями, темпераментом, характером и склонностями, а также их природными пред­посылками (Buss A., Plomin R., 1975). Это привело к необходимости науч­ного рассмотрения проблемы структуры индивидуальности и места в ней и способностей, и их задатков. В своей работе, посвященной структуре лично­сти, Ришар Мейли (1975) отмечал: «Понятие «структура» предполагает, что многочисленные и всегда разные проявления личности детерминированы бо­лее стабильной структурой, составляющей их основу». Структуру личности нужно рассматривать как конструкцию или организацию, являющуюся ре­зультатом взаимодействия между предрасположенностями и внешними ус­ловиями. Мейли считает определяющими аспектами личности темперамент, способности и мотивацию, которая выступает для автора как синоним харак­тера. В определении личности Б. Г. Ананьева (1966) «как целостной индиви­дуальности в ее социальном развитии» определено значение целостности в трактовке индивидуальности и личности. Существен тот подход к структуре личности, который был сформулирован Е.В. Шороховой (1966): «Основной итог и задачи дальнейшего исследования структуры личности сводятся к оп­ределению одного или нескольких структурообразующих признаков и харак­тера связей и взаимозависимостей между ними». В работах разных лет С.Л. Рубинштейном, Б.Г. Ананьевым и Б.М. Тепловым рассмотрены принци­пиально важные положения о наиболее существенных и устойчивых чертах личности и индивидуальности, таких, как потребности и мотивы, темпера­мент, способности, характер, направленность личности. Данные подструкту­ры, или компоненты, отчасти совпадают с предложенными Р. Мейли, но и отличаются от них наличием самой общей категории направленности и пред­ставлением о мотивации и характере как относительно самостоятельных

-20-

компонентах личности и индивидуальности. В работе Э.А. Голубевой отра­жена конкретизация этих категорий, и на основе экспериментальных иссле­дований выдвигается идея того, что «в понятие «индивидуальность» органи­чески включено представление о целостности, самобытности, неповторимо­сти каждого человека и одновременно - представление о возможности рас­смотрения этой целостности как отражения общеродовых свойств, совокуп­ности признаков, поддающихся измерениям» (Голубева Э.А., 1993). Основ­ным и специальным типологическим свойствам нервной системы соответст­вует наличие определенной общности темперамента и способностей. В рабо­тах С.Л. Рубинштейна (1946), Б.Г. Ананьева, (1966), В.М. Русалова (1985) и Б.М. Теплова (1961) рассмотрены принципиально важные положения, отно­сящиеся к различным подструктурам индивидуальности и личности и их природным предпосылкам.

Помимо психических процессов, в структуру способностей нередко включают и личностные качества человека (Ньюттен Ж., 1975; Крупнов А.И., 1981; Ольшанникова А.Е. и др., 1976; Cattell R.B., 1957; Miller G.A., Galanter E., 1960). На необходимость изучения способностей в широком лич­ностном аспекте указывается в работах Б.Г. Ананьева (1966), А.Г. Ковалева (1957), В.Н. Мясищева (1960), К.К. Платонова (1972) и других исследовате­лей. Личностные качества человека, которые способствуют успешности дея­тельности (в нашем случае усвоению иностранного языка), могут считаться компонентами способностей, но не основными, а факультативными (Каспа-роваА.Д., 1986).

1.2 Генезис проблемы способностей

По мнению учёных отечественной психологии, проблема одаренно­сти - прежде всего качественная проблема. Как отмечал Б.М. Теплов (1961), «центральная задача психологии - вовсе не ранжирование людей по высоте их одаренности и способности. Основной вопрос не в том, насколько одарен или способен данный человек, а в том, какова одаренность или способность данного человека». Именно эти положения Б.М. Теплова легли в основу раз-

-21-

работки проблемы индивидуального стиля деятельности, непосредственно связанного с вопросом о выявлении и развитии способностей.

В ряде работ отечественных психологов-исследователей содержатся материалы, позволяющие наметить пути к качественной характеристике спо­собностей. В этой связи следует упомянуть индивидуальные характеристики проявления одаренности у детей (Лейтес Н.С., 1971), выделение уровней продуктивности мышления и качественную характеристику каждого из этих уровней (Калмыкова З.И., 1981), рассмотрение типов и уровней познаватель­ной активности (Матюшкин А.М., 1984), интеллектуальной активности (Бо­гоявленская Д.Б., 1983), содержательную характеристику процесса решения творческих и нетворческих задач (Пономарев Я.А., 1982) и др.

В отечественной психологии проблема природных основ умственных способностей стала предметом изучения многих известных психологов, ко­торые выражали разные подходы к ней. По мнению С. Л. Рубинштейна, «ядром различных умственных способностей является свойственное данному человеку качественное протекание анализа, синтеза и генерализации, осо­бенно генерализации отношений».

В соответствии с концепцией психофизиологической школы Б.М. Те-плова и В.Д. Небылицына главными биологическими факторами индивиду­альных различий способностей считаются врождённые анатомо-физиологи-ческие особенности мозга и свойств нервной системы: силы - слабости, под­вижности, лабильности-инертности., уравновешенности - неуравновешенно­сти.

Н.С. Лейтес расширил структуру способностей человека, добавив к ним активность и саморегуляцию. Он считает внутренними предпосылками индивидуальных различий по умственной активности и саморегуляции зна­чение устойчивых особенностей соотношения сигнальных систем.

В исследованиях А.И. Крупнова (1969) выявлен ряд факторов, на ос­новании которых может быть сделан вывод о том, что природными предпо­сылками в реализации индивидуальных особенностей интеллектуальной ак-

-22-

тивности могут выступать свойства активированности и сила нервной сис­темы

По мнению Т.А. Ратановой (1984) успеваемость взаимосвязана с си­лой или слабостью нервной системы. Результаты ее исследований позволили сделать вывод о том, что «лучше успевающие ученики характеризуются на­личием слабой нервной системы, в то время как обладатели сильной нервной системы в целом имеют более низкую успеваемость».

Результаты исследований Э.А. Голубевой позволили ей сделать вы­вод о том, что общие свойства нервной системы и типы высшей нервной деятельности, которые являются задатками темперамента, непосредственно связаны со специально - человеческими типами высшей нервной деятельно­сти - «мыслительными» и «художественными», которые выступают в каче­стве задатков общих способностей. Лица «мыслительного типа» с преобла­данием второй сигнальной системы характеризуются слабостью, инертно­стью, инактивированностью нервной системы, преобладанием левополу-шарных функций и развитым вербальным интеллектом. У лиц «художест­венного» с доминированием первой сигнальной системы отмечается сочета­ние силы, лабильности, активированности, преобладание правополушарных функций и невербального интеллекта.

В зарубежной психологии существует несколько подходов к про­блеме индивидуальных различий интеллектуального развития. Один из под­ходов связывает интеллектуальные различия с общей моделью развития ин­теллекта и с понятием общих умственных способностей. Под общими умст­венными способностями понимаются качества интеллекта, стоящие за опре­делёнными количественными показателями его развития. Значения этих по­казателей определяются в основном с помощью использования статистиче­ских моделей анализа интеллекта, а уровень развития умственных способно­стей измеряется с помощью тестов интеллекта. Примером такого подхода являются тесты Бине, получившие широкое распространение в модификации Л. Термена, который рассматривал интеллект как способность к абстрактно­му мышлению ограниченную наследственностью. Ч. Спирмен определял ос-

-23-

новную характеристику интеллекта наличием общего фактора (g) и измерял количество этого фактора с помощью определения различия в IQ. Д. Векслер рассматривал интеллект как структурное образование, определяя его как спо­собность рационально мыслить и эффективно взаимодействовать с окру­жающей действительностью. Он разделял способности на вербальные и не­вербальные и показал, что у разных детей может преобладать та или иная группа способностей. Л. Терстоун полагал, что существуют различные груп­пы способностей и дети, имеющие высокие показатели одних способностей, в то же время имеют низкие показатели других, которые имеют различную динамику развития на протяжении человеческой жизни. Дж. Гилфорд опре­делял умственные способности как единство операций, содержания и про­дукта, выделяя 120 возможных вариантов умственных способностей, кото­рые он сгруппировал в абстрактный, конкректный и социальный типы интел­лекта. В настоящее время подвергается сомнению наличие такого количества групп интеллекта, но модель Дж. Гилфорда активно используется как для рассмотрения отдельных способностей в общем умственном развитии, так и для выделения конвергентных и дивергентных способностей. В соответствии с концепцией Г.Ю. Айзенка выделяются три главных аспекта интеллекта: биологический, психометрический, социальный, где биологический рассмат­ривается как базовый, от которого в большей степени зависит психометриче­ский». В качестве основы индивидуальных различий биологического интел­лекта принимаются физиологические, нейрологические и другие свойства структурной и функциональной организации коры головного мозга, прояв­ляющиеся в энцефалограмме, усреднённых вызванных потенциалах, кожно -гальванических реакциях, во времени реакций». Т.А. Ратанова и Кауфманы (1989) придерживались психолого - образовательного подхода к анализу раз­личий в интеллектуальном развитии детей и, основываясь на работах А.Р. Лурия (1973) о последовательном и одновременном способах перера­ботки инфомации, разделили детей на две группы, в зависимости от способа переработки информациии составили рекомендации для педагогов по осо­бенностям работы с каждой группой.

-24-

Несомненно, имеет значение знание не только индивидуальных ха­рактеристик проявлений способностей, но необходимо выявление природных предпосылок способностей для определения и развития общих и специ­альных способностей (Ewald G., 1924; Friedman M., Byers S.0., 1970). Инди­видуально-психологические различия (ИПР) - это комплекс психологических и психофизиологических особенностей психики и поведения, первоначально возникающих в процессе адаптации индивида к среде. По своему происхож­дению они являются фенотипическими образованиями, т.е. продуцируются генотипом в его взаимодействии со средой. Возможно, что доминирование тех или иных индивидуально-психологических различий, влияющих на ста­новление личности, обусловлено как экспрессивностью продуцирующих их генов, так и влияниями социального окружения и тем, какое значение им придает осознающий их индивид. По справедливому замечанию А. Анастази (1982), различия между людьми - вопрос степени индивидуальной представ-ленности ИПР. Эту мысль важно учесть в разработке концепции ИПР и при раскрытии отношения в диаде «генотип - фенотип». Особая проблема - как они связаны с другими ИПР, которыми обладает данный индивид. Для про­гнозирования меры пластичности отдельных ИПР имеют значение некоторые общие особенности генотипа, которыми, как можно предполагать, объясня­ются сенситивные периоды развития. Они стали предметом исследования Н.С. Лейтеса, показавшего, что для имеющих жизненное значение ИПР такие периоды являются установленными. Если такой период в процессе воспита­ния упущен, то упускается и то время, когда благоприятные условия среды приведут к развитию и упрочнению данного ИПР. Совсем особое место в контексте ИПР занимают свойства нервной системы. В отличие от других ИПР они, не будучи представленными в психике своим содержанием, обра­зуют тот индивидуальный фон, на котором протекают все акты и процессы психической деятельности. В.А. Крутецкий (1968) подчеркивал, что в каче­стве задатков общих и специальных способностей следует рассматривать уровень развития и соотношения I и II сигнальных систем, «кроме того, при-

-25-

родные свойства анализаторов, несомненно, могут выступать задатками не­которых специальных способностей».

Эти различия - еще одна реальность психофизиологического плана, составляющая «почву», на которой произрастают способности. В работах отечественных психологов (Теплов Б.М., 1961; Голубева Э.А., 1989, 1993; Небылицын В.Д., 1976, и др.) показана роль природных особенностей инди­вида в проявлениях формально-динамической стороны общих способностей. Н.С. Лейтес, обобщая имеющиеся данные, сформулировал положение о том, что свойства нервной системы имеют отношение к общей психической ак­тивности человека, связанной с энергетическими характеристиками его дея­тельности (Лейтес Н.С., 1971).

В исследованиях, проведенных под руководством Э.А. Голубевой, была обнаружена зависимость между успешностью различных видов учеб­ной деятельности и биоэлектрическими характеристиками свойств нерв­ной системы. О наличии индивидуально - типологических различий в ино­язычных способностях, проявляющихся в успешности или неуспешности овладения иностранным языком, свидетельствует практика обучения.

Мы полагаем, уместно остановиться на иноязычных способностях: какова их природа, содержание и структура. Психологическое понимание способности к языкам связано с индивидуальными психофизиологическими особенностями, являющимися условием успешного овладения языком (Bloom B.S., 1964;. Психолингвистические исследования направлены на ана­лиз языковой способности человека в её отношении к речевой деятельности, с одной стороны, и к системе языка - с другой, по мнению Леонтьева (1989). В соответствии с концепцией психолингвистики, речевая деятельность, рече­вая способность и язык являются составляющими трёхчленной системы, где речевая деятельность понимается как абстрактный процесс, входящий в со­став всех видов деятельности, которая имеет смысл при условии, что лежа­щий в её основе побуждающий мотив не может быть удовлетворён другим способом, кроме речевого. Если взять за основу определение А.А. Леонтье­вым предмета психолингвистики как «соотношение личности со структурой

-26-

и функциями речевой деятельности, с одной стороны, и языком как главной «образующей» «образа мира» человека, с другой», то отчётливо видно, что личностно-ориентированный метод обучения иностранному языку является необходимым условием успешного обучения при котором иностранный язык становится не целью обучения, а средством коммуникации и познания ок­ружающей среды и, самое главное, способом развития личности. Что каса­ется языковой способности, то она соотносится не только с сознанием, но и с целостной личностью человека. А.А. Леонтьев определяет языковую спо­собность как специфический психофизиологический механизм, формирую­щийся у каждого носителя языка на основе нейрофизиологических предпо­сылок и под влиянием речевого общения.

Основоположник лингвистики XX века Фердинард де Сосюр разде­лял собственно язык (langue) как абстрактную систему, языковую способ­ность (faculte du langage) как функцию индивида и речь (parole) - индивиду­альный акт, реализующий языковую способность через посредство языка как социальной системы.

Л.В. Щерба (1974) ввёл понятие «психофизиологической речевой ор­ганизации индивида», которая вместе с «обусловленной ею речевой деятель­ностью является социальным продуктом».

Н. Хомский развил идею о принципиальном различии языковой спо­собности и языковой активности. Первая есть потенциальное знание языка, второе - процессы, происходящие при применении языковой способности в реальной речевой деятельности. Но идея индивидуальных, личностно-ориен-тированных особенностей восприятия и производства речи, то есть идея ин­дивидуальных стратегий оперирования с языком, игнорируется данным авто­ром. Н. Хомский выдвигая теорию «врождённых знаний», утверждал, что ре­бёнок формулирует гипотезы относительно правил лингвистического содер­жания языка, далее он сравнивает различные предложения и на основании этого анализа формулирует новые высказывания.

А.Р. Лурия (1969) считал, что «генетические корни языка следует ис­кать в тех формах конкретных человеческих действий, в которых осуществ-

-27-

ляется отражение внешней действительности и формирование субъективного образа объективного мира, основных приёмов общения ребёнка с окружаю­щими». Он полагал, что эти процессы следует считать «отражением основ­ных реальных отношений, существующих в действительности и проявляю­щихся во всей, в том числе и в неречевой, деятельности человека».

Лингвистические способности рассматриваются как структурный, многокомпонентный элемент, повышающий усвоение иностранного языка. Основу способностей составляют качества психических процессов (Stern W., 1990). Психологическое понимание способности к языкам связано с индиви­дуальными психофизиологическими особенностями, являющимися условием успешного овладения языком. Анализ научной литературы по проблеме ино­язычных способностей показывает, что усилия отечественных психологов были направлены на определение их общей структуры. Так, в структуре ино­язычных способностей выделяются такие компоненты, как чувствительность слухового аппарата, способность замечать и изменять структурные вариации языка (Яцикявичус А.И., 1960); продуктивность вербальной памяти и спо­собность устанавливать языковую закономерность (Нечюнас В.Ю., 1971); способности к употреблению и узнаванию заученных слов в разных формах, к установлению смысловых связей, к дифференцированию формы и содер­жания иностранных слов (Магин Н.С., 1962); способность к вероятностному прогнозированию, логика построения цепи суждений, способность к уста­новлению «языкового правила, актуализация наиболее вероятных для данно­го контекста гипотез» (Зимняя И.А., 1985). Б.В. Беляев (1965) считает, что все иноязычно-речевые способности находятся во взаимодействии и взаимо­зависимости и образуют единое целое. Он выделяет десять составляющих, из которых четыре связаны с владением основными аспектами языка (фонети­ческие, лексические, грамматические и стилистические), четыре - с речевыми процессами (способности слушания, говорения, чтения и письма). Две явля­ются основными (центральными) способностями - иноязычное мышление (как бы фокус всех речевых способностей) и чувство языка (сосредоточение языковых способностей). Мы полагаем, что  предположение о том, что воз-

-28-

можны различные пути усвоения иностранного языка учащимися одной и той же группы на основе определенной избирательности в отношении либо языковых, либо речевых аспектов подтверждает наличие определённого пси­хологического и психофизиологического синдрома определяющего стиль деятельности.

Во всех предлагаемых структурах иноязычных способностей можно отметить общие моменты и заключить, что «ядро» составляют качества пси­хических процессов, к ним относятся: слуховое восприятие, слуховая и зри­тельная память, речемышление и т.д. Недоразвитие или «плохое» качество того или иного психического процесса не предрасполагает к успешному ов­ладению иностранным языком. Неспособность к имитации, например, за­трудняет процесс овладения звуковой стороной языка. А слуховой компо­нент иноязычных способностей, как показано в диссертационном исследова­нии Н.С. Назаренко (1986), является некомпенсируемым компонентом в структуре иноязычных способностей. В свою очередь Т.К. Решетниковой (1981) показано, что ведущим некомпенсируемым компонентом иноязычных способностей является речемыслительная деятельность. Очевидно, на уроках иностранного языка необходимо обращать внимание на развитие именно этих компонентов у учащихся, чтобы обеспечить им успешное усвоение. С другой стороны, в иноязычных способностях можно также выделить струк­турные составляющие, которые могут быть вполне компенсируемыми. Ис­следование А.Т. Алыбиной (1977) наглядно показало, что механическая па­мять может входить в качестве самостоятельного показателя в структуру иноязычных способностей, однако не является ведущим и может быть ком­пенсирована или «заменена» другими компонентами, например, логической памятью. Отсюда следует, что обучение учащихся рациональным способам запоминания аналогично развитию памяти как элемента структуры иноязыч­ных способностей. Б.В. Беляев и Н.С. Магин определяли лингвистические способности на основании различия аспектов языка и видов речевой деятель­ности, рассматривая речевые способности как проявление способности мыс­лить на иностранном языке. В исследованиях Г.А. Мактамкуловой говорится

-29-

о наличии коммуникативных способностей в основе коммуникативной ак­тивности, основываясь на том, что они являются поведенческими проявле­ниями изначально имеющихся способностей. Интересен тот факт, что ком­муникативная активность в иноязычно-речевой ситуации не соответствует общительности как черте личности. Помимо психических процессов, в струк­туру способностей нередко включают и личностные качества человека. Ус­пех в изучении иностранных языков в большей степени определяется лично­стными качествами обучаемых, их темпераментом, мотивацией (Buss A.N., 1974; Cattell R.B., 1957; Neufeld G.G.). При этом он определял методику пре­подавания и лингвистический материал как вторичный уровень языковой компетенции. На необходимость изучения способностей в широком личност­ном аспекте указывается в работах Б.Г. Ананьева (1966), А.Г. Ковалева (1957), В.Н. Мясищева (1957), К.К. Платонова (1972) и других исследовате­лей. V.A. Henmon установил значимую корреляцию общего интеллектуаль­ного развития со способностями к изучению иностранных языков, так как интеллект билингвов более развит по сравнению с интеллектом монолингвов.

Однако нельзя не принимать во внимание тот факт, что способности как психические качества личности являются довольно консервативным об­разованием - их развитие происходит медленно, требует терпения, больших усилий и согласованных действий со стороны обучаемого и преподавателя. К тому же уровень развития способностей зависит от задатков - природно-обусловленных особенностей нервной системы и мозга. Их роль состоит в том, что «во-первых, они обусловливают разные пути и способы формирова­ния способностей. Во-вторых, они влияют как на уровень, высоту достиже­ний человека в какой-либо области, так и на быстроту развития способнос­тей» (Мазурик Т. Н., 1984).

Помимо этого, психологические исследования показали, что задатки определяют разные пути и способы осуществления учебной деятельности.

В настоящее время большой интерес представляют психофизиологи­ческие исследования, поиск природных детерминант специальных способно­стей. Э.А. Голубева (1938, 1954) связывает успешность обучения с такими

-30-

свойствами нервной системы, как сила и лабильность, и считает, что «... лучше учатся подростки с более лабильной и слабой нервной системой».

Экспериментальные исследования и анализ научной литературы сви­детельствуют о том, что обучение учащихся разных ступеней в значительной мере зависит от возрастных особенностей психического развития.

Вслед за В.А. Крутецким (1972) можно утверждать, что, очевидно, структуру способностей необходимо исследовать в процессе становления и развития, наблюдая за тем, что еще только складывается, не забывая при этом о далеко неоднозначном влиянии возрастного фактора. Однако успеш­ность обучения зависит не только и не столько от возраста, сколько от инди­видуально-типических особенностей обучающихся, индивидуального свое­образия сочетания природных качеств и свойств личности. Необходимо вы­яснить, за счет каких качеств (или способностей) одни учащиеся добиваются высоких результатов в усвоении иностранного языка и высокой коммуника­тивности и, наоборот, какие индивидуальные особенности устойчиво препят­ствуют некоторым учащимся достигать значимых результатов. Можно пред­положить, что традиционная методика обучения иностранному языку спо­собствует проявлению необходимых качеств для успешного усвоения, не принимая во внимание возрастные и индивидуально-типические особенности учащихся, позволяющих им хорошо успевать.

Следовательно, можно выделить типы или стратегии усвоения язы­ка, при которых максимально реализуются наиболее свойственные для лич­ности способности.

Многочисленные исследования указывают на большую роль комму­никативных функций в структуре специальных способностей, и это, оче­видно, отражает то обстоятельство, что общение, будучи важнейшим факто­ром формирования различных способностей и других особенностей личности (Бодалев А.А., 1984; Лисина М.И., 1984; Ломов Б.Ф., 1984; Farley F.N., 1971; Cunningham M., 1977), имеет особое значение для способностей, связанных с реализацией коммуникативных потребностей и умений, в частности, языко­вых способностей.

-31-

Особую роль в реализации коммуникативных задач, необходимых при общении на иностранном языке, несомненно, играет общительность, ко­торая как черта характера формируется в процессе онтогенеза, проходя опре­деленные стадии развития. Б.Г. Ананьев (1977) выделяет три последователь­ные стадии формирования общительности: первую стадию вычленения из внешней системы взаимосвязей подростка его отношений к другим людям; вторую стадию превращения этих отношений в наиболее общие и первичные ориентации подростка или коммуникативные черты характера: доброжела­тельность (общительность, враждебность, замкнутость); третью стадию об­разования других характерологических черт (эмпатия, такт и др.) как произ­водных от индивидуальных различий в общительности.

Индивидуальные различия в общительности подростка наиболее ярко начинают проявляться в переходный период (12-15 лет) и окончательно фор­мируются к концу юношеского возраста (15-21 год). Этот процесс сопровож­дается сложными, но вполне закономерными психофизиологическими изме­нениями; ростом тревожности по мере расширения круга значимых для под­ростка межличностных отношений и развитием социального интеллекта как способности воспринимать индивидуально-личностные свойства других лю­дей и рефлексии (Кон И.С., 1990). Наряду с общей тенденцией развития ком­муникативной сферы у большинства подростков в юношеском возрасте про­должается ее дифференциация. В зависимости от степени развития навыков межличностных отношений обнаруживается либо снижение личностной тре­вожности, либо ее усиление. Эмоционально нестабильные, с признаками невропатизации подростки и юноши составляют статистическое меньшинст­во в своей возрастной группе (не превышающее 10-20 %). Между тем, прак­тика показывает, что педагоги в своей учебно-воспитательной деятельности далеко не всегда учитывают эти личностные особенности подростков, в ре­зультате тревожность, эмоциональная нестабильность у них могут усили­ваться.

По данным исследования в дифференциальной психофизиологии, си­ла-слабость нервной системы связана с динамическими характеристиками

-32-

общительности как черты темперамента. По-видимому, эту зависимость сле­дует учитывать при обучении иностранному языку и при подборе соответ­ствующей методики обучения. Тем более что экспериментальные данные го­ворят о том, что экстравертированные индивиды при строго регламентиро­ванном характере деятельности в большей степени, чем интровертированные, ощущают блокирование коммуникативных потребностей, и это служит при­чиной повышенной напряженности и проявляется в росте показателя эмоци­онального стресса у экстравертов.

Возможно, для экстравертов более предпочтительной окажется ком­муникативная методика обучения с большей долей задач коммуникативной направленности. По мнению А.М. Пригожей, А.Л. Катаевой и других иссле­дователей, «современные технологии обучения, как бы вынося за скобки ин­дивидуальность учащегося, особенности его личности, ее пластичность, ори­ентированы главным образом на объективно заданный норматив и нередко приводят к тому, что у обучающегося развивается учебная тревожность, ко­торая проявляется в отношении и к изучаемому предмету». В этой связи тре­буется четко дифференцированная программа стратегий и тактик педагога, учитывающих индивидуально-типологические предпосылки учащегося и структуру его личности. Большинство психологов и педагогов сходятся во мнении, что на практике по-прежнему имеют место недостаточно дифферен­цированный подход, недоучет конкретных причинно-следственных связей, лежащих в основе нарушений учебной адаптации т типе реагирования. Каж­дый тип реагирования, как указывает Л.Н. Собчик, представляет собой про­должение той индивидуально-личностной ведущей тенденции, которая бази­руется на типе высшей нервной деятельности и свойствах нервной системы

Определенный интерес представляют работы, показывающие, что развитие способностей своеобразно связано с характером жизненной пер­спективы обучаемого. Соответственно можно предположить, что формиро­вание мотивации широкой временной перспективы (а именно, значение и не­обходимость иностранного языка в будущем) будет иметь определенное зна­чение в успешности усвоения иностранного языка. В области обучения ино-

-33-

странному языку психологические вопросы мотивации решаются в работах А.А. Алхазишвили (1974), И.А. Зимней (1997), А.Н. Леонтьева (1981), Н.М. Симоновой и др.

В зарубежной литературе также уделяется большое внимание роли мотивации, называемой зарубежными авторами «Motor», «Key-word», в обу­чении иностранному языку. Многочисленные эксперименты показали, что в течение одного учебного года отношение обучаемых к различным видам ре­чевой деятельности (РД) может резко изменяться в отрицательную или по­ложительную стороны. Внешние мотивы не связаны с содержанием учебного материала: долг, обязанности (широкие социальные мотивы), оценка личного благополучия (узко социальные мотивы), отсутствие желания учиться (отри­цательные мотивы). Внутренние мотивы, напротив, связаны с содержанием учебного материала: познавательная деятельность, интерес к содержанию обучения (познавательные мотивы), овладение общими способами действий, выявление причинно-следственных связей в изучаемом учебном материале (учебно-познавательные мотивы). При этом ключевыми и решающими пара­метрами считаются те, которые присущи данному индивиду: личный опыт, контекст деятельности, интересы и склонности, эмоции и чувства, мировоз­зрение, статус в коллективе. Это позволяет вызвать у учащихся истинную мотивацию.

Перед учителем возникает целый ряд задач, основные из которых за­ключаются в использовании межличностных отношений и создании эмоцио­нального благополучия, что в свою очередь обеспечит повышение эффектив­ности обучения иноязычному общению. В системе обучения иностранным языком как иноязычной культуре в первую очередь важны средства поддер­жания мотивации к познавательной, развивающей и воспитательной деятель­ности, что в конечном итоге вызывает у изучающего иностранный язык ком­муникативную мотивацию.

В общей структуре мотивации доминирующим является основной мотив, определяющий учебную деятельность и формирование отношения к ней. Это познавательный мотив, так как в его основе заложено постоянное

-34-

стремление к познанию, а также имеет место связь с содержательной и орга­низационной стороной самой учебной деятельности.

В процессе учебной деятельности начинают действовать и возни­кающие частные мотивы, руководящие постановкой, принятием и решением отдельных задач для достижения конкретных целей обучения иноязычному речевому общению.

«Внутреннее условие» (Леонтьев А.Н., 1975), психические и физиче­ские переживания (потребности), осознанная внутренняя или внешняя по­требность (мотивы) придают смысл, тем самым стимулируют речемысли-тельную деятельность, мышление и приводят к желанию больше узнать и научиться мыслить на языке. Благодаря ситуации удовлетворяются потреб­ности личности и создаются положительные установки на изучение ино­странного языка. Таким образом, мотивы, интересы, ситуации, установки взаимообусловлены, составляют гармоничное единство личности, являются внутренним энергизатором (Бим И.Л., 1988).

Именно учет личностных свойств приводит к возникновению ситуа­ционной коммуникативной мотивации, то есть обеспечивает инициативное участие ученика в учебном или реальном общении. Поскольку обучение про­исходит посредством общения, которое является сугубо личностным процес­сом, в котором осуществляется обмен идеями, интересами, передача черт ха­рактера, то при коммуникативном обучении учет личностных свойств уча­щихся имеет первостепенную значимость. Без учета вышеперечисленных факторов речевые действия учеников отрываются от их реальных чувств, мыслей, интересов, то есть теряется источник, питающий речевую деятель­ность.

На современном этапе результаты фундаментальных исследований в области дифференциальной психологии и психофизиологии открывают воз­можности перехода на следующую ступень - от изучения отдельных свойств нервной системы и элементарных психологических проявлений к изучению взаимосвязей технологий обучения и индивидуальных стратегий усвоения знаний, навыков, умений и др. По нашему мнению, типы овладения связаны

-35-

с природными предпосылками, о чём свидетельствует наличие индивидуаль­ных различий в овладении иностранным языком при использовании одного и того же метода, и несомненно оказывают влияние на успешность овладения иностранным языком. Поскольку разграничение индивидуально-психологи­ческих, коммуникативных и когнитивных свойств личности носит условный характер в силу их тесной взаимосвязи, представляется необходимым свести указанные свойства воедино и увязать их с понятием «индивидуальный стиль учебной деятельности». Применительно к процессу изучения иностранного языка это понятие определяется большинством авторов как совокупность це­лесообразных способов осуществления деятельности, обусловленных зна­чимыми для обучения иностранному языку индивидуально-психологиче­скими, коммуникативными и когнитивными свойствами обучаемого. Анализ литературы показывает, что попытки классифицировать индивидуальные стили деятельности по овладению иностранным языком предпринимаются уже достаточно давно и имеют своим результатом построение дихотомий ти­па «коммуникативный - некоммуникативный», «интуитивно-чувственный -рационально-логический», «индуктивный - дедуктивный» и др. Практика свидетельствует, что носители подобных стилей в чистом виде встречаются не так уж часто, однако «поскольку тяготение к преимущественным индиви­дуально-устойчивым приемам овладения языком очевидно, постольку эти различия следует учитывать в конкретных индивидуализированных техноло-гих учения, в принимаемых методических решениях» (Д. Дэвидсон, Митро­фанова О.Д., 1990).

Б. В. Беляев выделяет два индивидуальных типа овладения ино­странным языком: рационально-логический и интуитивно-чувственный. По мнению автора, формирование этих типов происходит как на основе ин­дивидуальных особенностей человека, так и вследствие методов и приёмов обучения.

В исследованиях A Kawszynsky (1951) обучаемые подразделяются на типы «Smith » и « Jones». Первый тип - интроверт, отличается высокой сте­пенью рефлексии, овладение языком происходит долго и с трудом, но знания

-36-

характеризуются прочностью и сохраняются в течение долгого времени. Второй тип - экстраверт, интуитивный, легко овладевает языком, но его зна­ния непрочные и быстро забываются. S. Camugli (1931) не противопоставляет интуитивный и рефлексивный типы овладения иностранным языком, а при­зывает к преодолению различий между ними.

Результаты исследования, полученные на взрослом контингенте изу­
чаемых, позволили подтвердить наличие различных типов овладения ино­
странным языком (Кабардов М.К., 1983, 1989; Малешина М.С., 1992), рече­
вой и языковой компетенции и способностей. Они представлены понятиями
«языковая компетенция» и «речевая компетенция», соответствующими ког­
нитивно-лингвистическому и коммуникативно-речевому типам овладения
иностранным языком. По мнению М.К. Кабардова, когнитивно-
ориентированная технология обучения иностранному языку более эффектив­
на для когнитивно-лингвистического типа, а                        коммуникативно-
ориентированная - для коммуникативно-речевого типа.

Кабардов считает, что типы овладения языком можно рассматривать как индивидуальные стили деятельности. Предполагалось, что большая склонность отдельных обучаемых к собственно лингвистическому материалу (вопреки задаче коммуникативности обучения) служит компенсаторным про­явлением определенных способностей: особенности зрительной и слуховой памяти, аналитичности-синтетичности мышления, произвольности-непроизвольности действий, осознанности-неосознанности приемов усвое­ния средств иностранного языка.

Коммуникативный тип овладения характеризуется следующими осо­бенностями: коммуникативной активностью; общей успешностью в обуче­нии интенсивным методом; направленностью внимания на речевую деятель­ность (речь); относительным равновесием произвольного и непроизвольного запоминания, лучшей продуктивностью слуховой памяти, более детальным воспроизведением материала. Преобладание лабильности второсигнальной системы отличается, более высоким скоростным параметрам мыслительно-речевой деятельности - быстротой восприятия словесной инструкции, предъ-

-37-

являемой на слух; сравнительно большим объемом языковой и речевой бег­лости. У представителей данного типа наблюдаются некачественные ответы -стереотипные, повторяющиеся, с употреблением неудачных словосочетаний; тяжело решать задачи на выявление языковых закономерностей. Деятель­ность в целом характеризуется непроизвольностью, импульсивностью, крат­костью ориентировочных действий, сниженным самоконтролем.

Для некоммуникативного типа характерны невыразительность ком­муникативных действий пассивность в общении на иностранном языке, дли­тельность речевых действий, трудности восприятия речи на слух; относи­тельная успешность овладения средствами иностранного языка по сравнению с иноязычно-речевыми навыками и умениями и, следовательно, направлен­ность внимания на языковую систему (язык). Наблюдается преобладание произвольного вида памяти, лучшая продуктивность зрительной памяти на графические изображения; относительно высокая степень выраженности словесно-логического стиля - все это, при инертности во второй сигнальной системе, что объясняет медленное восприятие и переработку словесной ин­струкции на слух. Речь представителей данного типа характеризуется срав­нительно небольшим объемом языковой и речевой продукции при более ка­чественном выполнении отдельных лингвистических задач, т.е. отсутствии стереотипных ответов, неудачных словосочетаний, повторов.

Б.В. Беляев (1965 ) полагает, что на формирование индивидуального стиля овладения могут оказывать влияние индивидуальные типологические особенности высшей нервной деятельности.

Индивидуальный стиль деятельности проявляется в соотношении ориентировочных, исполнительных и контрольных действий. В исследова­нии Н.В. Витт (1975) и А.В. Чупининой показано наличие индивидуального стиля речи, как «системы личностных эмоционально обусловленных пред­почтений по отношению к языковым и речевым характеристикам текста». Среди факторов, определяющих индивидуальный стиль речи, авторами вы­деляется эмоциональный аспект экстра- и интроверсии. Устная речь экстра­вертов характеризуется радостной или гневливой окрашенностью в отличие

-38-

от речи интровертов, носящей наступательный или морализующий характер. Объём устных текстов экстравертов во много раз превышает объём у интро­вертов (Ekman P., 1979). По мнению Рябоконь, все разнообразие стилей учебной деятельности по овладению иностранным языком может быть све­дено к двум основным типам, которые автор предлагает называть комму­никативно-синтезирующие стили и интеллектуально-анализирующие стили и анализирует основные параметры, которые характеризируют стили указан­ных двух групп.

Значительное количество данных современной дифференциальной психофизиологии свидетельствует о том, что природной предпосылкой ин­дивидуальных различий как в иностранном языке, так и в любой другой дисциплине, являются специально человеческие свойства нервной системы -специально человеческий тип высшей нервной деятельности. Для изучения индивидуальности за основу берётся теория Павлова о специально человече­ских типах: «художниках» и «мыслителях» с преобладанием первой (кон­кретно-образной) или второй (речевой, абстрактно-обобщённой) сигнальной системы.

К. Юнг (1995) особое место в типологии людей придавал экстра-ин-тровертности. Это его центральная типология, базовая для понимания лично­сти. Исходя из его представлений, можно выделить экстра- и интровертов, которые в свою очередь также типологически не однородны. Ввиду того что эта типология является действительно базовой, она рассматривается более подробно в аспекте обучения лиц с различными типологическими чертами. На базе данного подхода в последнее время появилось немало технологий, тестовых методик, теоретических построений, которые пытаются предста­вить, понять, изучить мир в аспекте концепции К. Юнга. Это связано с тем, что экстра- и интровертность лежат в основе фундаментального типологиче­ского деления людей. Каждый психологический тип личности нуждается в определённых методах обучения. Между различными психологическими типами личности устанавливаются свои психологические закономерности обмена информацией. Выявив такие закономерности, можно обоснованно

-39-

рекомендовать методики обучения, ориентированные на типологическое раз­нообразие учеников. Особенно это важно сделать для акцентуированных личностей. По характеру акцентуаций можно выделить обучающихся с ак­центуированными и неакцентуированными чертами личности. Среди акцен­туированных черт личности для определения методики преподавания особо важны такие акцентуации, как: истероидная, психастеническая, маниакаль­ная, шизоидная, психопатическая, экстравертированная, интровертированная и др. По ведущей метапрограмме интеллектуальной активности личности можно выделить обучающихся со стратегиями: избегания и достижения, гло­бализма и частности, с внутренней и внешней референтацией, с поиском сходства и различий, с внешней и с внутренней активностью. Особенный ин­терес представляют экстра-, интровертированные акцентуации, паранойяль­ные, истероидные. Например, для создания комфортных условий для форми­рования навыков при обучению иноязычному общению у экстравертов жела­тельна частая смена ролей, требующих одинаковых текстовых характери­стик. В этом случае проигрывание новых ролей способствует поддержанию интереса экстравертов к выполняемой деятельности.

1.3 Современные представления об аномальной личностной изменчи­вости.

Концепция об аномальной личностной изменчивости является методо­логической основой для индивидуального подхода как к личностной диагно­стике, так и к психотерапии, психокоррекции, реализуя антропоцентрический подход к психологическим переживаниям человека (Рубинштейн С.Л., 1946; Ананьев Б.Г., 1977; Целибеев Б.А., 1970; Ломов Б.Ф., 1984; Зинченко В.П., 1996; Платонов К.К., 1971; Братусь Б.С., 1988; Климов Е.А., 1968; Мер­лин В.С., 1990; Пономаренко В.А., Шадриков В.Д., 1996; Сосновский Б.А.).

На основании результатов психологических, психофизиологических, ан­тропологических, психопатологических наблюдений и экспериментальных исследований за представителями различных личностных психотипов, рас­полагающихся в конституционально-континуальном пространстве аномаль-

-40-

ной личностной изменчивости (Ахвердова О.А., 1998; Боев И.В., 1999; Бела-шева И.В., 1999; Золотарев С.В., 1999; Кочергина А.В., 2000; Гнучев В.Ф., 2001; Волоскова Н.Н., 2001; Кривоконь В.И., 2001; Косинова В.В., 2002; Те­рещенко Э.В., 2002; Шурупов В.А., 2002; Кобрянова И.В., 2002), были сде­ланы обоснованные выводы о непрерывном (континуальном) распределении личностно-характерологических особенностей субъектов от крайнего вари­анта психической и психологической нормы-акцентуаций к диапазону по­граничной аномальной личности и далее к диапазону патологической психи­ческой конституции личности (психопатии) (диаграмма 1.1).

В указанных работах представлены психологический, психофизиологи­ческий, антропологический и психопатологический уровни диагностики, подтверждающие статистически достоверное существование пограничной аномальной личности, занимающей в психотипологическом конституцио­нально-континуальном пространстве промежуточное положение между диа­пазоном психологической нормы-акцентуации и диапазоном психопатии.

  

 

Диаграмма 1.1

Конституционально-континуальное пространство аномальной личностной

изменчивости.

-41-

Разграничение психологической нормы, пограничной аномальной лич­ности и психопатической личности основано на анализе стабильности - не­стабильности личностно-характерологической структуры, социально-психо­логической адаптации-дезадаптации, особенностей формирования компенса-торных-декомпенсаторных стереотипов поведения, психологической и пси­хической толерантности и надежности функционирования индивидуального барьера адаптации при деструктивном воздействии внешних факторов. В ре­зультате проведенных исследований доказано, что в основе пограничной аномальной личности лежит конституционально-психотипологическая пре-диспозиция, недостаточность, отражающая фенотипическую изменчивость и различную степень зависимости от генетических и социально-экологических факторов.

Для диагностики психопатии существуют критерии, выделенные О.В. Кербиковым (1971): тотальность, относительная стабильность патоло­гических черт характера и их выраженность до степени, нарушающей соци­альную адаптацию. Для диагностики подростковых акцентуаций ориентиром являются критерии, представленные А.Е. Личко (1983), а у взрослых - К. Ле-онгардом (2000): при акцентуациях отдельные черты характера чрезмерно усилены, отчего обнаруживается избирательная уязвимость в отношении оп­ределенного рода психогенных воздействий при хорошей и даже повышен­ной устойчивости к другим.

Пограничная аномальная личность характеризуется взаимосочетанием черт характера и личности, которые определяют ведущие психотипологиче­ские особенности конкретного или смешанного психотипов. Взаимоотноше­ние личностных и характерологических особенностей таково, что у предста­вителей ПАЛ характерологические черты доминируют над личностными, что выражается формулой преобладания «хочу над надо». У акцентуантов анало­гичное взаимоотношение определяется формулой преобладания «надо над хочу» и отсутствием ведущих психотипологических особенностей, свойст­венных конкретному или смешанному психотипам, что обеспечивает им хо­роший уровень социализации. Сам по себе этот факт у акцентуантов подчер-

-42-

кивает надежность функционирования индивидуального барьера психиче­ской и психологической адаптации и полноценность психобиологического резерва личности, обеспечивая акцентуантам надежную и устойчивую адап­тацию в социальной среде.

Функционирование индивидуального барьера психологической и психи­ческой адаптации представителей различных психотипов ПАЛ отличается отсутствием стабильности, неполноценностью и дисгармоничностью психо­биологического резерва личности. Этот факт объясняется наличием консти­туционально-психотипологической недостаточности, подразумевающей сла­бость компенсаторных и адаптационных механизмов, которые не в состоянии постоянно укреплять места наименьшего сопротивления в личностно-харак-терологической структуре.

Диапазон нормы реакций у акцентуантов доказательно широк, что под­тверждает гораздо меньшую конституционально-психотипологическую де­терминированность вероятностных личностных аномалий. Акцентуанты в большей степени зависят от социально средовых факторов, чем от конститу­циональных. В то же время у представителей ПАЛ диапазон нормы реакций значительно уже, с преимущественной зависимостью от конституционально-психотипологических факторов, а не от средовых.

Детерминированность нормы реакций от конституционально-психоти­пологической основы у акцентуантов и ПАЛ можно схематично представить следующим образом:

-у акцентуантов конституциональная обусловленность нормы реакций составляет одну треть, а на две трети - зависимость от внешних микро- и макросоциальных факторов;

-у ПАЛ конституциональная зависимость нормы реакций составляет две трети, а одна треть приходится на внешние средовые факторы.

Следовательно, необходим дифференцированный подход к оказанию психологической, психотерапевтической и медико-психологической специа­лизированной  помощи.  Вероятностная эффективность  профилактических,

-43-

корригирующих, терапевтических и реабилитационных мер должна быть принципиально различной у акцентуантов и представителей ПАЛ.

Социально-стрессовые, экологические и иные экзогенные и экстремаль­ные факторы, деструктивно влияющие на конституционально-типологиче­скую основу личности, приводят к снижению функциональной активности индивидуального барьера психической и психологической адаптации, исто­щают психобиологические резервы личности и компенсаторные механизмы психологической защиты, которые, в свою очередь, перестают полноценно выполнять свои функции по укреплению, защите мест наименьшего сопро­тивления в личностно-характерологической, психофизиологической и в це­лом психобиологической структуре субъекта. Общим результатом является неустойчивая адаптация ПАЛ во внешней среде, проявляющаяся не только личностными и поведенческими аномалиями, но и патологическими фор­мами девиантного поведения, пограничными психическими расстройствами.

У представителей ПАЛ под влиянием деструктивных факторов внешней среды легче и быстрее формируются состояния конституциональной психо­логической декомпенсации, что приводит к выраженной аномальной лично­стной изменчивости, т.е. регистрируются аномалии по вектору «норма-пато­логия». В случае сверхзначимых и жизнеопасных экстремальных воздейст­вий наблюдается формирование пограничных психических расстройств нев­ротического уровня, свидетельствуя не о постепенной конституциональной изменчивости, а о скачкообразном переходе к вектору «здоровье-болезнь».

Толерантность акцентуантов к деструктивному действию внешних фак­торов достаточно высока. У акцентуантов лишь в случае сочетанного и дли­тельного воздействия деструктивных факторов на психологическую, биоло­гическую или духовную основы, составляющие триединую сущность лично­сти, наблюдается негативный дрейф в конституционально-континуальном пространстве в сторону диапазона пограничной аномальной личности. На­пример, наличие ситуации социально-информационного стрессирования. В то же время признаки личностной и поведенческой декомпенсации у пред-

-44-

ставителей ПАЛ могут наблюдаться при деструктивном воздействии внеш­них факторов лишь на одну из перечисленных составляющих.

Для ПАЛ в отличие от акцентуантов не требуется патогенетически зна­чимых психотравмирующих ситуаций, чтобы произошел «сдвиг» в сторону проявления декомпенсации личностных, поведенческих отклонений и/или пограничных психических нарушений.

Таким образом, пограничная аномальная личность - это особый проме­жуток выраженности и представленнос^ти психотипологических, личностных, психофизиологических, антропологических и психопатологических качест­венных градаций аномальной личностной изменчивости, отличающихся на системном уровне как от регистра психологической нормы-акцентуации, так и от патологической психической конституции - психопатии.

1.4 Психотипологические характеристики личности Акцентуации характера представляют собой усиление отдельных черт характера до такой сильной степени, при которой адаптационные возможно­сти субъекта значительно снижаются в условиях эмоциогенной ситуации. В.Я. Семке (1986, 1991) утверждает, что «среди усиленных характерологиче­ских черт могут оказаться как позитивные, так и социально негативные лич­ностные свойства».

Аномалия в медицинской литературе трактуется как отклонение от нормы (в качестве примера приводится психопатия) (Братусь Б.С., 1988; Па­лей И.М., Гербачевский В.К., 1972; Попов Ю.В., 1986). Если аномалия есть отклонение от нормы, следовательно, должно существовать понятие психи­ческой нормы или гармонии. П.Б. Ганнушкин (1964) утверждал, что «гармо­нические» натуры по большей части есть плод воображения», поэтому в пси­хическом плане возможны только здоровье или болезнь. В.Я. Семке и В.Н. Судаков (1986) вместе с тем все же считают возможным выделить кри­терии, позволяющие сформировать понятие гармонической личности: «Гар­моничные в психическом смысле люди проявляют вовне достаточную сба-

-45-

лансированность основных нервных процессов (возбудительного и тормоз­ного)…».

Если обратиться к физиологии как основе всех процессов жизнедея­тельности, в том числе и психических процессов, то окажется, что понятие гармонической личности основывается на возможности равновесия между информацией об объективных параметрах раздражителя и его субъективных характеристиках, что равнозначно балансу между силами возбуждения и торможения (Анохин П.К., 1975).

В.Д. Небылицын (1976) писал в этой связи: «Термин «уравновешен­ность», принятый в павловской школе, относится специально именно к соот­ношению между двумя «силами» - между силой нервной системы относи­тельно возбуждения и силой относительного торможения». Б.С. Братусь (1988), присоединяя свой голос к тем, кто определяет психическую норму как баланс сил возбуждения и торможения, писал: «Между условными полюсами «нормы» и «патологии» находится обширное поле отклонений, аномалий развития», которые не являются нормой и вместе с тем не переходят границы патологии.

Психиатры склонны полагать, что такие психотипологические черты личности, как акцентуации, относятся не к аномалии, а к норме (Личко А.Е., 1977; Гиндикин В.Я., 1999). Но для психолога утверждение подобного рода есть повод для полемики, поскольку акцентуации в психологии относят к аномалиям. Вопрос о понятии психической нормы и о том, считать ли акцен­туацию нормой или аномалией, остается дискуссионным. Так, А.Е. Личко, неоднократно повторяя, что акцентуация - это не аномалии, а норма, и от­клонение поведения от общепринятых норм является основным проявлением как психопатий, так и в подростковом возрасте - акцентуаций характера. Личко выделяет акцентуации, называя их не аномалиями, а крайними вари­антами нормы, но все же выдержки из работы этого видного российского психиатра позволяют возможность судить о противоречивости суждений психиатров, дающей повод некоторым психологам отстаивать точку зрения об аномальном происхождении акцентуаций.

-46-

С точки зрения И.В. Боева (1998), акцентуация характера, сформиро­вавшаяся в подростковом возрасте, в процессе взросления может подвер­гаться аномальной личностной изменчивости и приобретать черты погранич­ной аномальной личности.

1.4.1. Циклоидный тип акцентуации личности.

Отличаются хорошим, даже повышенным настроением, соответст­вующим верхней границе нормы, т.е. приподнятостью и адекватной весело­стью. Первые проявления гипертимности нередко возникают с детства: не­угомонность, шумливость, стремление командовать сверстниками, чрезмер­ная самостоятельность. Обладают высоким жизненным тонусом, способно­стью к активной, целенаправленной и продуктивной деятельности, высокой работоспособностью, которая сохраняется длительное время (годы и десяти­летия). Энергичны, выражено стремление к лидерству, притом неформаль­ному. Внешний вид больше напоминает пикников или нормостеников с тен­денцией к пикническому телосложению. На лице мы видим адекватную доб­рожелательную эмоциональную игру, отражающую общительность и жизне­любие. Чувство симпатии у окружающих появляется практически сразу, ко­гда они видят приветливое и доброжелательное выражение лица, мягкие, до­брые, лукавые глаза, душевность и добросердечность, которую источают циклотимики. Практически все представители циклоидного психотипа внеш­не симпатичные, обаятельные, правдивые и чрезмерно болтливые, но в то же время надежные и преданные друзья и коллеги. Разговорчивы, говорят быст­ро, с живой мимикой и жестами. Характеризуются как врожденные рас­сказчики, которые самые обычные истории умудряются преподнести слуша­телям как чрезвычайно интересные и с чувством юмора.

Высокий биологический тонус проявляется всегда хорошим аппети­том, здоровым, крепким сном - встают бодрыми, отдохнувшими. Сексуаль­ное влечение пробуждается рано и отличается силой. Быстро увлекаются, но и быстро охладевают к сексуальным партнерам.

-47-

Циклоиды обычно остроумны, безобидно для окружающих иро­ничны, обладают от природы различными способностями как в гуманитар­ных, так и в точных областях знаний, что выгодно отличает циклоидов от представителей общей популяции. Легко проявляют поэтические, художест­венные способности, хорошо поют, легко и артистично танцуют. Они легко находят общий контакт с окружающими людьми благодаря своей эмоцио­нальной теплоте и эмпатичности. Через несколько минут общения с ними по­являются дружеские чувства, и они быстро становятся душой компании, все­ми признанными формальными и неформальными лидерами. Коммуника­бельность и общительность в сочетании с природными способностями по­зволяют им легко продвигаться по социальной лестнице. Однако очень часто циклоиды предпочитают роль неформального лидера, что не мешает им на­слаждаться жизнью и оставаться душой компании. Легко осваиваются в не­знакомой обстановке, но переоценивают свои возможности и строят чрез­мерно оптимистичные планы на будущее. С удовольствием путешествуют, ездят в командировки, способны легко убедить окружающих в своей правоте и следовать своим идеалам. Любят и стремятся находиться в обществе, что привлекает к ним окружающих людей. Умение довольствоваться настоящим социальным и финансовым положением, сохраняя душевный покой, друже­любие и обходительность, позволяет им чаще, чем другим акцентуантам, ис­пытывать удовлетворение от жизни во всех ее проявлениях.

Для представителей циклоидного психотипа характерна неустойчи­вость интересов, присуща неразборчивость в выборе знакомств, в силу чего могут оказаться в дурной компании, начать выпивать (обычно предпочитая неглубокие степени опьянения), пробовать действие наркотиков и других токсических средств. Хотя у циклоидов нет физиологической тяги к алко­голю и наркотикам, тем не менее длительное время препровождение в ком­паниях способствует бытовой алкоголизации в последующем. Плохо перено­сят одиночество, строго регламентированную дисциплину, монотонный и требующий мелочной аккуратности труд, вынужденное безделье. Стремле-

-48-

ние окружающих подавить их активность и лидерские тенденции нередко ве­дет к бурным, но коротким вспышкам раздражения. Не злопамятны.

Отличаются высокой толерантностью к внешнему воздействию и хо­рошим физиологическим резервом, что делает достаточно надежным процесс психологической адаптации в меняющихся условиях.

Плохо совместимы с подростками эпилептоидного типа, от предста­вителей шизоидного, сенситивного и психастенического типов стараются дистанцироваться.

Представители циклоидного психотипа диапазона пограничной ано­мальной личности внешне гораздо больше напоминают пикников, склонных к застолью, чревоугодию, злоупотреблению спиртным. Производят больше шума, суеты, беспокойства, но душевного и мягкого, без озлобленности, ге-тероагрессивности, характерной для эпилептоидов и истероидов. Циклоиды отличаются предприимчивостью, тенденцией к авантюре. Они легко броса­ются в недостаточно обдуманные предприятия. И если они увлечены, то их легко обмануть в силу доверчивости, открытости и добродушия, что часто ставит их в неловкое положение обманщиков и авантюристов. Другими сло­вами, часто высокий жизненный тонус может сочетаться с работоспособ­ностью, которая лишается продуктивности и целеустремленности.

Многие из них, обладая от природы яркими способностями, даже та­лантливостью, с трудом извлекают для себя и близких определенную соци­альную пользу. Недобросовестные и аморальные люди используют эмоцио­нальную неустойчивость и нестабильность жизненных принципов циклоидов в своих целях. Именно поэтому можно наблюдать, как чаще всего эпилепто-тимики и стеничные шизотимики склоняют циклоидов к пьянству, вовлекают в асоциальные компании, чтобы иметь над ними большую власть и с боль­шей легкостью использовать в своих корыстных интересах.

Циклоиды диапазона ПАЛ обладают умеренно выраженной толе­рантностью к внешним факторам, что приводит к нарушению индивидуаль­ного барьера психической и психологической адаптации и истощению фи­зиологического резерва. В связи с этим более выражены аффективные коле-

-49-

бания настроения от гипертимности до спада настроения, длящиеся обычно 2-3 недели и перемежающиеся длительными интермиссиями. Этот период сопровождается гипоэргией, ослаблением мотивов и желаний, снижением продуктивности. Неудачи и мелкие неурядицы тяжело переживаются. Серь­езные нарекания, особенно унижающие самолюбие, способны навести на мысли о собственной неполноценности и ненужности. Аффективная лабиль­ность становится заметной, когда легко могут появиться слезы, печаль и так же легко возникает веселость и жизнерадостность. Именно поэтому они лег­ко могут и посмеяться, и поплакать, тем самым облегчая свое психологи­ческое состояние и располагая людей к общению.

Эпизоды мягких, кратковременных субдепрессивных переживаний сопровождают циклоидов практически всю жизнь. Это приводит к недоста­точной социально-психологической адаптации, которую циклоиды ПАЛ пы­таются восстановить приемом алкоголя, что приводит к формированию зави­симости.

1.4.2. Истероидный тип акцентуации личности.

Антропологические показатели варьируют от астенического телосло­жения с тенденцией к нормостении до пикников, также с тенденцией к нор-мостении. Внешне отличаются пластичной, оживленной пантомимикой, не всегда адекватной ситуации, но с тенденцией к экспрессии и экзальтации. На лице отражается одновременно множество чувств и переживаний в ответ на любые внешние раздражители.

Жизненный тонус характеризуется средним уровнем или даже выше среднего, поэтому и работоспособность достаточно высока. Однако дли­тельно сохранять высокую и продуктивную работоспособность истероиды не в состоянии, поэтому для восполнения физиологических затрат им требуется чаще делать перерывы в работе, учебе, отдыхать или переключаться на дру­гой вид деятельности.

Отличаются хорошей способностью к освоению нового материала, у них получается схватывать на лету все, что касается учебы, практических на-

-50-

выков, особенностей интерперсональных взаимоотношений. Благодаря хо­рошей памяти, живому темпераменту, яркому образному восприятию и пред­ставлению складывается обманчивое впечатление особых интеллектуальных способностей, что обучение дается легко и они значительно опережают своих коллег по учебе и работе. На самом деле истероиды не всегда достаточно глубоко понимают и осознают внутренние связи предметов и явлений. Для них больше характерно поверхностное восприятие мира, но яркое, эмоцио­нальное, динамичное и сохраняется иллюзорная убежденность в своем пре­восходстве над окружающими. В последующем они прекращают активно за­ниматься и спустя некоторое время обнаруживают, что отстают от своих «ма­лоподвижных» коллег, а усвоенных прежде знаний и навыков не хватает, чтобы соответствовать должному уровню. Заставить себя долго и кропотливо трудиться истероид не может, поэтому чаще всего они оказываются худшими работниками, чем их менее привлекательные и внешне менее яркие коллеги. Активны и целеустремленны истероиды в случае, если их деятельность по­ложительно оценивается с профессиональной и этической стороны коллега­ми и руководством, а также социально и психологически одобряема окру­жающими. Работа и учеба ради идеи, высоких целей для истероидов диапа­зона нормы-акцентуации скучна и неинтересна. В работе ослаблено сознание ответственности и долга, товарищества и сопереживания - лишь внешнее, что мешает построить надежные и крепкие взаимоотношения с окружающими. Именно поэтому истероиды чаще, чем представители других психотипов, меняют свою микросреду.

В то же время, если истероиды обладают высоким интеллектом и хо­рошей культурой, то они способны на глубокие философские и аналитиче­ские обобщения. Живость ума и красочность воображения позволяет создать адекватные представления о мире и человеческих взаимоотношениях. Это преимущество помогает скрывать слабости и максимально долго демонстри­ровать свои положительные способности, не переставая удивлять, вызывать восхищение. В этом случае истероиды могут управлять собой, стремиться к цели и благополучно достигать ее.

-51-

Истеротимики, так же как и эпилептотимики, обладают способностью к глубокому и точному интуитивному восприятию окружающих людей. Они могут дать верную оценку окружающим с первого взгляда. Однако им труд­но закрепить свои интеллектуальные потенции в соответствующем социаль­но-приемлемом стереотипе поведения и терпеливо следовать своей оценке и прогнозу. Они словно живут в иллюзорном мире, в котором плохо учитыва­ют конкретные ситуации. В реальной жизни больше стремятся казаться кем-либо, чем быть на самом деле личностью. Из-за этого производят впечатле­ние несколько инфантильных, ювенильных личностей. Подсознательно стре­мятся найти себе покровителей, которые бы защитили их тонко чувствую­щую и возвышенную натуру от грубости, цинизма и несовершенства окру­жающих.

Представители истероидного психотипа часто становятся на короткий срок формальными лидерами новой микросреды. Но вскоре собственная не­устойчивость, нестабильность, неспособность выдержать длительные на­грузки и повышенные требования, предъявляемые к лидерам, заставляют сложить с себя полномочия. Чтобы оправдать свою недостаточную работо­способность и безответственность, у истероидов существует масса причин. Высокий уровень притязаний служит основой для недоразумений, конфлик­тов и обвинения окружающих в предвзятости. Они готовы обвинить в неуда­чах и конкретных людей, и обстоятельства. Именно поэтому им трудно вы­держать конкуренцию со стеничными шизоидами и эпилептоидами, и скорее всего они подчиняются воле последних.

Истероиды часто награждены от природа различными способностями преимущественно гуманитарного толка - читают и сочиняют стихи, музици­руют, рисуют и поют, но при условии, если окружающие на перестают удив­ляться и восхищаться их талантом, ставить в пример и вообще ориентиро­ваться на них. Это им также необходимо, чтобы преуспевать в изучении ино­странного языка, они прекрасно переводят и участвуют в живом общении, привлекают к себе внимание естественными эмоциональными реакциями, открытыми, зачастую прямолинейными суждениями, придают беседе интри-

-52-

гующий характер, тем самым оживляя ее и внося легкое неопределенное волнение. Истероиды стараются произвести первое яркое впечатление, а дальше им уже неинтересно и скучно ожидать позитивных результатов меж­личностного общения или реализации какого-нибудь дела. Они стремятся сразу произвести эффект необычного загадочного человека, наделенного особыми способностями, интеллектом, проницательностью, граничащей с мистикой. Склонны к фантазированию, часто выдавая желаемое за действи­тельное. Однако тенденция к лживости проявляется лишь в обстановке по­пустительства и отсутствия регламентации поведения и отношений. Угроза наказания, как и само наказание, действует весьма отрезвляюще и поэтому жизненный путь изобилует неожиданными подъемами и спадами по соци­альной иерархии. Со временем они научаются сдерживать себя, вырабаты­вают терпение, овладевают самоконтролем и с большей выгодой для себя мо­гут пользовать способностью производить яркое впечатление на окружаю­щих.

Представители истероидного психотипа пограничной аномальной личности имеют большое желание получить признание и восторг «здесь и сейчас», а отсутствие таких характерологических черт как выдержка, целе­устремленность, терпеливость, быстро приводит к конфликтам и недоразу­мениям. Лживость и фантазирование целиком служат приукрашиванию сво­ей особы. Для истероидных личностей характерна лживость, псевдология, сочетающаяся с наигранностью, искусственностью внешних эмоциональных проявлений, чувств, эмоциональной и личностной зависимостью от окру­жающих и в особенности от лидеров. Чем больше истероиды врут, строя свои межличностные отношения, тем больше они верят в собственную ложь и тем труднее от нее в последующем отказаться.

Они подвижны, суетливы, беспокойны, везде успевают вставить за­мечания, с их точки зрения необходимые и существенные. На самом же деле замечания в большинстве своем пустые и ничего не значащие. Заметно стремление изобразить себя, представить себя в более выгодном и значимом свете. В зависимости от уровня интеллекта, широты культуры, мировоззре-

-53-

ния они стремятся копировать «лучших» представителей той социальной среды, той субкультуры, к которой относятся или, по их мнению, должны принадлежать.

Внешние проявления эмоциональности на деле оборачиваются отсут­ствием глубоких чувств при большой выразительности, театральности пере­живаний, склонности к рисовке и позерству. Выражена психологическая «жажда» признания несуществующих заслуг, поклонения, обожания и вос­торженного восприятия окружающими. Истероиды не в состоянии рацио­нально воспользоваться теми способностями, которыми награждены от при­роды, от чего очень страдают, видя блестящую реализацию весьма посредст­венных способностей своих сверстников. Представители ПАЛ готовы по­жертвовать чем угодно, лишь бы добиться признания своего мнимого авто­ритета, и, поскольку не удается этого сделать позитивными способами, ис­пользуют любые негативные способы. Психологическая гипертрофия образа «жертвы» - один из любимых поведенческих стереотипов истероидов, что указывает на их склонность к психологическому мазохизму.

Среди сверстников претендуют на первенство или на исключительное положение. Неудовлетворенный эгоцентризм нередко приводит к яростной оппозиционности. Самооценка далека от объективности. Обычно представ­ляют себя такими, какими в данный момент легче всего произвести впечат­ление.

1.4.3. Эпилептоидный тип акцентуации личности.

Антропометрические характеристики эпилептоидов даже внешне от­личаются гармоничным, крепким телосложением, равномерным развитием мышц и жировой прослойки, соразмерными пропорциями конечностей и ту­ловища, чаще свойственным атлетам или нормостеникам с хорошо развитым плечевым поясом, шеей, достаточно крупными кистями рук и стопами ног. Эпилептоиды диапазона ПАЛ визуально отличаются от крайнего варианта нормы - акцентуантов более короткими нижними и более удлиненными

-54-

верхними конечностями по сравнению с туловищем, а также чаще всего ко­роткой мускулистой шеей и достаточно развитым торсом.

Бесстрастное выражение лица часто сменяется эмоциональной живо­стью, игрой мимических мышц, отражающих жизнелюбие и жизнерадост­ность. Но в любую секунду оно вновь готово смениться на ровное бесстраст­ное выражение, если этого потребуют обстоятельства. У представителей ПАЛ часто заметен асимметричный лицевой череп с признаками яркой чув­ственности и игры инстинктов на лице. Конституциональным эпилептоидам даже при хорошем интеллекте, широком мировоззрении и культуре очень трудно бывает скрыть от окружающих свою меркантильность, граничащую с жадностью, самость, болезненное честолюбие и порочную склонность к чув­ственным наслаждениям. Если у эпилептотимиков духовная жизнь является значимой составляющей, то у представителей ПАЛ наблюдается явный пере­вес материальной составляющей в жизни.

Эпилептоиды ПАЛ жадны, завистливы, похотливы, что часто явля­ется предметом споров, конфликтов, драк, нарушений общепринятых зако­нов. Если эпилептоидный акцентуант, стремясь приобрести для себя матери­альную ценность, постарается создать такие условия, чтобы максимально за­конным путем эта вещь в конечном итоге ему принадлежала, то эпилептоиду ПАЛ весьма трудно сдержать свои инстинкты и управлять ими. Не успев до­ждаться, когда ценная вещь станет законной его собственностью, эпилеп­тоиды могут предпочесть кражу, достаточно грубый обман, вымогательство или шантаж. Всем перечисленным проявлениям способствует легко возни­кающий дисфоричный оттенок настроения с постепенно накипающим раз­дражением и поиском объекта, на котором можно было бы сорвать зло.

Обильное застолье, яства, в избытке алкоголь, азартные игры, сексу­альные наслаждения - вот тот круг, без которого эпилептоидам очень трудно представить реальную жизнь. Вне чувственных удовольствий жизнь для эпи-лептоидов теряет смысл и прелесть. Если для шизоида, представителя ПАЛ важна идея, то эпилептоид ПАЛ тоже может быть фанатичным последовате­лем или апологетом какого-либо учения, но при этом он сочетает свою фана-

-55-

тическую увлеченность с реальными чувственными наслаждениями. В со­стоянии алкогольного опьянения легко теряют контроль над собой, дейст­вуют импульсивно, в неподходящей ситуации могут неожиданно разразиться потоком брани, нанести побои. Самооценка обычно однобокая - представля­ют себя более конформными, чем есть на самом деле.

Эпилептоиды характеризуются высоким жизненным тонусом, хоро­шей работоспособностью и выносливостью, низким уровнем утомляемости. В большинстве своем они целеустремленны, педантичны, аккуратны, добро­совестны и даже скрупулезны в выполнении заданий. Подобное сочетание качеств, плюс хорошие природные способности к обучению, приобретению практических навыков на базе общей эрудиции позволяют им достаточно быстро продвигаться как в учебе, так и работе. В межличностных отношени­ях эпилептотимики достаточно гармоничны, умеют быть эмоциональными, им свойственна насыщенность инстинктивных переживаний. Они легко на­ходят контакт с окружающими, интуитивно чувствуя их психологические слабые и сильные стороны, что позволяет им завоевывать расположение кол­лег. Эпилептотимиками управляют честолюбие и меркантилизм, которые они хорошо скрывают, а также чувство самости и сентиментальности. Чем выше интеллект и шире культура эпилептотимиков, тем легче им добиваться рас­положения вышестоящих начальников и налаживать прочные отношения с коллегами. Сила в сочетании с инертностью и подвижностью нервных про­цессов позволяет им очень точно строить свое поведение для достижения це­ли. Поэтому практически любые социально-психологические трудности для акцентуантов преодолимы и их трудно застать врасплох. Со всеми выше­стоящими эпилептотимики стремятся сохранять паритетные отношения, но без панибратства, подчеркивая разницу в социальной иерархии.

Эпилептоиды легко находят выход из самых запутанных и сложных ситуаций, причем близкий к оптимальному. Психотравмирующее влияние на них может оказать ситуация, угрожающая их честолюбивым планам и мате­риальным ценностям. Только в этом случае можно увидеть кратковременную

-56-

спонтанную эмоциональную и инстинктивную «бурю», которую эпилептои-ды не смогут завуалировать несмотря на культуру и высокий интеллект.

Честолюбие сочетается у них со склонностью незаметно, но прочно подчинять себе окружающих, привязывать их к себе сотнями незримых уз -от личного обаяния и привлекательности до психологического садизма, с по­мощью которого эпилептоиды психологически частенько паразитируют на акцентуантах сенситивного и психастенического вариантов шизоидного пси­хотипа. Даже в родительских семьях эпилептоиды стремятся к диктату и то­талитаризму, добиваясь этого благодаря несовершенству взаимоотношений, психологической слабости отдельных членов семьи.

Эпилептоиды-акцентуанты, как и шизоиды-акцентуанты, от природы награждены способностями к точным и гуманитарным наукам. Чем бы они ни занимались, их работоспособность, усидчивость и добросовестность в со­четании с интеллектуальными способностями позволяют добиться многого. При этом у них всегда сохраняется трезвая самооценка. Тактические и стра­тегические задачи ставят перед собой реальные и неуклонно добиваются их реализации. План на день, на неделю, на год с конкретной выгодой для себя они научаются составлять уже в подростковом возрасте, стремясь затем сде­лать все, чтобы достичь поставленных целей. Часто ни логика, ни убеждения не помогают заставить отказаться эпилептоидов от задуманного. Даже если они видят путь компромисса, им невероятно сложно согласиться, в отличие от шизоидов, которые охотно идут на компромисс, понимая, что в конечном итоге они смогут получить нечто большее.

Часто при хорошем интеллекте, способностях к точным или гумани­тарным наукам представителям эпилептоидного психотипа ПАЛ трудно себя реализовать и так же быстро, как акцентуантам, продвинуться по социальной лестнице. С одной стороны, тормозной компонент волевой функции в виде сдерживания ослаблен, а такое свойство нервной системы, как инертность, все больше напоминает ригидность. Поэтому зачастую желание и обладание, достижение цели у радикалов соединяется в одной единице времени. Им

-57-

трудно ждать завершения какой-либо комбинации, которую они сами же рас­считали. В результате - конфликты и недоразумения со сверстниками.

Эпилептоиды также могут дать эмоциональную реакцию раздраже­ния, вплоть до ярости и гетероагрессии, в случае нарушения намеченных сроков реализации тех или иных задач. Особенно это характерно в ситуа­циях, когда подобные задержки возникают по объективным причинам, а не по их вине. В результате большого количества не удовлетворяющих лич­ность эпилептоида ситуаций (отсутствие карьерного роста, трудное финан­совое положение, поиск дополнительного заработка, напряжение на работе, связанное с поддержанием престижа, и т.д.) проявляется обострение лично-стно-характерологических черт, что истощает психобиологические ресурсы и приводит к снижению психологической толерантности, ухудшению адапта­ции и способности к обучению.

Кроме перечисленных видоизменяющихся личностно-характерологи-ческих черт от акцентуации до ПАЛ, нельзя не отметить усиление злопамят­ности, мстительности, сочетающихся с откровенной, часто вульгаризирован­ной льстивостью.

Особенностью эпилептоида является тот факт, что если ему приходи­лось пресмыкаться перед кем-либо, унижаться, льстить, ущемляя собствен­ное достоинство на пути к поставленной цели, то, достигнув ее, он не преми­нет отомстить, использовав прессинг психологического и даже физического садизма. В отличие от акцентуанта представитель ПАЛ не будет ждать, когда ситуация сама по себе позволит ему отомстить, а будет активно строить пла­ны для совершения реальной мести в отношении того, перед кем пресмыкал­ся.

Эпилептоиды любят и стремятся ощущать свое превосходство над окружающими, получая от этого глубокое психологическое удовлетворение. Колоссальное наслаждение доставляют им также всяческие интриги, инициа­торами которых они сами и являются. В этом немалую роль играют механиз­мы психологической защиты. Тенденция к психологическому садизму все более заметна и ярче проявляется у представителей ПАЛ. Она «обрастает»

-58-

склонностью к физическому садизму по отношению к более слабым сверст­никам, младшим, бессловесным, униженным, оскорбленным, которые почти наверняка не смогут постоять за себя.

Сексуальная жизнь насыщена событиями, поскольку чувственность является характерной чертой их интимной жизни. Они умеют и любят полу­чать чувственное наслаждение и от драки, и от азартных игр, и, конечно, от секса. Их сексуальная неутомимость, в чем-то даже сексуальная неразбор­чивость в партнершах и партнерах и легко развивающаяся чувственность де­лают эту сторону жизни для эпилептоидов важной и содержательной.

Выявить эпилептоидов-интриганов могут акцентуанты и циклоидного и истероидного психотипа, но противостоять и удерживать свои позиции мо­гут лишь акцентуанты шизоидного психотипа. Чем больше эпилептоиды не встречают отпора, чем меньше регламентация поведения, тем заметнее дрейф личностно-характерологических черт в сторону патологии.

При выраженности подобных личностно-характерологических свойств представителей эпилептоидного психотипа ПАЛ можно наблюдать весьма бурную реакцию не столько на стрессовые ситуации, сколько даже на бытовые, в которых заметна хотя бы минимальная угроза, перспектива ли­шения их материальных благ, чувственных удовольствий, наслаждений, ог­раничения их самости. В этих случаях эпилептоиды часто дают бурные аф­фективные реакции вплоть до эксплозивности, дисфории в виде тоскливо-злобного настроения, гетероагрессивной направленности. Подобные пережи­вания приводят к конфликтам, дракам, нарушению правового поля. В усло­виях хронического психологического стрессирования они склонны употреб­лять спиртные напитки, чтобы снять нарастающее эмоциональное напряже­ние, которое может мешать им принимать адекватные решения и реализовы-вать их. В состоянии опьянения у эпилептотимиков проявляется сентимен­тальность до слез и грубая чувственность с вульгаризированным поведенче­ским оттенком. Очень часто алкоголь не только расслабляет, снимает дисфо-рический фон настроения, но в больших или малых дозах может провоциро­вать эксплозивные реакции, гетероагрессию, если психотипологические эпи-

-59-

лептоидные особенности отягощены признаками минимальной мозговой не­достаточности и/или вялотекущей органической неврологической симптома­тикой.

Следует подчеркнуть, что систематизация регламентированного по­ведения дисциплинирует эпилептоидов, ограничивая и не потворствуя реали­зации порочных склонностей. Своевременное систематическое проведение психологической коррекции, психотерапии профессиональными психоло­гами и психотерапевтами позволяет добиться существенной коррекции лич-ностно-характерологических особенностей конституциональных эпилепто-идных представителей ПАЛ, во всяком случае банальные стрессоры эпилеп-тоиды начинают выдерживать, самостоятельно нивелируя пограничные пси­хологические и психопатологические переживания, свойственные погранич­ным аномальным личностям. Следовательно, усиление роли социальных ин­ститутов в общественном сознании, регламентация социально-психологиче­ских стереотипов поведения ограничивает возможности негативного дрейфа эпилептоидов-акцентуантов в сторону диапазона ПАЛ.

1.4.4. Шизоидный тип акцентуации личности.

Главными чертами представителей шизоидного психотипа в консти­туционально-континуальном диапазоне психологической нормы-акцентуа­ции являются замкнутость и недостаток интуиции в процессе общения, в на­лаживании неформальных, эмоциональных контактов, что тяжело пережива­ется. Быстрая истощаемость в эмоциональном контакте побуждает к еще большему уходу в себя. Внутренний мир почти всегда закрыт от других и за­полнен увлечениями и фантазиями, предназначенными только для услажде­ния самого себя, утешения честолюбия или могут носить эротический харак­тер. Увлечения отличаются силой, постоянством и нередко необычностью, изысканностью. Богатые эротические фантазии сочетаются с внешней асек­суальностью. Алкоголизация и делинквентное поведение встречаются нечас­то. Самооценка обычно не полная: хорошо констатируется замкнутость, трудность контактов, непонимание окружающих, другие особенности подме-

-60-

чаются хуже. В самооценке всегда подчеркивается нонконформизм. У близ­ких могут вызывать недовольство своей молчаливостью и сдержанностью, но когда разговор заходит об их хобби, могут быть даже многоречивы. В своих симпатиях часто тяготеют к эмоционально лабильным, может быть, чувствуя в их характере то, чего им самим недостает.

Представителей шизоидной акцентуации личности диапазона психо­логической нормы-акцентуации разделяют на стенический и астенический вариант психобиологического реагирования.

Для стенического варианта характерен высокий жизненный тонус, обеспечивающий хорошую работоспособность, активность, целеустремлен­ность, настойчивость в достижении выбранной цели. Природа наградила способностью к рациональному и иррациональному мышлению, склонно­стью к точным наукам, к программированию, к математическому алгоритму мышления. При хорошем интеллекте особенно заметна эвристическая спо­собность мышления, что позволяет выделять скрытые признаки в ситуации или проблеме. Стенические шизоиды склонны к справедливости, соблюде­нию принципов товарищества, писаных и неписаных правил. Эмоционально сдержанны, стараются всегда контролировать свои чувства и избегают их демонстрации. Надежны в общении при выполнении общих целей. Отно­шения с противоположным полом ровные, стабильные, обедненные внеш­ними проявлениями эмоциональных переживаний. Хорошо переносят экс­тремальные условия, устойчивы к стрессовым и любым внешним воздейст­виям. Правильно принимают оптимальные решения и затем реализовывают их. Эти способности, а также характеристики хладнокровного, бесстрастного и уравновешенного человека часто позволяют выдвигать их на роль лидеров в коллективе. Психобиологические резервы организма достаточно высоки, поэтому компенсаторные личностные и поведенческие механизмы имеют широкий диапазон.

У представителей астенического варианта шизоидного психотипа жизненный тонус низкий, что обеспечивает умеренно выраженную работо­способность. Чтобы сохранить хорошее качество работы, всегда требуется

-61-

время для отдыха и восполнения сил. Требование ускорить работу или уве­личить ее длительность не приводит к ожидаемому результату в отличие от стеничных шизоидов. Непонимание окружающих приводит к обидам, появ­лению ранимости и повышенной чувствительности. Однако интеллект, куль­тура и широта мировоззрения позволят компенсировать указанные недостат­ки в обыденной жизни. В экстремальных же условиях будет проявляться не­достаток энергии, тонуса, что отразится на продуктивности выполняемой ра­боты и на выборе оптимального решения. В период напряженной или стрес­совой ситуации отношения с противоположным полом становятся неста­бильными, появляются конфликты и неразумения. В связи с быстро исто­щаемым психобиологическим резервом компенсаторные возможности огра­ничены. Устойчивость к стрессовым и внешним воздействиям невысокая. Сохраняется эвристическая способность мышления, обостренное чувство справедливости и следование социальным нормам поведения.

По преобладанию определенных личностно-характерологических особенностей у представителей шизоидного психотипа выделяют сенситив­ный и психастеничный тип. Сенситивный тип характеризуется большой впе­чатлительностью и наличием комплекса неполноценности. В себе видят множество недостатков, особенно во внешности и в области морально-этических и волевых качеств. Среди посторонних и в незнакомой обстановке проявляют замкнутость, робость и застенчивость. С незнакомцами бывают трудности даже в самых поверхностных контактах, но с теми, к кому при­выкли, бывают общительны и откровенны. Ни к алкоголизации, ни к делин-квентному поведению склонности не обнаруживают. Самооценка отличается высоким уровнем объективности. При этом типе нередко бывает ярко выра­жена реакция гиперкомпенсации - стремление преуспеть именно в той об­ласти, где таится комплекс неполноценности. Сенситивные черты начинают выявляться с детства робостью, застенчивостью, боязнью незнакомцев, но критическим является возраст 16-18 лет - вступление в самостоятельную со­циальную активность. Некоторые действительные физические дефекты (на­пример, заикание) могут способствовать заострению сенситивных черт или

-62-

наслаивать их на некоторые другие типы акцентуаций (эмоционально-лабильную, психастеническую, шизоидную). Необходимость отвечать не только за себя, но и за других может, наоборот, сглаживать сенситивные чер­ты.

Психастенический тип преимущественно характеризуется нереши­тельностью, склонностью к рассуждательству, тревожной мнительностью в виде опасений за будущее - свое и своих близких, склонностью к самоана­лизу и легкостью возникновения навязчивостей. Черты характера обычно обнаруживаются в начальных классах школы - при первых же требованиях к чувству ответственности. Отвечать за себя и особенно за других бывает са­мой трудной задачей. Защитой от постоянной тревоги по поводу воображае­мых и неприятностей служат выдуманные предметы и ритуалы. Нереши­тельность усиливается, когда надо сделать самостоятельный выбор и когда решение касается маловажных повседневных проблем. Наоборот, вопросы серьезные, существенно отражающиеся на будущем, могут решаться с уди­вительной скоропалительной опрометчивостью. В подростковом возрасте ал­коголизация и делинквентность не присущи. Но при взрослении могут обна­ружить, что алкоголь способен снимать тревогу, неуверенность и внутреннее напряжение и тогда возникает опасность к нему пристраститься. Из-за чрез­мерного педантизма, мелочной принципиальности, доходящей до деспотиз­ма, нередко плохо совмещаются с представителями почти всех типов акцен­туаций характера. Считается, что мелочный педантизм психастеников также служит для них психологической защитой от опасений и тревоги за будущее.

Представители шизоидного психотипа, принадлежащие к конститу­ционально-континуальному диапазону пограничной аномальной личности, отличаются склонностью к лабильности и неустойчивости, что мешает доби­ваться поставленной цели. Преобладает «зацикленность» на какой-либо идеи, проблеме, увлечении, часто мало связанной с основной работой, чему уделя­ется много свободного и рабочего времени. В своих взаимоотношениях с ок­ружающими на работе преобладает принцип «хочу над надо», что осложняет взаимоотношения с руководством. Замкнут, общение приобретает избира-

-63-

тельный характер. Эмоционально холоден до черствости и даже бездушия, что закрепляет характеристику холодного и расчетливого эгоиста, прагма­тика и препятствует быть лидером в социально приемлемой среде. Если ин­тересы микросреды не совпадают с его личными, то редко и с трудом нахо­дит компромисс. Легко идет на нарушение законов, правил, циркуляров -лишь бы достичь цели.

Эвристичность и интеллектуальный прагматизм у представителей ПАЛ сохраняется, но в значительной мере теряется прагматизм поступков и поведения. Происходит как бы растворение поведенческого рационализма в эмоциональном негативизме, в противоречивости переживаний конститу­циональных шизоидов. Их эмоциональная черствость становится заметной и осязаемой окружающими. Сверстники, не стесняясь, упрекают их в эмоцио­нальном бездушии, в отсутствии эмоционального компонента эмпатии, в не­желании и неумении научиться поведенческим, эмоциональным приемам, демонстрирующим эмпатичность личности, которая столь дорога и необхо­дима в общении, особенно в подростковом возрасте. Они с трудом переносят общество сверстников, где требуется повышенная или даже средняя обыва­тельская коммуникативность, общительность, эмоциональность. Именно по­этому шизоиды ПАЛ часто остаются в одиночестве, но не тяготятся им, а все больше предпочитают ситуацию одиночества, так как отсутствует понимание в подростковой среде.

Сохраняются всевозможные способности, в частности, к точным нау­кам. Алгоритм мышления шизоидов конгруэнтен алгоритму математических программ, искусства, несущего в себе абстрактное смысловое содержание. Они относительно легко переживают и осознают тайны различных древних мистерий, метафизическую природу восточных религиозно-философских учений. Легко интеллектуально постигают глубинный смысл таких понятий, как медитация, трансцендентность, «сатори», «инсайт» и т.д. Для шизоидных представителей ПАЛ легче постичь глубинный смысл даосизма, цзен-буд-дизма, чем эмоциональный и/или душевный мир живущего рядом с ними близкого человека.

-64-

Склонность к точным наукам, эвристический алгоритм мышления, умение просчитывать ситуацию, эмоциональная холодность и расчетливость позволяют дрейфовать в сторону асоциальной микро- и макросреды. В этой среде быстро добиваются лидерства, так как тут ценится изощренность и из­воротливость ума, способность находить необычные решения и наносить беспощадные и коварные удары. Отсутствие устойчивых эмоциональных привязанностей, моральных и нравственных установок, принятых в макро­обществе, делает шизоидов ПАЛ особенно ценными лидерами в асоциальной группе.

Шизоидные представители ПАЛ пополняют группы подростков с па­тологическим делинквентным, криминальным, токсикоманическим и сексу­альным стереотипами поведения. Психобиологический резерв и барьер ин­дивидуальной психической и психологической адаптации достаточно высо­ки, однако шизоидные представители ПАЛ не могут «держать» социальный удар, как, например, шизоидные акцентуанты. В условиях необходимости общения с большим количеством людей может произойти срыв. Аналогич­ные экстремальные ситуации также приводят к срыву в виде личностных, поведенческих расстройств, вплоть до развития пограничных психических состояний.

-65-ГЛАВА 2. МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

2.1 Состав групп обследованных.

В соответствии с поставленной целью и задачами были подвергнуты экспериментально-психологическому и психолого-педагогическому анализу 193 студента мужского и женского пола в возрасте от 17 до 19 лет, обучаю­щиеся на 2-3 курсах факультета романо-германских языков Ставропольского государственного университета. Для повышения достоверности исследова­ния из всей группы были исключены студенты с неудовлетворительной успе­ваемостью как по иностранному языку, так и по другим предметам. Обследо­вание проводилось с 2001 по 2003 год.

В соответствии с классическими отечественными и зарубежными представлениями о конституциональной психологии (Лазурский А.Ф., 1923; Мясищев В.Н., 1960; Мясищев В.Н., Беспалько И.Г., 1969; Небылицын В.Д. 1976) всех обследованных студентов, обучающихся иностранному языку, дифференцировали в зависимости от конституционально-психотипологиче­ской структуры личности на представителей четырёх психотипов, которые составили группы испытуемых для экспериментально-психологического ана­лиза.

Определение психотипологической принадлежности позволяет осу­ществить дифференцированный подход к испытуемым на индивидуальном и групповом уровне. Использование принципов конституциональной психоло­гии предоставляет возможность не проводить сплошной анализ результатов экспериментально-психологических исследований, а основываться на стро­гой методологии экспериментальных исследований, когда учитываются структура личности, психотипологические особенности, в зависимости от ко­торых анализируется, в частности, успеваемость студентов, их личностная и поведенческая изменчивость в конституционально-континуальном простран­стве от диапазона психологической нормы-акцентуации до диапазона погра­ничной аномальной личности и далее до диапазона патологической психиче­ской конституции (психопатии) (И.В. Боев, 1999). Первая группа включает 59

-66-

(31%) обследуемых с циклоидной структурой личностного психотипа, вторая - 63 (33%) с истероидной, третья - 46 (24%) с эпилептоидной и четвертая - 25 (13%) с шизоидной структурой личностного психотипа.

Для осуществления экспериментально-психологической дифферен­циации испытуемых по психотипологической структуре личности был ис­пользован патохарактерологический диагностический опросник (ПДО) для подростков. Опросник создан Личко А.Е. в 1977 году для определения в под­ростковом возрасте (14-18 лет) типов акцентуаций характера, а также лично­стных и поведенческих отклонений. Использование данного опросника по­зволяет объективно и надежно дифференцировать конституционально-пси­хотипологическую личностную акцентуацию, а также выявить преобладаю­щее психотипологическое ядро личности в условиях смешанного психотипа.

Для более точного и объективного определения психологических ха­рактеристик испытуемые были подвергнуты сплошному комплексному пси­хологическому обследованию.

Экспериментально-психологическое исследование основывалось на применении стандартного набора пяти методик, составивших 17 психологи­ческих показателей:

1.   Патохарактерологический диагностический опросник (Личко А.Е. с со-
авт., 1977), предназначенный для определения типов акцентуации характера;

2.                        Клинический опросник для выявления и оценки невротического состоя­
ния (Яхин К.К. и Менделевич Д.М., 1978);

3.                        Определение уровня невротизации и психопатизации (УНП) по мето­
дике, предложенной Н.Б. Ласко и И.М. Тонконогим (1978);

4.                        Методика Айзенка (Eysenck H.J., 1967), позволяющая выявить индивиду­
ально-психологические черты личности и ориентироваться в типе темпера­
мента;

5.                        Шкала Тейлора (Тау1ог J., 1953), выявляющая общий уровень личност­
ной тревожности.

С помощью перечисленных личностных методик и опросников у ка­ждого представителя, принадлежащего к личностному психотипу, была оп-

-67-

ределена степень выраженности следующих 17 психологических показате­лей: реакция эмансипации, шкалы психологической склонности к алкоголи­зации, психологической склонности к делинквентному поведению, показа­тель возможной органической природы (минимальной мозговой дисфунк­ции), показатель мужественности и женственности, вегетативные и обсес-сивно-фобические нарушения, шкалы астении, истерического типа реагиро­вания, невротической депрессии, ситуативной тревоги, шкалы невротизации, психопатизации, экстра-интроверсии, нейротизма, конституциональной тре­воги.

Полученные результаты по 17 психологическим показателям были подвергнуты непараметрической статистике, в частности, дискриминантному анализу, что дало основание соотнести их с объективными психолого-педа­гогическими характеристиками обследованных студентов.

Дальнейшее исследование предполагало распределение обследован­ных по степени стабильности-нестабильности успеваемости на три под­группы - с отличной, хорошей и удовлетворительной успеваемостью по ино­странному языку. Сведения об успеваемости были представлены преподава­телями университета. Таким образом, представители каждого психотипа бы­ли ранжированы по степени успеваемости и отнесены к соответствующей подгруппе.

С помощью компьютерной программы непараметрического статисти­ческого дискриминантного анализа (Ступак С.Ф., Боев И.В., 1979), про­граммного обеспечения фирм StatSoft и Microsoft результаты обследованных в подгруппах были достоверно дискриминированы в трехмерном простран­стве, что позволило выделить психологические маркеры дифференциальной диагностики между сравниваемыми подгруппами и определить непосредст­венный вклад каждого маркера в процентном выражении в процесс психоло­гической дифференциации.

Для определения вероятностной взаимозависимости между конститу­ционально-психотипологическими особенностями личности и степенью ус­певаемости по изучаемому иностранному языку; определения наиболее эф-

-68-

фективного метода усваивания и воспроизведения полученной информации; выявления особенностей формирования индивидуального стиля обучения были исследованы корреляционные взаимосвязи.

Анализ результатов экспериментально-психологического и психо­лого-педагогического исследования позволил сформулировать заключение, выводы и практические рекомендации по настоящей диссертационной ра­боте.

2.2 Психологические методики экспериментальных исследований. Патохарактерологический диагностический опросник (ПДО).

Патохарактерологический диагностический опросник для подростков предназначен для определения в подростковом возрасте (14-18 лет) типов ак­центуаций характеров и вариантов конституциональных психопатий, психо­патического развития и органических психопатий. Были составлены наборы фраз, отражающие отношение при разных типах характеров к ряду жизнен­ных проблем, актуальных для подросткового возраста. В число исследуемых проблем включалась оценка собственных витальных функций (самочувствие, настроение, сон, аппетит, сексуальные влечения, отношение к окружающим, родителям, друзьям, незнакомым и пр.) и к некоторым таким категориям, как критика и поучения в свой адрес, правила и законы, и т.д. Принцип отноше­ния к личностным проблемам заимствован из психологии отношений и пред­ставляется наиболее плодотворным для распознавания типов характеров.

Подобная диагностика на основе самооценки испытуемого своих от­ношений более объективна и надежна, чем исследования, в которых подро­стку предлагают отметить у себя те или другие черты характера.

При работе с ПДО обследуемому предлагается выбрать один или не­сколько (не более 3) ответов на каждую тему или отказаться от выбора.

Из тех же наборов предлагалось выбрать наиболее неподходящие, от­вергаемые ответы. Необходимость выбрать как подходящие, так и неподхо­дящие ответы составляет двойную систему оценки отношений с положитель-

-69-

ной и отрицательной сторон, что также повышает надежность метода. Диаг­ностическое значение выборов для обследуемого остается неизвестным.

С помощью ПДО могут быть диагностированы следующие типы пси­хопатий и акцентуаций характера: гипертимный, циклоидный, лабильный, астено-невротический, сенситивный, психастенический, шизоидный, эпилеп-тоидный, истероидный, неусточивый, конформный, смешанные типы. При этом учитывалось, что практически не сочетаются следующие типы: ги-пертимность с лабилыюстыо, астено-невротический тип с сенситивностью, психастеничностью, Шизоидностью и эпилептоидностью, циклоидность со всеми типами, кроме гипертимного и лабильного, лабильность - с психасте­ничностью, щизоидностью, эпилептоидностью, сенситивность - с эпилепто­идностью, неустойчивостью, психастеничность с эпилептоидностью, истеро-идностью, неустойчивостью. Промежуточные типы обусловлены эндоген­ными, преимущественно генетическими факторами, допускается возмож­ность особенности развития в раннем детстве. К ним можно отнести ла­бильно-циклоидный, гипертимно-конформный, сочетание лабильного типа с астено-невротическим и сенситивным, последних - друг с другом и с психа­стеническим, а также шизоидно-сенситивный, шизоидно-психастенический, шизоидно-эпилептоидный и эпилептоидно-истероидный.

Дополнительные диагностические показатели по шкале объективной

оценки.

Для суждения о достоверности результатов использованы показатели диссимуляции "Д" и откровенности "Т". Показатель диссимуляции предна­значен выявить стремление подростков скрыть черты своего характера и особенности своих отношений. Для наших исследований важно отметить, что показатель диссимуляции разработан на результатах обследования подрост­ков, которые поступали в стационар в экспертных целях в связи с подозре­нием на токсикоманию, недоказанные гомосексуальные действия и т.п. По­казатель откровенности отражает тенденции открыто признать неблагопри­ятные, нередко утаиваемые особенности отношений.

-70-

О возможной диссимуляции черт характера можно судить, если пока­затель "Д" превышает показатель «Т» не менее чем на 4 балла.

Установление возможной диссимуляции снижает правильность диаг­ностики типов и практически исключает объективную диагностику циклоид­ных и конформных типов, высокий показатель «Д» (6 и более баллов) наибо­лее свойственен неустойчивому типу. Если показатель «Т» больше «Д», то это указывает на высокую степень откровенности в самооценке. Чаще всего это встречается у представителей циклоидного и психастенического типов.

Индекс «В» отражает возможность изменений характера вследствие резидуального органического поражения мозга. Указанием на органическую природу изменения характера служит величина этого индекса, равная 5 и бо­лее. Индекс "В" ниже 5 не исключает органического генеза, т.к. лишь в 45% случаев органической психопатии индекс "В" больше или равняется 5. На­оборот, высокий индекс при отсутствии клинических признаков органиче­ского резидуума не превышает 10%. Высокий индекс "В" достоверно часто встречается при эпилептоидном типе характера.

Показатель отражения реакции эмансипации «Е». Эта реакция свя­зана со стремлением высвободиться из-под контроля, опеки, надзора. Она может проявляться как в поведении, так и в высказываниях. В поведении эта реакция ярко выражена у представителей типа Г. Очень сильное выражение показателя "Е" (6 и более баллов) встречается при типах шизоидном и исте-роидном.

Реакция эмансипации оценивается так: 0 или 1 балл - слабое отраже­ние, показатель «Е» 2-3 балла - умеренное; 4 и 5 баллов - выраженное; 6 и более баллов - очень сильное. Если показатель "Е" равен 4 и более баллов, то типы сенситивный и психастенический не диагностируются независимо от числа баллов в их пользу. Этим типам не свойственна ни поведенческая, ни декларативная реакция эмансипации.

Показатель психологической склонности к алкоголизации «V» (от vine - вино; А.Е. Личко, В.В. Александров и др., 1977) дает возможность су­дить о таковой, если он равен +2 и выше, однако «V», равный +6 и выше,

-71-

свидетельствует о стремлении демонстрировать свою склонность к употреб­лению спиртного. Величина его, равная 0 или +1, означает неопределенный результат. Отрицательная величина подтверждает отсутствие психологиче­ской склонности к алкоголизации. Авторы подчеркивают, что данная шкала диагностирует именно психологическую склонность к алкоголизации, а не констатирует злоупотребление алкоголем. Поэтому с ее помощью выявля­ются подростки не только те, которые употребляют спиртное, но и те, кото­рые не имеют достаточно твердых антиалкогольных установок и в соответст­вующих условиях легко соскальзывают на этот путь. Этот показатель зависит как от типа акцентуации характера или психопатии, так и от ближайшего ок­ружения подростка.

Показатель психологической склонности к делинквентности «d» (де­ликт - проступок, мелкое нарушение). Эта шкала предназначена для подро­стков мужского пола (Вдовиченко А.А.), для девочек с делинквентным пове­дением аналогичная шкала разработана В.В. Егоровым. Однако этот показа­тель обследуемых мужского пола можно учитывать лишь при некоторых ти­пах акцентуации. Указанием на возможную склонность к делинквентности служит при типах гипертимном и лабильном - показатель в 2 балла и выше, а при типах эпилептоидном и истероидном - 4 балла и выше. При шизоидном типе часто встречаются высокие показатели независимо от склонности к де­линквентности. При типе Н значение показателя обычно невелико. Следует отметить заметные различия в системе отношений между делинквентными подростками мужского и женского пола. Высота показателя предложенной оценки психологической склонности к делинквентности для подростков жен­ского пола отражает насыщенность конфликтами системы отношений делин-квентного подростка (Егоров В.В., 1981).

Показатель мужественности-женственности для подростков разрабо­тан сравнительно недавно (Личко А.Е., Иванов Н.Я., Озерецковский С.Д., 1982). Суждение о преобладании черт мужественности-женственности де­лается на основании разности сумм баллов - m и f. Разность со знаком «+»

-72-

свидетельствует о преобладании черт мужественности, со знаком «-» - черт женственности.

Авторы подчеркивают, что шкала m-f предназначена вовсе не для оценки сексуальной склонности, а лишь для суждения о доминировании черт мужественности или женственности в общей системе личностных отноше­ний, что сказывается на поведении в целом. По данным С.Д. Озерецковского, существенные отличия от нормы выявились по показателю m при сравнении отдельных типов психопатии и акцентуации. При гипертимном, эмоцио­нально-лабильном, эпилептоидном и неустойчивых типах показатель m от­четливо свидетельствовал о преобладании черт мужественности. Это проис­ходило за счет значительного по сравнению с нормой повышения показателя при гораздо меньшем увеличении показателя f. При шизоидном, сенситивном и истероидном типах у подростков мужского пола обнаружен существенный сдвиг в сравнении с нормой в сторону феминизации личностных отношений. Некоторая феминность истероидов и сенситивных юношей соответствует клиническим наблюдениям. У эмоционально-лабильных неожиданно ока­зался высокий показатель m.

Опросник для выявления и оценки невротического состояния.

Опросник создан на основе клинических симптомов неврозов и состо­ит из 68 вопросов, расположенных в порядке убывания их информативности (Яхин К.К., Менделевич Б.М., 1978). Среди множества симптомов, характе­ризующих невротические состояния, выбраны болезненные признаки, встре­чающиеся с большей частотой среди лиц, страдающих неврозами. Для оцен­ки каждого из признаков использовалась система из 5 градаций: всегда -1, часто - 2, иногда - 3, редко - 4, никогда - 5. Такая система оценок позволяет испытуемым подходить к определению своего состояния более дифференци­рованно, чем система "да- нет".

Опросник имеет 6 шкал: тревоги, невротической депрессии, астении, истерического реагирования, обсессивно-фобических нарушений, вегетатив­ных нарушений. Выделение этих шкал позволяет оценить качественное свое-

-73-

образие невротической симптоматики, дает возможность определить среди множества симптомов ведущие и их сочетания.

Методика определения уровня невротизации и психопатизации

(УНП).

В институте им. В.М. Бехтерева на базе вариантов адаптированного теста MMPI была создана дифференциально-диагностическая методика оп­ределения УНП (Бажин Е.В. с соавт., 1976; Ласко Н.Б., 1978), предназначен­ная для экспресс-диагностики, практической и исследовательской работы в области психогигиены и психопрофилактики заболеваний, связанных с опре­деленной спецификой условий жизни и некоторыми особенностями труда, в частности невротических состояний и психопатических декомпенсаций.

Методика УНП содержит 80 утверждений из состава MMPI, стати­стически достоверно различающих сравниваемые группы испытуемых и норму, а также контрольные вопросы шкалы неискренности (лжи). При по­строении УНП использовался принцип теории распознавания образов, кото­рая рассматривает задачу конструирования решающего правила для класси­фикации наблюдений по заданной совокупности известных для каждого на­блюдения признаков. Решающее правило представляет собой дискриминант-ную функцию, вычисляемую для конкретных значений признаков классифи­цируемого объекта. Полученное значение дискриминантной функции срав­нивается с пороговыми значениями, на основании чего выносится заключе­ние о принадлежности объектов к тому или иному классу.

Диагностические коэффициенты вычислены отдельно для выборок мужчин и женщин. Отрицательная величина коэффициента свидетельствует в пользу патологии, а положительная - против. Итоговая оценка по каждой шкале (шкале невротизации и шкале психопатизации), представляющая со­бой алгебраическую сумму всех диагностических коэффициентов ответов конкретного испытуемого, также может быть отрицательной или положи­тельной. Оценки, не выходящие за пределы ±10 по шкале невротизации и ±5 по шкале психопатизации, попадают в зону неопределенного диагноза. Если оценка выходит за эти пределы, то может быть принято соответствующее ди-

-74-

агностическое решение. При этом, чем больше абсолютное значение итого­вой оценки, тем дальше данный испытуемый находится от границ, разде­ляющих дифференциальную группу.

Содержательный анализ шкал показал, что утверждения, входящие в шкалу невротизации, содержат такие характерные проявления невротических состояний, как быстрая утомляемость, нарушения сна, ипохондрическая фик­сация на неприятных соматических ощущениях, снижение настроения, по­вышенная раздражительность, возбудимость, наличие страхов, тревоги, не­уверенности в себе. Утверждения шкалы психопатизации охватывают лишь некоторые из черт, характерных для психопатических личностей, - равноду­шие к принципам долга и морали, безразличие к мнению окружающих, по­вышенный конформизм, стремление выделиться среди окружающих, лице­мерие, вспыльчивость, подозрительность, повышенное самолюбие и само­уверенность.

По проведенному корреляционному анализу авторами методики были получены следующие данные: невротизация формируется под влиянием трех классов психических явлений: эмоционально-мотивационных особенностей личности, основной составляющей темперамента (нейротизм) и собственно психологического состояния человека (самочувствие, основной фон его пе­реживаний). Уровень невротизации отражает как динамически изменяю­щиеся особенности человека (состояния), так и относительно более статич­ные (свойства личности). Невротизацию, таким образом, можно представить как вариативную личностную переменную. Типичный для конкретного чело­века уровень невротизации, обусловленный в основном его личностными особенностями, и определяет вероятностный диапазон изменений ее уровня, вызываемых различными психогенными, соматогенными и социогенными факторами.

Личностный опросник Айзенка (EPI)

В так называемом «круге Айзенка» представлена модель, показы­вающая связь между классическими четырьмя темпераментами и результа­тами современных методов факторно-аналитического описания личности.

-75-

Согласно Айзенку, переменные «экстраверсия-интроверсия» и "нестабиль­ность - стабильность" ортогональны, т. е. независимы, и каждая представляет собой континуум между двумя полюсами крайне выраженного личностного свойства. Поэтому в норме большинство испытуемых располагаются где-то между полюсами, ближе к центру, удаленность от которого будет свидетель­ствовать о степени отклонения от средней и выраженности соответствующих личностных свойств.

В 1963 году Дж.Айзенком был разработан опросник- EPI. Он содер­жит 57 вопросов, из которых 24 работают по шкале экстраверсии - интровер-сии, другие 24 по шкале эмоциональной нестабильности - стабильности, а остальные входят в контрольную шкалу лжи (искренности-неискренности). Для исключения возможности запоминания ранее данных ответов Айзенком было предложено два варианта данного опросника (А и В), что позволяет проводить повторное исследование после тех или иных экспериментальных процедур. Оценка 12 ± 2 балла является гипотетически средней. Низкие бал­лы по шкале экстраверсии - интроверсии (0-10) означают интроверсию, вы­сокие - экстраверсию (14-24). Нейротизм - это состояние, характеризующееся эмоциональной неустойчивостью, тревогой, низкой самооценкой, вегетатив­ными расстройствами. Он представлен шкалой от 0 до 24 баллов.

Привлекая данные из физиологии высшей нервной деятельности, Ай-зенк высказывает гипотезу о том, что сильный и слабый типы по Павлову очень близки к экстравертированному и интровертированному типам лично­сти. Природа интро - и экстраверсии усматривается во врожденных свойст­вах ЦНС, которые обеспечивают уравновешенность процессов возбуждения и торможения. Таким образом, используя данные обследования по шкалам экстра -, интроверсии и нейротизма, можно вывести показатели темперамен­та личности по классификации Павлова, который описал четыре классиче­ских типа: сангвиник, холерик, флегматик, меланхолик.

Как правило, следует говорить о преобладании тех или иных черт темперамента, поскольку в жизни в чистом виде они встречаются редко.

Шкала манифестной тревоги Тейлора (TAS).

-76-

Иногда для исследования используют лишь одну из шкал опросника MMPI. Это позволяет сократить исследование и как бы целенаправить его (в ущерб общей оценке личности обследуемого). Примером является использо­вание так называемой личностной шкалы проявления тревоги, шкалы TAS (Tailor, 1953). Методика модифицирована В.Г. Норакидзе (1966), дополнена шкалой лжи. Опросник Тейлора состоит из 50 утверждений. Оценка резуль­татов исследования производится путем подсчета количества обследуемого, свидетельствующих о тревожности: каждый такой ответ оценивается в один балл.

Суммарная оценка 40-50 баллов рассматривается как показатель очень высокого уровня тревоги, 25-40 баллов свидетельствует о высоком уровне тревоги, 15-25 баллов - о среднем (с тенденцией к высокому) уровне, 5-15 балов о среднем (с тенденцией к низкому) уровне и 0-5 баллов о низком уровне тревоги.

Измерение тревожности, присущей личности, особенно важно, т.к. это свойство во многом обусловливает поведение субъекта. Определенный уровень тревожности - естественная и обязательная особенность активной деятельности личности. У каждого человека существует свой оптимальный, или желательный уровень тревожности - это так называемая полезная тре­вожность.

Оценка ситуации и самооценка заметно зависят от тревожности лич­ности. Ситуативная (реактивная) тревожность как состояние характеризуется субъективно переживаемыми эмоциями: напряжением, беспокойством, оза­боченностью, нервозностью. Это состояние возникает как эмоциональная ре­акция на стрессовую ситуацию и может быть разным по интенсивности и динамичным во времени. Если ситуационная тревога устойчиво проявляется у человека в самых разных ситуациях, то ее связывают с наличием у человека соответствующей личностной черты - «личностная тревожность».

Под личностной тревожностью понимается устойчивая индивидуаль­ная характеристика, отражающая предрасположенность субъекта к тревоге и предполагающая наличие у него тенденции воспринимать достаточно широ-

-77-

кий диапазон ситуаций, как угрожающие, отвечая на каждую из них опреде­ленной реакцией.

2.3 Методы математического непараметрического анализа результа­тов психологического исследования.

Определение количественных показателей экспериментально-психоло­гических методов исследования позволило применить для адекватной стати­стической обработки методы непараметрического математического анализа, позволяющего представить результаты в «голографическом пространстве», в отличие от неадекватной для психологических исследований линейной ста­тистики.

Состояние исследуемых студентов было описано с помощью набора за­фиксированных признаков, которые обозначаются как многомерная случай­ная величина. Целью использования приемов непараметрического анализа является классификация испытуемых, представленных многомерными на­блюдениями, дифференциация исследованных групп и поиск взаимосочета­ния психологических маркеров, участвующих в дифференциальной диагно­стике как конкретных психотипов, так и подгрупп студентов с разной успе­ваемостью по иностранному языку.

Используемый в исследовании дискриминантный анализ решает задачу «распознавания образов» или разбиения, удовлетворяющего некоторому кри­терию оптимальности, и позволяет на основе данных измерений количест­венных и качественных характеристик объектов разбить множество объектов на кластеры (подмножества) так, чтобы каждый объект принадлежал только одному подмножеству разбиения, причем объекты, принадлежащие одному и тому же кластеру, должны быть сходными, а принадлежащие разным класте­рам - разнородными.

Для того чтобы решить задачу кластерного анализа, необходимо количе­ственно определить понятие сходства и разнородности. Очевидно, любое многомерное наблюдение может быть геометрически интерпретировано в

-78-

виде точки в многомерном пространстве. Естественно, что геометрическая близость двух или нескольких точек в этом пространстве означает близость психологических состояний соответствующих объектов, их однородность, т.е. принадлежность к одному кластеру. Неотрицательная вещественная функция F (Xi, Xj) называется функцией расстояния, в данном случае - ме­жду точками Xi и Xj. Одной из наиболее употребительных функций расстоя­ния является расстояние Махаланобиса, которое часто называют обобщен­ным евклидовым расстоянием. Чем больше арифметическое значение квад­рата Махаланобиса, тем дальше друг от друга отстоят исследуемые группы, тем более они разнородны, и наоборот. Геометрические и стереометрические проекции наблюдений позволяют визуализировать результаты математиче­ского анализа и наглядно представить целостную «голографическую» кар­тину экспериментально-психологического исследования (Ступак С.Ф., Бо­ев И.В., 1979).

Эффективность и целесообразность применения неформальных методов классификации обусловлены природой исходной информации, носящей ха­рактер априорных сведений об исследуемых генеральных совокупностях, по­лученных из теоретических соображений, и как результат предварительных исследований. Мы постарались выяснить, какие из рассматриваемых факто­ров априори являются наиболее характерными с точки зрения разбиения ис­пытуемых студентов на классы. Это позволило перейти к наименьшему чис­лу важнейших информативных признаков и снизить размерность простран­ства, в котором решалась задача классификации.

Математическая, статистическая и графическая обработка результатов исследования проводилась на базах кафедры клинической психологии СГУ, а также Клиники пограничных состояний Ставропольской государственной медицинской академии с использованием персонального компьютера Pentium I-266, компьютерной программы непараметрического статистического ана­лиза, программного обеспечения фирм StatSoft (Statistica for Windows, release 5.0) и Microsoft (Windows'98, Microsoft Exсel'97).

-79-

2.4 Материалы психолого-педагогической дифференциальной диаг­ностики

Большая или меньшая склонность отдельных студентов к собственно лингвистической обучаемости служит компенсаторным проявлением при­родных способностей: особенности зрительной и слуховой памяти, анали­тичности-синтетичности мышления, произвольности-непроизвольности дей­ствий, осознанности-неосознанности приемов усвоения иностранного языка, а также конституционально-психотипологических особенностей личности, от которых может зависеть проявление лингвистических способностей.

В соответствии с теорией о типах или стратегиях усвоения языка, при которых максимально реализуются наиболее свойственные для личности способности, мы, с помощью психолого-педагогического метода, разделили всех исследуемых на группы с коммуникативным и некоммуникативным ти­пами овладения иностранным языком, а также на группы с преобладанием вербального или зрительного метода усваивания информации. Таким обра­зом, представители каждого психотипа были ранжированы по степени успе­ваемости, приоритетному методу усваивания и овладения иностранным язы­ком.

Коммуникативный тип овладения иностранным языком характеризу­ется следующими особенностями: коммуникативной активностью, общей ус­пешностью в обучении интенсивными методиками, направленностью внима­ния на речевую деятельность (речь), относительным равновесием произволь­ного и непроизвольного запоминания, лучшей продуктивностью слуховой памяти, более детальным воспроизведением материала. Преобладание ла­бильности второсигнальной системы способствует более высоким скорост­ным параметрам мыслительно-речевой деятельности - быстрому восприятию словесной инструкции, предъявляемой на слух, сравнительно большим объе­мом языковой и речевой беглости. У представителей коммуникативного типа наблюдается наличие некачественных ответов - стереотипных, повто­ряющихся, с употреблением неудачных словосочетаний, им тяжело решать задачи на выявление языковых закономерностей. Деятельность данного типа

-80-

в целом характеризуется непроизвольностью, импульсивностью, краткостью ориентировочных действий, меньшим самоконтролем.

Для некоммуникативного типа характерны длительность речевых действий, трудности восприятия речи на слух, относительная успешность ов­ладения средствами иностранного языка по сравнению с иноязычно-речевыми навыками и умениями и, следовательно, направленность внимания на языковую систему (язык). Наблюдается преобладание произвольного вида памяти, лучшая продуктивность зрительной памяти на графические изобра­жения, относительно высокая степень выраженности словесно-логического стиля деятельности, при инертности во второй сигнальной системе, что обес­печивает медленное восприятие и переработку словесной инструкции на слух. Речь представителей данного типа характеризуется сравнительно не­большим объемом языковой и речевой продукции при более качественном выполнении отдельных лингвистических задач, т.е. отсутствии стереотипных ответов, неудачных словосочетаний, повторов.

Проведя корреляционный анализ между психотипологической струк­турой личности, определенной на первом этапе исследования, приоритетны­ми методами усваивания и овладения иностранным языком, а также степе­нью успеваемости были получены подробные экспериментально-психологические и психолого-педагогические характеристики обучающихся студентов.

-81-

ГЛАВА 3. ОСОБЕННОСТИ УСВАИВАНИЯ ИНОСТРАННОГО ЯЗЫКА В ЗАВИСИМОСТИ ОТ ПСИХОТИПОЛОГИЧЕСКОЙ СТРУКТУРЫ ЛИЧНО­СТИ

3.1 Предпосылки формирования успешного обучения в зависимости от психотипологической структуры личности.

K. Leonhard (1968) предложил термин - «акцентуированная лич­ность». Это наименование подчеркивает, что речь идет именно о крайних ва­риантах психологической нормы, а не о зачатках патологии (Личко А.Е., 1978). Крайний вариант нормы отражает усиление, акцентуацию отдельных черт характера, личности. Ряд авторов считают, что правильнее было бы го­ворить не об акцентуированных личностях, а об акцентуациях характера. Их позиция состоит в том, что личность - понятие более широкое, оно включает интеллект, способности, мировоззрение и т.п. Характер считается базисом личности, он формируется в основном в подростковом возрасте, личность как целое - уже при повзрослении. Именно типы характера, а не личности в целом описаны K. Leonhard, именно особенности характера отличают в его описаниях один тип от другого. Другие отечественные и зарубежные психо­логи доказывают, что начиная с одного года можно говорить о формирова­нии личности ребенка, когда психотипологическая структура личности на­кладывает отпечаток на личностные переживания и поведенческие стерео­типы. Известный психолог Н.С. Лейтес (1971), изучая способности одарен­ных детей, после долгих лет психологических исследований пришел к выво­ду, что не способности, интеллект или мировоззрение определяют уровень одаренности, а структура личности.

При акцентуациях характера его особенности проявляются не везде и не всегда. Они могут обнаруживаться преимущественно в определенных ус­ловиях. И главное, если особенности характера преобладают над личностью (Боев И.В., 1999), то они препятствуют удовлетворительной социальной адаптации, успешному обучению в вузе. Если же эти особенности являются преходящими, то они в меньшей степени препятствуют социальной адапта­ции.  Однако  они всегда играют ведущую роль в  формировании инди-

-82-

видуального стиля поведения, обучения, адаптации и вообще любой деятель­ности, совершаемой индивидом. Некоторые аномалии характера или лично­сти могут возникнуть либо в силу биологических пертурбаций во время пу­бертатного периода («пубертатные кризы»), либо чаще под влиянием особого рода психических травм или трудных ситуаций в жизни, а именно тех, кото­рые представляют повышенные требования к locus resistentia minoris, к «мес­ту наименьшего сопротивления» в характере. В последнем случае возможны не только аномальные личностные и поведенческие изменения, но и невро­тические психосоматические расстройства.

Каждому типу акцентуации характера присущи свои, отличные от других типов «слабые места», у каждого типа своя психологическая «ахилле­сова пята». Например, такого рода психологическими травмами и трудными ситуациями могут послужить для характера гипертимов - изоляция от свер­стников, медленный темп обучения в малой группе при строго размеренном режиме, перемена социальных условий жизни, для характера шизоидов - не­обходимость быстро устанавливать с окружающими глубокие неформальные эмоциональные контакты с приоритетным вербальным методом усваивания информации и коммуникативным стилем воспроизведения данной информа­ции (Личко А.Е., 1983). Если же сложная ситуация или психологическая травма, даже тяжелая, не адресуется к месту наименьшего сопротивления, не задевает этой «ахиллесовой пяты», не представляет повышенных требований, то дело обычно ограничивается адекватной личностной реакцией, не нарушая надолго и существенно социальной адаптации. Наоборот, при акцентуациях характера в отношении некоторых неблагоприятных условий может наблю­даться повышенная социально-психологическая устойчивость. Шизоидная личность диапазона психологической нормы-акцентуации легко переносит одиночество, гипертимная - обстановку, требующую повышенной активно­сти, сиюминутной находчивости, даже изворотливости и выносливости.

Таким образом, акцентуации характера - это крайние варианты его нормы, при которых отдельные черты характера чрезмерно усилены, отчего обнаруживается избирательная уязвимость в отношении определенного рода психогенных воздействий при хорошей и даже повышенной устойчивости к

-83-

другим (Личко А.Е., 1973). Констатация акцентуации и ее типа - это опреде­ление преморбидного фона, на котором могут возникать различные погра­ничные психические расстройства (ППР) - аффективные реакции, реактив­ные состояния, нарушения поведения. Однако в подавляющем большинстве акцентуаций характера дело до развития подобных расстройств не доходит. С другой стороны, акцентуации характера, в формировании которых прини­мает участие генетический фактор, являются вспомогательным звеном в вы­боре индивидуального стиля обучения, реагирования на окружающую ситуа­цию, в формировании поведенческих особенностей, и это предопределяет ус­пешность обучения и овладения в нашем случае иностранным языком. По мнению K. Leonhard (1976, 1981), в развитых странах более половины попу­ляции относится к акцентуированным личностям.

С точки зрения В.Н. Мясищева (1960, 1969), О.Е. Фрейерова (1970), Н.И. Фелинской (1983), Г.К. Ушакова (1972, 1975), И.В. Боева (1999), основу акцентуированной личности составляют психофизиологические механизмы (биологический, нейрогуморальный, нейроэндокринный, метаболический и т.д.), благодаря которым личность с самого начала формируется как акцен­туированная, т.е. с врожденными (генетическими) особенностями реагирова­ния на экзогенное воздействие. Таким образом, акцентуированная личность (шизоидная, эпилептоидная, истероидная и циклоидная) имеет свою слож­ную структуру детерминированную психофизиологическими, нейрофизиоло­гическими, нейрохимическими и биологическими процессами в организме, которую будет более точно называть психотипологической структурой лич­ности.

Нельзя не принимать во внимание работы ряда исследователей, кото­рые аргументированно доказывают влияние приобретенных факторов на структуру личности: дизонтогенез (Ковалев В.В., 1985), экологические фак­торы - радиационные, химические (Боев И.В., 1989; Ахвердова О.А., 1998; Орехов К.К., 1998; Волоскова Н.Н., 2001; Гюлушанян К.С., 2002, Кобряно-ваИ.В., 2002), резидуально-органическая недостаточность центральной нервной системы (Сухарева Г.Е., 1974; Шевченко Ю.С., 1997), неблагопри-

-84-

ятное  влияние  социальной  среды  обитания  (Гнучев  В.Ф,  2002;  Криво-конь В.И., 2001; Никитина Т.Е., 2003).

Однако если исключить деструктивное влияние приобретенных внешних факторов, а также неблагоприятное воздействие социальной среды на человека, то психотипологическая структура личности является не вспо­могательным, а основным наследственным фактором, определяющим адап­тацию и общее развитие человека.

С данных теоретических позиций нам представляется значимым про­следить зависимость успешного обучения и овладения иностранным языком от психотипологической структуры личности обучающегося студента.

Разделив всех обследованных студентов, обучающихся иностранному языку в соответствии с представлениями К. Конрада (Conrad K., 1963), Э. Кречмера (Kretschmer E., 1921, 1995), Шелдона (Sheldon W.H., Stevens S.S., 1942) на четыре группы в зависимости от конституционально-психотипологических особенностей, мы получили следующие данные: 31% (59) обследованных составляют представители с циклоидной структурой личности, 24% (46) - с эпилептоидной, 33% (63) - с истероидной и 13% (25) -с шизоидной структурой личности.

Диаграмма 3.1

Соотношение личностных психотипов (%) у студентов, обучающихся

иностранному языку

-85-

Среди обследованных преобладали студенты с истероидным и цикло­идным психотипами, меньший процент приходился на представителей с эпи-лептоидным психотипом, еще меньший процент студентов обнаружен с ши­зоидной структурой психотипа.

С помощью предлагаемой рабочей схемы разделения структуры лич­ности по психотипу и по степени стабильности-нестабильности успеваемости нами было подвергнуто экспериментально-психологическому анализу 193 студента, обучающихся на 2-3 курсе факультета романо-германских языков с отличной, хорошей и удовлетворительной успеваемостью.

Таблица 3.1 Распределение успеваемости в зависимости от психоти­пологической структуры личности.

 

Успеваемость ПСИХОТИ11\^^	Отличная (процент от общего числа)	Хорошая (процент от общего числа)	Удовлетворительная (процент от общего числа)	Всего %
Истероидный	29	38	33	100
Циклоидный	32	46	22	100
Эпилептоидный	33	33	35	100
Шизоидный	8	12	5	100

3.2 Характеристика представителей циклоидного психотипа и степень успеваемости по изучаемому иностранному языку.

3.2.1. Феноменологическая психологическая характеристика сту­дентов с циклоидным психотипом личности.

Определение психотипологической структуры личности проводилось методом патохарактерологического диагностического опросника, разрабо­танного А.Е. Личко в 1976 году. Все обследуемые заполняли стандартизиро­ванные личностные и клинические методики и опросники.

В соответствии с психологической характеристикой циклоиды отли­чались высоким жизненным тонусом, целеустремленностью и способностью быстро и эффективно решать учебные задачи. Присутствие циклоидов   в

-86-

обучающейся группе студентов создавало атмосферу психологического оп­тимизма, надежности взаимоотношений и взаимовыручки. Многие сокурс­ники отмечали, что рядом с циклоидами у них повышалось чувство уверен­ности и они объективно лучше выполняли учебные задания. Именно они могли легко и доступно объяснить сокурсникам принцип использования но­вого грамматического правила и быстро привести множество примеров его применения. Они охотно делились своими эмоциональными переживаниями, поддерживая в окружающих уверенность в успехе подготовленной кон­трольной работы или результатов устного экзамена. Эмоциональная напря­женность и беспокойство возникали редко, преимущественно перед тесто­вым контролем знаний и исчезали спустя 15-20 минут, сменяясь чувством оптимизма и радужными планами на ближайшее время, что указывает на эпизодическое напряжение конституциональных механизмов психологиче­ской компенсации и адаптации. Высокий витальный тонус и хорошая соци­альная адаптация являются своеобразной профилактикой употребления и злоупотребления спиртных напитками. Они могли не отказываться от пред­ложения выпить спиртное, но делали это крайне ограниченно и не получали предполагаемого эмоционального удовлетворения. По их мнению, спиртные напитки значительно улучшают общий фон настроения и повышают комму­никативные возможности у сверстников. На них же спиртное не оказывает подобного воздействия и не влияет на самоконтроль и адекватную оценку своих действий. Такие качества, как общительность и сдержанность, реши­тельность и настойчивость, требовательность и чуткость, остроумие и наход­чивость помогали представителям циклоидного психотипа создавать друже­любную атмосферу комфорта, облегчая процесс усваивания нового ма­териала.

Подобные проявления отражали стойкие и хорошо выраженные ме­ханизмы адаптации к быстро меняющимся условиям учебного процесса и ка­призам преподавательского состава, что позволяло сохранять стабильный уровень межличностных отношений со сверстниками и преподавателями, со-

-87-

хранять ровный эмоциональный фон настроения с гипертимным оттенком и адекватный поведенческий стереотип на происходящие события.

Данная характеристика преимущественно соответствовала студентам, относящимся к группе с отличной и хорошей успеваемостью. Представители группы с удовлетворительной успеваемостью характеризовались иными осо­бенностями психологической компенсации и адаптации.

В процессе проведенного исследования было обращено внимание на возникновение эпизодов кратковременной меланхоличности, вялости и упад­ка сил в условиях банального социально-информационного стрессирования, свойственного крупному учебному заведению. Эта подгруппа студентов от­личалась нарастающим эмоциональным напряжением в период текущей стрессовой ситуации, усилением беспокойства, тревожности, что сопро­вождалось учащенным сердцебиением, головной болью, которые тщательно скрывались от окружающих. Пониженный фон настроения до уровня нижней границы нормы определялся нами как гипотимия, которая в сочетании с эмо­циональным напряжением провоцировала употребление спиртных напитков, что в значительной степени улучшало фон настроения, устраняло физи­ческую слабость и повышало умственную работоспособность, благоприятно сказываясь первое время на учебном процессе.

Обнаруженная приспособительная психологическая реакция отражает конституциональную дисгармонию, конституционально-психотипологиче­скую предиспозицию личности, соответствующей диапазону пограничной аномальной личности (Боев И.В., 1999). Таким образом, мы можем предпо­ложить, что представители циклоидного психотипа преимущественно с удовлетворительной успеваемостью обладают конституционально-типологи­ческой предиспозицией отдельных органов и/или систем организма (нейро-эндокринной, цереброваскулярной, иммунной и т.д.). Отмеченная конститу­циональная предиспозиция сочетается с психотипологической предиспози­цией личности, которая в социально-стрессовых условиях характеризуется психотипологическим дрейфом в конституционально-континуальном про­странстве в сторону диапазона пограничной аномальной личности.

Психотипологическая недостаточность личности проявляется в невы­сокой толерантности, устойчивости к психологическому воздействию и сла­бости систем адаптации и компенсации организма, которые препятствуют быстрому и адекватному восстановлению психических и физических сил для соответствия необходимому («требуемому») студенческому уровню эмоцио­нальной, поведенческой стабильности и социальной активности. Выявляя причину удовлетворительной успеваемости у представителей циклоидного психотипа, мы на психологическом уровне сделали вывод о конституцио­нальной типологической и психотипологической предрасположенности, о наличии неполноценных конституциональных механизмов регуляции психи­ческой деятельности, что приводит к снижению уровня не только интеллек­туальной, но и мыслительной, эмоциональной, мнестической активности. Однако не следует однозначно трактовать обнаруженные особенности как необратимые процессы в организме, которые приводят к неспособности об­следуемого студента повысить свой уровень успеваемости. Эффективность обучения и успеваемость в вузе является процессом, зависящим не только от интеллектуальных и когнитивных способностей студента, мотивации и ми­ровоззрения, но и от комплекса индивидуальных, личностных, поведенче­ских особенностей и выработанного стиля обучения. Поэтому при мобили­зации всех сил и способностей субъекта представляется возможным на опре­деленный период повысить эффективность восприятия, усваивания и вос­произведения получаемой информации и, как следствие, успеваемости. Од­нако в этот период личность будет функционировать в максимальном режиме эксплуатации своих психолого-биологических резервов и при их неминуе­мом истощении возвратится к прежнему психологическому состоянию.

3.2.2. Экспериментально-психологическая характеристика резуль­татов исследований студентов с циклоидной структурой личностного психотипа.

Экспериментально-психологическое обследование студентов позво­лило объективизировать состояние психологического и психического здоро-

-89-

вья. Использование стандартного комплекса клинических и личностных оп­росников, методик при сплошном и выборочном обследовании студентов да­ло возможность представить патопсихологическую картину в зависимости от принадлежности к тому или иному личностному психотипу.

В таблице 3.2 даны средние значения, стандартные отклонения и ко­эффициенты вариации патопсихологических показателей у представителей циклоидного личностного психотипа.

Таблица   3.2   Экспериментально-психологические   характеристики представителей циклоидного психотипа

 

Номер пере­менной	Имя пере­менной	Среднее	Стандартное отклонение	Коэффициент вариации
1	Е	3.38983	1.59759	0.47129
2	V	4.54237	4.11608	0.90615
3	d	2.55932	1.87792	0.73376
4	В	3.55932	1.51169	0.42471
5	М	6.35593	2.96975	0.46724
6	Ф	4.15254	2.29552	0.55280
7	вн	4.74576	6.03893	1.27249
8	О-ФН	0.96610	2.94177	3.04499
9	А	3.52542	3.91000	1.10909
10	И	1.33898	2.88043	2.15121
11	нд	1.96610	3.53293	1.79692
12	ст	1.35593	4.03759	2.97773
13	н	37.52542	29.50006	0.78614
14	п	-5.00000	16.41698	-3.28340
15	Э-И	14.03390	3.61971	0.25793
16	Н-Э	12.74576	4.27742	0.33560
17	кт	19.57627	7.51138	0.38370

Условные обозначения: Е - реакция эмансипации; V - психологиче­ская склонность к алкоголизации; d - психологическая склонность к делин-квентному поведению; В - показатель возможной органической природы (минимальной мозговой дисфункции); М - показатель мужественности; F -показатель женственности; ВН - вегетативные нарушения; ОФН - обсес-сивно-фобические нарушения; А - астения; И - истеричесий тип реагирова­ния; НД - невротическая депрессия; СТ - ситуативная тревога; Н - невроти-зации; П - психопатизации; Э-И - экстра-интроверсия; Н-Э - нейротизм; КТ - конституциональная тревога.

-90-Анализируя представленные результаты таблицы 3.2, мы обращаем

внимание на психологическую склонность всех представителей циклоидного психотипа к делинквентному поведению. Осознанное или неосознанное стремление циклоидов к алкоголю объясняется необходимостью повысить свой жизненный тонус, нивелировать склонность к лабильному настроению, снизить уровень конституциональной тревожности, показатель которой оп­ределяется равным 19,6, а также предотвратить нарастающую астенизацию и снижение работоспособности. Тревога, возрастающая при появлении мысли о возможном снижении оптимистичного настроения или ухудшении комму­никабельности и, как следствие, неспособность реализовать себя в общении с однокурсниками провоцирует циклоидов на поиски адаптогена, стабилиза­тора, каковым и является алкоголь. При этом циклоиды не страдают в период употребления алкоголя от недостатка самоконтроля, и только наличие сопут­ствующих личностных или поведенческих нарушений или же конституцио­нально-типологическая органическая недостаточность высшей нервной дея­тельности (ВНД) способствует нарушению индивидуального психолого-био­логического резерва, вызывая неадекватные реакции на психологическом уровне.

Показатели обсессивно-фобических, истерических нарушений, а так­же ситуативной тревоги и невротической депрессии находятся в зоне «не­определенного диагноза», что говорит о слабости и лабильности эмоцио­нальной системы циклоидов с возможными астеническими проявлениями и истерическими реакциями.

Повышение уровня конституциональной тревожности сопровожда­лось неустойчивыми, периодически возникающими вегетативными реак­циями, проявляющимися в виде головной боли, тахикардии, гиперемии и ги­пергидрозе кожных покровов. Необходимо отметить, что так называемая компенсаторная психологическая реакция личности в виде меланхолично­сти, тревоги и снижения жизненного тонуса проходила на фоне экстраверти-рованного типа реагирования (шкала Э-И - 14) и невысокого уровня показа-

-91-

телей по шкале нейротизма, подтверждая аномальную личностную и пове­денческую изменчивость части циклоидов.

Следует подчеркнуть, что показатели по шкале невротизации, свиде­тельствующие в пользу стабильного реагирования, сочетаются со склонно­стью к психопатическим реакциям (шкала психопатизации), что свидетельст­вует о возможности внезапных, функциональных, транзиторных аномальных личностных и поведенческих изменений, не доходящих до уровня невроти­ческих симптомов. Это обстоятельство подтверждает высокие компенсатор­ные и адаптационные возможности у большинства представителей циклоид­ного психотипа.

Возникает вопрос: почему одни представители циклоидного психо­типа характеризуются стойким индивидуальным барьером психологической и психической адаптации и компенсации, высокой толерантностью к внеш­нему воздействию, а другие - незначительными или даже слабыми конститу­циональными механизмами защиты, что объективизируется с помощью экс­периментально-психологических исследований? Для ответа на этот вопрос мы разделили обследованных на три группы по степени успеваемости. Пер­вая группа - студенты с отличной успеваемостью, вторая - с хорошей и тре­тья - с удовлетворительной. Каждая группа отличалась психологическими характеристиками и патопсихологическими показателями, а также приори­тетными методами усваивания информации (вербальные, невербальные) и стилем воспроизведения (коммуникативный, некоммуникативный) получен­ной информации.

Практически половина обследованных представителей циклоидного психотипа (46%) отличалась хорошей, 32% - отличной и 22% - удовлетвори­тельной успеваемостью.

На таблице 3.3 представлены различия в экспериментально-психоло­гических характеристиках представителей циклоидного психотипа в зависи­мости от степени успеваемости, а также выделены психологические маркеры дискриминации выделенных подгрупп. Данные маркеры по процентному

-92-вкладу показателей в дифференциально-диагностический психологический

процесс помогают выделить наиболее значимые показатели дифференциации между группами.

Таблица 3.3 Зависимость степени успеваемости от психологических

 

характеристик	у представителей циклоидного		психотипа
Номер пере­менной	Имя пере­менной	Среднее -отличники	Среднее -хорошисты	Среднее -удовлетворит.
1	Е	3.15789	3.25926	4.00000
2	V	5.42105	4.62963	3.07692
3	D	2.57895	2.29630	3.07692
4	В	3.52632	3.59259	3.53846
5	М	6.26316	6.03704	7.15385
6	Ф	3.57895	4.92593	3.38462
7	ВН	5.63158	3.37037	6.30769
8	О-ФН	0.68421	0.33333	2.69231
9	А	3.63158	3.29630	3.84615
10	И	0.26316	1.85185	1.84615
11	нд	1.68421	1.48148	3.38462
12	СТ	1.21053	0.74074	2.84615
13	н	30.63158	47.55556	26.76923
14	п	-0.15789	-4.33333	-13.46154
15	Э-И	14.63158	13.11111	15.07692
16	Н-Э	13.31579	12.74074	11.92308
17	кт	19.89474	19.92593	18.38462

Наиболее значимые патопсихологические показатели, участвующие в дифференциальной диагностике, были выделены с помощью математиче­ского анализа по процентному вкладу переменной.

Для подгруппы обучающихся на «отлично» и «хорошо» таковыми явились четыре психологических показателя:

-   истерии (И)                                                                       34,67 %

-   вегетативная неустойчивость (ВН)                                  31,61 %

-   феминизации (Ф)                                                              12,57 %

-   невротизации (Н)                                                              11,37 %

-93-Взаимосочетание перечисленных маркеров служит вкладом в пато-

психолого-математическую дифференциацию. Показатели в процентах отра­жают значимость вклада переменной в дифференциальную диагностику ме­жду сравниваемыми подгруппами. Дискриминантный показатель квадрат Махаланобиса, равный 5,4 усл.ед., и квадрат Хотеллинга, равный 59,9 усл.ед., свидетельствует о достоверной степени дискриминации сравниваемых под­групп при проецировании средних значений патопсихологических показате­лей в трехмерном пространстве. Подгруппа отличников может быть диффе­ренцирована с ошибками не выше - 26,32 % ошибок, а хорошистов не выше -14,81% ошибок.

Психологические шкалы (маркеры), участвующие в психолого-мате­матической дискриминации сравниваемых подгрупп хорошистов и троечни­ков:

-   невротизации (Н)                                                              30,07 %

-   делинквентности (d)                                                         11,18%

-   вегетативной неустойчивости (ВН)                                  10,73 %

-   обсессивно-фобические нарушения     (ОФ-Н)                10,91 %

-   феминизации (Ф)                                                              10,95 %

-   невротической депрессии (НД)                                       9,82 %

-   эмансипации (E)                                                               9,5 %

-   ситуативной тревоги (СТ)                                                7,8 %
Дискриминантный показатель квадрат Махаланобиса, равный 8,54

усл.ед., и квадрат Хотеллинга, равный 74,92 усл.ед., подтверждает высокую степень достоверности полученных результатов. Подгруппа отличников дифференцируется с 7,41 % ошибок, а хорошистов с 7,49 % ошибок.

Психологические шкалы (маркеры), участвующие в психолого-мате­матической дисриминации сравниваемых подгрупп отличников и троечни­ков:

-   алкоголизации (V)                                                            24,39 %

-   невротическая депрессия (НД)                                        18,17%

-94-

-   эмансипация (E)                                                                17,7 %

-   обсессивно-фобические нарушения     (ОФ-Н)                14,2 %

-   ситуативная тревога (СТ)                                                 10,5 %

-   маскулинизации (М)                                                         9,8 %

-   психопатизация (П)                                                          6,17 %
Дискриминантный   показатель   квадрат   Махаланобиса   равен   3,8

усл.ед., а квадрат Хотеллинга - 29,37 усл.ед. Подгруппа отличников диффе­ренцируется с 21,05 % ошибок, а хорошистов с 7,69 % ошибок.

Если для экспериментального-психологического анализа представи­телей циклоидного психотипа мы выберем вектор успеваемости от отлични­ков до троечников, то можно выделить следующие особенности, которые коррелируют с результатами экспериментально-психологического обследо­вания. Для студентов с удовлетворительной успеваемостью характерно не­значительное ухудшение показателей по шкалам эмансипации, делинквент-ности, маскулинизации, что с низким значением шкалы психопатизации (Р-13.46) говорит о появлении личностных и поведенческих отклонений; уменьшение выраженности проявлений вегетативной неустойчивости, обсес-сивно-фобических нарушений, истерии, невротической депрессии, ситуатив­ной тревоги с тенденцией к экстравертированному типу реагировния свиде­тельствует о снижении степени выраженности невротического реагирования.

Таким образом, студенты-отличники (32%) с циклоидным психоти­пом отличаются высоким жизненным тонусом, стеничностью, высокой пси­хологической толерантностью к социально-стрессовым информационным воздействиям, стабильным индивидуальным барьером психологической и психической адаптации. Для студентов-троечников (22%) характерен невы­сокий жизненный тонус, легко возникающие признаки астенизации под влиянием стрессоров, когда усиливается меланхоличность, стабилизируется спад настроения, снижается психологическая толерантность, что проявляется в виде несдержанности, нетерпеливости, суетливости. Нарастают личностные

-95-

и поведенческие нарушения, которые в будущем облегчают развитие невро­тических расстройств.

Далее обследуемые описанных подгрупп получили индивидуальную психолого-педагогическую характеристику о приоритетных методах усваи­вания информации (вербальные, невербальные) и стиля воспроизведения по­лученной информации (коммуникативный, некоммуникативный).

Полученные данные представлены на диаграмме 3.2.

Диаграмма 3.2

Соотношение методов усваивания и стилей воспроизведения иностранного языка у представителей циклоидного психотипа

Оказалось, что у 37% обследованных преобладают вербальный, у 63% - зрительный приоритетные методы усваивания информации. 37% имеют коммуникативный, а 63% - некоммуникативный стили воспроизведения по­лученной информации.

Следовательно, для циклоидов характерен высокий уровень процесса интериоризации умственной работоспособности, когда усваиваемая инфор­мация и некоммуникативный стиль воспроизведения информации способст­вует переводу внешней активности во внутреннюю интеллектуальную дея-

-96-

тельность. Именно поэтому циклоиды отличаются высоким уровнем профес­сионального перевода иностранной литературы.

3.3 Характеристика представителей истероидного психотипа и сте­пень успеваемости по изучаемому иностранному языку.

3.3.1. Феноменологическая психологическая характеристика сту­дентов с истероидным психотипом личности.

Было диагностировано 63 (33%) студента с истероидным психотипом. Истероидам с отличной и хорошей успеваемостью относительно представи­телей других психотипов легко давалось обучение иностранному языку. В силу своих характерологических особенностей они активно поучали одно­курсников, как надо учиться, читать, писать, переводить. Более того, иро­нично укоряли одногруппников в неправильном использовании грамматиче­ских правил или в неадекватном применении того или иного литературного оборота. Приукрашивая свои достоинства, часто выдавая желаемое за дейст­вительное, ставили себя в пример, демонстративно подчеркивая свои воз­можности в преимущественно разговорном английском. Используя свои природные актерские и имитаторские возможности, они легко насыщали раз­говорную речь живыми эмоциональными образами. Личностные пережива­ния в значительной мере облегчали и повышали качество процесса перевода, тем самым, безусловно, вызывая интерес у окружающих к собственной пер­соне. Склонность к фантазированию и преувеличению вызывала мягкую иро­нию или покровительственное отношение в среде сверстников. Если же лич­ностная и поведенческая настойчивость истероидов приобретала характер навязчивости или догматичности, то подобный стиль поведения вызывал у окружающих как минимум раздражение, что часто приводило к обвинению в лживости или интриганстве. Выдавая желаемое за действительное, истерои-ды искусственно создают иллюзорный мир, в котором они - главные дейст­вующие лица и, чаще всего, «победители в жизни», обреченные на успех. Ре-

-97-альные, конкретные ситуации и особенности взаимоотношений недостаточно

учитываются или игнорируются, что создает впечатление о них как об ин­фантильных и ювенильных личностях. Несмотря на хороший уровень вла­дения иностранным языком, им трудно добиться успеха и социальной ста­бильности в обществе. Студенты, относящиеся к истероидному психотипу, больше, чем остальные категории испытуемых нуждаются в той или иной степени опеки, социально-психологической защите от жесткого, сурового и не очень справедливого, с их точки зрения, окружающего мира, в котором никто не стремится оценить их по достоинству, признать их заслуги, при­знать их «пальму первенства».

Представители истероидного психотипа с отличной успеваемостью отличались эмоциональной неустойчивостью, лабильностью и наличием личностных переживаний, заметных для окружающих. Напряженные усло­вия учебного процесса вызывали у них временные проявления тревожности, суетливости, беспокойства. Перед началом занятий или в промежутке между ними представители истероидного психотипа активно участвовали в дискус­сиях на отвлеченные темы. Вспоминали наиболее значительные события, произошедшие с ними, не забывая отметить свое существенное участие в разрешении проблем. Истероиды также стремились выделиться приобрете­нием для себя особых тетрадей, обложек с иллюстрациями для учебников, якобы отражающих их состояние души или напоминающие эпизоды из бур­ной жизни.

В свободное время занимались силовой подготовкой, пока это вызы­вало одобрение и восторг, зависть у окружающих. Истероиды стремились брать на себя лидерство в студенческом коллективе, но во время принятия значимых решений для коллектива выбирали и настаивали на неоптималь­ных решениях. Их позиция и действия были необоснованными, но внешне эффектными, что рано или поздно вызывало у сверстников негативные пси­хологические реакции и приводило к потере инициативы и положения ли­дера. Во время укоров и разбора поведения продолжали упорно настаивать

-98-

на своей точке зрения, обвиняя одногруппников в предвзятом к ним отноше­нии, считая, что им приписывают ошибки других и умаляют их достоинства. Однако через некоторое время, после длительных дискуссий, соглашались, что предлагаемые ими решения были неоптимальными, но при этом стреми­лись оттенить справедливость и решительность своих поступков. Последнее составляло предмет гордости истероидов, что они не боятся пренебречь са­мыми неблагоприятными результатами для себя, отстаивая интересы группы и добиваясь справедливости.

Складывающиеся условия учебного процесса с объемом информаци­онной нагрузки и осложненными отношениями с одногруппниками вызывали психологические личностные и поведенческие реакции в виде напряжения индивидуального барьера психологической и психической адаптации. Нарас­тающая личностная тревожность, суетливость и беспокойство способство­вали усилению панических переживаний и созданию хаоса в коллективе, что затрудняло дальнейшее успешное обучение. Рост личностных и поведенче­ских реакций наблюдался не только на фоне информационного стрессирова-ния в институте. Чаще всего этому способствовало ухудшение в семейных или проблемы в интимных взаимоотношениях. Собственное беспокойство пытались корригировать с помощью приема алкоголя, но это только ухудша­ло психологическое состояние, снижало энергоинформационный резерв лич­ности, ограничивая диапазон адекватных реакций в поведении у истероидов. В структуре личностной декомпенсации лейтмотивом являлась недооценка собственных способностей однокурсниками, настойчивое желание получить благодарность или поощрение непосредственно от преподавателей.

Подобная характеристика указывает на конституциональную лично­стную предиспозицию части истероидов, которые в условиях социального стрессирования обнаруживают тенденцию к негативному личностному дрейфу в сторону диапазона пограничной аномальной личности. Если же не наблюдается нарушения компенсаторных механизмов адаптации в условиях социального стрессирования, то, вероятнее всего, представители истероидов

-99-

соответствуют характеристикам диапазона психологической нормы-акцен­туации.

Таким образом, от студентов истероидов диапазона психологической нормы-акцентуации, несмотря на успешное и стабильное овладение ино­странным языком, требовалось напряжение компенсаторных и адаптацион­ных психологических механизмов защиты, чтобы сохранить свой социаль­ный статус, социальный успех в среде сверстников. Первые годы обучения напоминали социально-психологический тренинг, во время которого ис-тероиды самоутверждались благодаря преимущественно лингвистическим способностям.

Феноменологические характеристики студентов истероидов с удовле­творительной успеваемостью отличались тем, что во время учебного про­цесса были эмоционально взбудоражены, беспокойны, многократно прове­ряли правильность выполненного задания, настойчиво требуя от соседей, чтобы им помогали в учебе. Рядом с истероидами трудно было ощутить эмо­циональное спокойствие, размеренный темп учебных занятий, казалось, что окружающая среда потеряла критерии уверенности и надежности. Еще до начала занятий истероиды до такой степени раздражали одногруппников, что часто возникали противоречия, конфликты, вплоть до проявлений личной неприязни и эпизодов бойкотирования.

Истероиды практически всегда сознательно стремились к обострению конфликтных ситуаций. Последнее, с нашей точки зрения, объясняется тем, что появлялась возможность в процессе спора нивелировать нарастающую тревогу и беспокойство, устранить лишнюю эмоциональную напряженность, которая накапливалась в процессе подготовки к занятиям и ожидания их на­чала. На занятиях старались всегда отвечать первыми. Во время опроса чаще других проявляли несдержанность, прерывали ответы других студентов, стремясь понравиться преподавателю в ущерб взаимоотношениям между сверстниками. Если представители с отличной успеваемостью «донимали» своих одногруппников до начала занятия, а во время своего ответа считали

-100-

унизительным чего-то не знать и уж тем более недостойным принимать по­мощь от сверстников, то представители с удовлетворительной успе­ваемостью внешне спокойно переносили собственные ошибки и неточности в ответах, не гнушаясь принятием подсказок, но бурно реагируя на иронию и сарказм в свой адрес. Однако после ответа старались не замечать своих «спа­сителей», не благодарили их за помощь, что не способствовало установле­нию доброжелательных отношений. Истероиды с удовлетворительной успе­ваемостью тщетно делали вид, что им безразлична ситуация, в которой они представлены в невыгодном свете, продолжая демонстрировать хорошее на­строение, пытаясь шутить и общаться со сверстниками, как и прежде. В ко­нечном итоге они допускали грубости, бесцеремонность и фамильярность по отношению к окружающим, что препятствовало установлению теплых и на­дежных эмоциональных отношений.

Под этой внешней игрой скрывалось глубоко уязвленное самолюбие и личностная неудовлетворенность, которая в силу недостаточности психо­лого-биологического резерва трансформировалось в раздражительность, не­сдержанность, утрированное фантазирование, лживость, мелкое интриган­ство и неадекватные эмоциональные переживания, приводящие к череде конфликтов. Подобная динамика личностных переживаний и поведенческих стереотипов практически всегда приводила истероидов с удовлетворитель­ной успеваемостью к аномальности. Испытуемые в процессе учебы демонст­рировали негативный психотипологический дрейф в диапазоне ПАЛ, когда социально-стрессовые условия среды истощали психолого-биологический резерв личности, снижали толерантность к банальным факторам стрессиро-вания социальной среды обитания, фиксируя истероидов в диапазоне ПАЛ.

С другой стороны, троечники понимали, что слабой стороной явля­ется обучение в институте, которому они никогда не отдавали приоритета и поэтому пытались компенсировать свою неудовлетворенность в ситуациях, где они были фаворитами. Например, формировали отличный от других (с «изюминкой) стиль общения с друзьями, отдавали предпочтение эффектному

-101 -

и экстравагантному направлению в одежде, выбирали модное и «уникаль­ное» хобби, стремясь «потрясти» сверстников. Одной из попыток психологи­ческой компенсации было стремление стать «своим» во взрослой богемной среде (актеры, художники, поэты).

Однако, если указанные компенсаторные механизмы не срабатывали, то возрастающее внутреннее эмоциональное напряжение и личностная не­удовлетворенность провоцировали и усиливали конституциоанльную тре­вожность, на фоне которой появлялась обидчивость, жалобы на неспособ­ность выполнить элементарные обязанности. В этот же период психосомати­ческое, нейровегетативное самочувствие было крайне неустойчиво, подвер­жено значительным колебаниям, негативно сказываясь на психологическом и психическом здоровье. Так, испытуемые с астеническим типом психобиоло­гического реагирования истероидного психотипа с трудом выполняли учеб­ные и домашние задания, что объясняется затруднением концентрации вни­мания, быстрой психической и физической истощаемостью с появлением не­приятных ощущений в различных частях тела, общей раздражительностью и слабостью, ложными нарушениями памяти. Именно у представителей исте­роидного психотипа с удовлетворительной успеваемостью формировался ги-потимичный оттенок настроения с утрированными демонстративными идея­ми самообвинения, патетическим выражением чувства вины, пессими­стическими планами на будущее, которые они активно высказывали, надеясь на утешение и доброжелательную оценку со стороны сверстников и препо­давателей. Если в эти периоды употреблялось спиртное, то изменившееся психическое состояние провоцировало демонстративные реакции вплоть до суицидальных, развивалось гетероагрессивное поведение в отношении своих одогруппников, что заканчивалось ссорами и конфликтами. Такое поведение истероидов вызывало стойкое неприятие со стороны преподавателей, кото­рые воспринимали их как источник паники и хаоса.

Таким образом, неблагоприятные социальные условия среды практи­чески всегда приводят к актуализации психологических механизмов деком-

-102 -

пенсации и дезадаптации, провоцируя и способствуя негативному психоти­пологическому дрейфу к диапазону ПАЛ. Если же социальные условия оби­тания, система межличностных отношений микро- и макросоциума по отно­шению к истероидам отличались терпимостью, психологическим понима­нием их проблем, доброжелательностью, то истероиды с удовлетворительной успеваемостью характеризовались повышением толерантности к различного рода стрессорам, отсутствием аномальных личностных переживаний и при­знаков патологического стереотипа поведения.

Излишняя эмоциональность и подвижность нервных процессов не по­зволяет работать истероидам длительное время в неблагоприятных условиях информационно-стрессового воздействия, требуя перерывов, дополнитель­ного отдыха, чтобы сохранить психолого-биологический резерв. Однако по­добная характеристика личностно-поведенческих особенностей истероидов не отражается на хорошей способности к качественному восприятию нового материала, быстрому его воспроизведению, интенсивному темпу работы с низкой утомляемостью и работоспособностью, что характеризует истероидов как потенциально высокоэффективных лингвистов в различных направле­ниях перевода.

3.3.2. Экспериментально-психологическая характеристика результа­тов исследований студентов с истероидной структурой лично­стного психотипа.

Для подтверждения достоверности наших предположений обратимся к таблице 3.4, где представлены результаты экспериментально-психологиче­ских исследований в виде средних значений психологических характеристик представителей истероидного психотипа.

Таблица 3.4 Экспериментально-психологические характеристики представителей истероидного психотипа

Номер пере-  |    Имя пере-    |      Среднее      |  Стандартное | Коэффициент

-103-

 

менной	менной		отклонение	вариации
1	Е	3.26984	2.61637	0.80015
2	V	3.98413	1.74589	0.43821
3	d	4.38095	3.56700	0.81421
4	В	3.01587	1.57082	0.52085
5	М	5.28571	2.41920	0.45769
6	Ф	4.00000	1.84041	0.46010
7	вн	5.88889	4.36670	0.74152
8	О-ФН	0.88889	2.55337	2.87254
9	А	4.46032	2.88391	0.64657
10	И	1.73016	2.99573	1.73148
11	нд	2.41270	3.04607	1.26252
12	ст	1.87302	2.82553	1.50855
13	н	31.19048	32.14928	1.03074
14	п	-9.84127	16.83239	-1.71039
15	Э-И	14.17460	3.02431	0.21336
16	Н-Э	12.52381	2.94496	0.23515
17	кт	19.25397	6.41563	0.33321

Из анализа результатов таблицы видно, что психологические показа­тели шкалы обсессивно-фобических нарушений находятся в зоне неопреде­ленного состояния, что свидетельствует о возможной тенденции к навязчи­вым воспоминаниям, сомнениям, опасениям. Показатели шкал истерического реагирования, невротической депрессии и ситуационной тревоги близки к зоне невротических реакций, подтверждая склонность к истерическому реа­гированию в неблагоприятных социальных условиях в виде: требования при­знания, повышенной чувствительности, впечатлительности и обидчивости, сопровождающихся ситуационно возникающей тревогой, перепадами пони­женного фона настроения с ослаблением витального тонуса и энергии. Отри­цательный показатель по шкале психопатизации у представителей условно здоровой нормы отражает достаточную степень напористости, упрямства в межличностных отношениях, что может приводить к непредсказуемости по­ступков и созданию конфликтных ситуаций. В то же время положительное значение показателя по шкале невротизации характеризует истероидов как эмоционально устойчивых личностей, которые в комплексе с инициативно­стью,   простотой в реализации своих желаний формируют обостренное чув-

-104-

ство собственного достоинства, социальную смелость, независимость и лег­кость в общении.

Анализируя показатель шкалы вегетативной неустойчивости, на пер­вый взгляд можно утверждать о стабильном вегетативном реагировании без выраженных пароксизмальных вегето-соматических проявлений. Однако вы­сокое стандартное отклонение по данному показателю указывает на большой диапазон рассредоточенности показателей шкалы вегетативных нарушений, что подтверждает выявленную на уровне психолого-педагогического наблю­дения способность к выраженным, спонтанным вегетативным реакциям в различных органах и системах с изменением деятельности сердечно-сосуди­стой, дыхательной и других систем организма. В условиях социального стрессирования, вероятнее всего, будет наблюдаться склонность к быстрому снижению психологических компенсаторных возможностей и появлению ре­акций невротического уровня реагирования.

Для того чтобы определить сочетание и взаимосвязь психологических характеристик у представителей истероидного психотипа с различной степе­нью успеваемости, обратимся к таблице 3.5.

-105-

Таблица 3.5 Зависимость степени успеваемости от психологических

 

характеристик	у представителей истероидного		психотипа
Номер пере­менной	Имя пере­менной	Среднее -отличники	Среднее -Хорошисты	Среднее -удовлетворит.
1	Е	3.72222	3.25000	5.04762
2	V	5.05556	4.50000	3.66667
3	d	3.22222	3.58333	2.95238
4	В	2.88889	3.29167	2.80952
5	М	5.33333	6.08333	4.33333
6	Ф	5.05556	3.50000	3.66667
7	вн	5.44444	7.00000	7.00000
8	О-ФН	1.11111	1.12500	0.42857
9	А	4.61111	4.37500	4.42857
10	И	1.83333	0.91667	2.57143
11	нд	2.44444	1.58333	3.33333
12	ст	1.72222	1.00000	3.00000
13	н	30.72222	37.16667	24.76190
14	п	-13.38889	-7.54167	-9.42857
15	Э-И	14.83333	14.08333	13.71429
16	Н-Э	11.11111	13.25000	12.90476
17	кт	20.05556	18.12500	19.85714

Подгруппа истероидов, обучающихся на «отлично», составила 29%, на «хорошо» - 38%, на «удовлетворительно» - 33% от всех обследованных.

Наиболее значимые патопсихологические показатели, участвующие в дифференциальной диагностике между подгруппами, были выделены с по­мощью дискриминантного математического анализа.

Для подгруппы обучающихся на «отлично» и «хорошо» таковыми явились пять психологических показателей:

-   феминизации (Ф)                                                              37,43 %

-   нейротизма (Н-Э)                                                             28,78 %

-   психопатизации (П)                                                          10,08 %

-   индекс минимальной мозговой дисфункции (В)             8,41 %

-106 -

- ситуативной тревоги (СТ)                                                7,49 %
Показатели в процентах отражают значимость вклада переменной в

дифференциальную диагностику между сравниваемыми подгруппами. Дис-криминантный показатель квадрат Махаланобиса, равный 2,9 усл.ед., и квад­рат Хотеллинга, равный 29,9 усл.ед., свидетельствует о достоверной степени дискриминации сравниваемых подгрупп при проецировании средних значе­ний патопсихологических показателей в трехмерном пространстве. Подгруп­па отличников может быть дифференцирована с ошибками не выше -22,22 %, а хорошистов не выше - 20,83 %.

Патопсихологические маркеры, участвующие в психолого-математи­ческой дисриминации сравниваемых подгрупп хорошистов и троечников:

-   эмансипация (E)                                                               54,03 %

-   ситуативная тревога (СТ)                                                 13,32 %

-   маскулинизации (М)                                                         11,24 %

-   истерии (И)                                                                       6,11 %
Дискриминантный   показатель   квадрат  Махаланобиса  равен   6,46

усл.ед. и квадрат Хотеллинга равен 72,36 усл.ед., подтверждая высокую сте­пень достоверности полученных результатов. Подгруппа отличников диффе­ренцируется с 0 % ошибок, а хорошистов с 19,05 % ошибок.

Патопсихологические маркеры, участвующие в психолого-математи­ческой дисриминации сравниваемых подгрупп отличников и троечников:

-   нейротизм (Н-Э)                                                               24,09 %

-   эмансипация (E)                                                                17,41 %

-   ситуативная тревога (СТ)                                                 14,32 %

-   феминизация (Ф)                                                              9,00 %

-   маскулинизации (М)                                                         8,30 %

-   экстра-интроверсия (Э-И)                                                6,76 %

-   невротическая депрессия (НД)                                        6,42 %

-   психопатизация (П)                                                          6,15 %
Дискриминантный  показатель  квадрат Махаланобиса равен   10,21

усл.ед., а квадрат Хотеллинга - 98,93 усл.ед., что позволяет утвердать о воз-

-107-

можности надежной дискриминации изучаемых подгрупп. Подгруппа отлич­ников дифференцируется с 5,56 % ошибок, а хорошистов с 4,76 % ошибок.

Так как все обследуемые студенты относятся к условно здоровой норме, то и психологические показатели будут находиться в пределах сред­них нормальных значений. Незначительное колебание психологических по­казателей вызывает затруднение процесс прямой интерпретации указанных результатов. Именно поэтому мы можем только констатировать факты, по­лученные в результате математической обработки данных, и на их основании предположить возможный вариант аномальной изменчивости психологиче­ского здоровья или изменчивости в диапазоне нормы у представителей исте-роидного психотипа.

Рассматривая вектор успеваемости от отличников к троечникам, нельзя не отметить тенденцию к расширению числа психологических показа­телей, участвующих в дифференциальной диагностике, с одновременным процентным снижением их вклада в дискриминацию. Нарастающие значения показателей нейротизма, эмансипации и ситуативной тревоги характеризу­ются эмоциональной неустойчивостью, тревогой, сниженной самооценкой, вегетативными расстройствами, а также стремлением высвободиться из-под контроля, надзора и опеки со стороны однокурсников и преподавателей, под­тверждая тенденцию к негативному психотипологическому дрейфу в обыч­ных социальных условиях.

Обращает на себя внимание изменчивость показателей маскулиниза­ции и феминизации. Если у отличников указанные показатели равны, то у хорошистов отмечается достоверное увеличение показателя маскулинизации и еще более достоверное уменьшение показателя феминизации, что подчер­кивает их тенденцию к самостоятельности и стабильности. Истероиды, обу­чающиеся на «удовлетворительно», отличаются снижением средних значе­ний показателей маскулинизации и феминизации, подтверждая высокий риск формирования негативного личностного дрейфа в сторону диапазона ПАЛ. Далее появляется склонность к интровертированности собственных пережи­ваний с элементами лабильности на фоне субдепрессивного оттенка настрое-

-108 -

ния, пессимистичных планов на будущее, нарастающим чувством одиноче­ства, безрадостности, снижением интересов и ослаблением витального то­нуса. Средние значения показателей шкалы психопатизации стойко сохраня­ются в зоне невротического реагирования, когда усиливается равнодушие и лицемерие, снижаются морально-нравственные ценности, появляется безраз­личие к мнению окружающих и вспыльчивость, одновременно с повышен­ным конформизмом и стремлением выделиться среди окружающих.

Таким образом, у представителей истероидного психотипа по вектору успеваемости от отличников к троечникам нарастают аномальные личност­ные психологические реакции с неустойчивостью эмоциональных пережива­ний, выраженностью вегетативных проявлений, а также признаками невро­тического реагирования в структуре личностной субкомпенсации, что неиз­менно негативно отражается на успеваемости студентов.

После анализа психологических показателей у представителей трех подгрупп с различной успеваемостью необходимо провести параллель с осо­бенностями формирования индивидуального стиля овладения иностранным языком. На диаграмме 3.3 представлены результаты соотношения методов усваивания и стилей воспроизведения иностранного языка у представителей истероидного психотипа.

Диаграмма 3.3

-109 -

Соотношение методов усваивания и стилей воспроизведения иностранного

языка у представителей истероидного психотипа

У 40% обследованных преобладает вербальный, а у 60% - зритель­ный методы усваивания информации. Полученные данные совпадают с дру­гой классификацией, по которой 40% истероидов обладают коммуникатив­ным, а 60% - некоммуникативным стилем воспроизведения информации.

Анализ восприятия и стиля воспроизведения информации показал, что у истероидов с вербальным методом восприятия преобладает коммуни­кативный стиль воспроизведения информации - по 40% в каждой подгруппе; соответственно зрительный метод восприятия совпадает с некоммуникатив­ным стилем воспроизведения информации - по 60% в каждой подгруппе ис­тероидов.

Обращаясь к теоретической базе нашего исследования, можно про­вести прямую взаимосвязь между приоритетным методом усваивания ин­формации и соответствующим ему стилем ее воспроизведения.

Обследованные студенты с истероидной структурой личностного психотипа характеризуются преимущественно вербальным методом усваива­ния информации, высокой продуктивностью слуховой памяти, качественным восприятием лингвистических конструкций, предъявляемых на слух, спо­собны быстро вникать в смысл лингвистического диалога, а если обладают и коммуникативным стилем воспроизведения, то легко поддерживают любой диалог без предварительной подготовки. Высокая направленность внимания на речевую деятельность помогает активно участвовать и добиваться значи­тельных результатов в синхронном виде переводов. Обучаемость истероидов с коммуникативным стилем овладения языком в целом характеризуется не­произвольностью, импульсивностью и меньшим самоконтролем. Представ­ленные характеристики в полной мере соответствуют ярким представителям истероидного психотипа. Студенты истероиды больше стремятся казаться, демонстрировать значимость собственного Я, чем на самом деле быть значи­мой и цельной личностью. Благодаря хорошей памяти и среднему уровню

-110­жизненного тонуса складывается обманчивое впечатление, что обучение и приобретение знаний дается истероидам легко. На самом же деле страдает качество понимания и осознания воспринятого материала.

По психологическим характеристикам можно было предположить, что у всех истероидов преобладающим является вербальный метод воспри­ятия и коммуникативный стиль воспроизведения информации. Однако по­добный вариант представлен только у 40% обследованных. Оставшаяся большая часть (60%), на первый взгляд, не соответствует общим представле­ниям об истероидном психотипе. Привлекая данные психологического ис­следования, мы видим, что большая часть представителей истероидного пси­хотипа обладает промежуточным темпераментом между интра- и экстравер-тированностью, когда существует тонкая грань между переходом из одного состояния в другое. Таким образом, студенты с истероидным психотипом, который сочетается с преобладанием интровертированности, отличаются лучшими результатами в процессе лингвистического обучения.

У представителей подгруппы троечников появлялась склонность к интравертированным реакциям на фоне социально-стрессового информаци­онного воздействия с формированием неустойчивых эмоциональных реак­ций, усилением черт истероидности со снижением адаптационных возмож­ностей в окружающей обстановки, что, в конечном счете, изменяло приори­тетный метод восприятия информации и трансформировало коммуникатив­ные свойства личности. Снижалась способность качественного восприятия речи на слух, легкости и эмоциональной насыщенности устного общения, но повышалось качество произношения и правильность перевода, исчезала сте­реотипность и расширялся словарный запас обследуемых студентов.

Таким образом, определенная часть истероидов приобретала зритель­ный метод восприятия информации и склонность к некоммуникативному стилю воспроизведения, за счет изменения психотипологического реагиро­вания. Другая часть обладала смешанными психотипологическими характе­ристиками с другими психотипами, которые и играли основную роль в фор­мировании индивидуального стиля обучения. Наконец меньшая часть исте-

- 111 -

роидов обладала хорошим интеллектом, терпением, способностью адекватно оценивать ситуацию и оптимально принимать решения, т.е. демонстрировала преобладание черт личности над характером, что обеспечивало хорошую адаптацию в условиях обучения иностранному языку в высшем учебном за­ведении.

3.4 Характеристика представителей эпилептоидного психотипа и сте­пень успеваемости по изучаемому иностранному языку

3.4.1. Феноменологическая психологическая характеристика сту­дентов с эпилептоидным психотипом личности.

Представляя психологическую характеристику студентов с эпилепто­идным психотипом, мы сохранили разделение обследованных на подгруппы по успеваемости, и психологический анализ был направлен на определение влияния особенностей психотипологической структуры личности на учебную успеваемость. Всего было подвергнуто обследованию 46 (24%) студентов с эпилептоидным психотипом.

Представители данного психотипа в период обучения иностранному языку отличались высоким жизненным тонусом и низким уровнем умствен­ной и физической утомляемости, что предопределяло высокую работоспо­собность, быстроту и легкость приспособления к окружающей студенческой обстановке и требованиям преподавателей. Студенты отличались быстрой и адекватной реакцией, которая соответствовала силе и значимости внешних социальных раздражителей. Высокий жизненный тонус и хорошая энерге­тика личности позволяли им долгое время проводить в условиях напряжен­ной умственной работы. Они обнаруживали хорошую выносливость, уравно­вешенность в выполнении письменных технических переводов, требующих определенной усидчивости и высокой концентрации внимания, подтверждая, тем самым высокую способность к переключаемости внимания. С от­личными результатами они занимались также устными переводами, в кото­рых, наоборот, проявлялась достаточная подвижность нервных процессов и

-112-

способность к рациональному распределению активного внимания. Постоян­ная смена методов обучения и стилей воспроизведения информации не влия­ла при этом отрицательно на продуктивность умственной деятельности. По­добная смена технического перевода на устный перевод тренировала и за­крепляла устойчивость высшей нервной деятельности и стабильность лично-стно-характерологической структуры.

Представители эпилептоидного психотипа отличались последова­тельностью в выполнении учебных заданий, уверенностью, редко сомневаясь в правильности своего устного или письменного ответа. При выборе метода обучения всегда учитывали собственные физические и психические способ­ности, поэтому всегда принимали правильные, оптимальные и «выигрыш­ные» для себя решения в конкретной ситуации. Эти данные указывают на высокий уровень саморегуляции и самоконтроля за собственным поведе­нием, подтверждая адекватность самосознания личности эпилептоидов диа­пазона психологической нормы-акцентуации

Высокая степень интуитивного познания мира, стабильность в меж­личностных отношениях и способность адекватно оценивать особенности взаимоотношений в микро- и макросоциуме, а также определять характеро­логические особенности преподавателей, их эмоциональность в виде им­пульсивности, лабильности или уравновешенности позволяли им на бессоз­нательном уровне управлять как своими действиями, так и незаметно мани­пулировать преподавателями с «рыхлой», нестабильной личностно-характе-рологической структурой и неустойчивой эмоциональностью. Сообразитель­ность, целеустремленность, решительность и рациональное познание мира, сочетающиеся с высокой успеваемостью, умением добиваться успехов в межличностных отношениях, приводили к тому, что однокурсники едино­душно выбирали эпилептоидов в неформальные лидеры коллектива. Способ­ность адекватно реагировать на возникающие ситуации в формальной и не­формальной обстановке, добиваться успеха или упорно стремиться к нему подтверждала широкий диапазон нормы-реакции от личного обаяния, умения создать доброжелательную атмосферу до способности к жесткому психоло-

-113 -

гическому прессингу, психологическому подавлению окружающих вплоть до применения физической силы в критических ситуациях. Практически всегда получали роль координаторов в выполнении коллективных заданий.

Благодаря устойчивым конституциональным механизмам психологи­ческой и психической защиты у эпилептоидов в экстремальных ситуациях преобладали механизмы психологической компенсации и адаптации. За счет высокой толерантности к внешним социальным факторам у них не наблюда­лось гипертрофии таких качеств, как повышенная внимательность и склон­ность к самоанализу и анализу ситуации, не отмечалось трансформации до степени подозрительности, необоснованных сомнений, дисфорического от­тенка настроения.

Таким образом, защитные конституциональные психологические ме­ханизмы сохраняли эпилептоидов от негативного психотипологического дрейфа в сторону аномальной личностной изменчивости.

Местом наименьшего психологического сопротивления являлась си­туация предательства, ситуация, что конкретного субъекта «подставили». Преимущественно такие ситуации наблюдались вне учебного заведения. В этих случаях нарастали хладнокровие, расчетливость, готовность к развитию событий в любом направлении, когда эпилептоиды «быстро прокручивали» в сознании возможные варианты развития ситуации. Это приводило к появле­нию недоверия к окружающим, они становились резкими, но не грубыми в общении, сохраняя такой стиль общения до разрешения конфликта. Отрица­тельный или положительный эмоциональный заряд, полученный в проблем­ной ситуации, у эпилептоида сохраняется длительное время, пока не исто­щится или не получит психологической разрядки. Чаще всего под психоло­гической разрядкой мы понимаем чувство эмоционального удовлетворения после совершенных реальных или виртуальных «актов мщения» своим обид­чикам. Чувство мести не отличалось необходимостью в немедленной реали­зации, а легко пролонгировалось во времени без уменьшения «накала стра­сти». Прием алкоголя в малых дозах не приводил к эмоциональному рас­слаблению, а еще больше провоцировал построение планов мщения. Лишь

-114 -

значительные дозы алкоголя позволяли достичь желаемой релаксации. Как фантазии на тему мести, так и релаксация приводили к определенному пси­хологическому удовлетворению, что избавляло эпилептоидов от проявления неоправданной психологической или физической агрессии. Преобладание самоконтроля и саморегуляции поведения над эмоциональными реакциями позволяло оставаться неформальными лидерами в коллективе и сохранять необходимый и адекватный уровень социальной активности.

Таким образом, напряжение конституциональных личностных меха­низмов компенсации не приводило к личностно-характерологической деком­пенсации в условиях повышенного социально-информационного стрессиро-вания, когда в неучебное время они пытались заниматься мелким бизнесом, используя формирующиеся профессиональные навыки. Однако, сталкиваясь с несправедливостью деструктивной социальной среды обитания, у них на­блюдалось напряжение функционирования индивидуального барьера пси­хической и психологической адаптации.

Необходимо отметить, что для представителей эпилептоидного пси­хотипа, располагающихся в конституционально-континуальном диапазоне психологической нормы-акцентуации, не отмечено сверхсильного или хотя бы настолько выраженного внешнего воздействия в период учебы в инсти­туте, которое могло бы привести к декомпенсации и затем «прорыву» психо­биологического индивидуального барьера личности. Среди эпилептоидов диапазона нормы-акцентуации не наблюдалось случаев трансформации пси­хологических личностных и поведенческих реакций студентов в аномальное реагирование и тем более в симптоматические проявления психологической и психической декомпенсации личности, с последующей невротизацией. Представленная характеристика соответствовала преимущественно обследо­ванным из подгруппы отличников и хорошистов.

В то же время обследуемые с эпилептоидной структурой психотипа, относящиеся к подгруппе с удовлетворительной успеваемостью, сущест­венно отличались от представителей из подгруппы отличников и хороши­стов. В условиях значимого информационно-стрессового воздействия у них

-115-

отмечалось усиление конституциональной тревожности и появление тенден­ции к гетероагрессивному поведению. Тенденция к гетероагрессивному по­ведению необоснованно нарастала в отношении однокурсников, преподава­телей и незнакомых студентов, которые по тем или иным причинам, с точки зрения эпилептоидов, занимали противоположную мировоззренческую или личностную позицию. Часто такое поведение наблюдалось в ответ на огра­ничение личностных или материальных интересов эпилептоидов, или даже намек на покушение на их «собственность». Под собственностью эпилеп-тоиды понимают все материальные ценности, которыми они владеют. В этот список могут входить книги и ручки, телефоны, т.е. все предметы и помеще­ния, которыми они пользуются. Если в студенческой группе у них хорошие отношения, то происходит отождествление личности эпилептоида с интере­сами группы, и тогда они будут отстаивать любые интересы группы, даже узкоэгоистические, противоречащие интересам факультета. Принцип «бей своих, чтобы чужие боялись» и наоборот, который они же и реализовывали, был всегда на устах у эпилептоидов, и в особенности у представителей под­группы троечников.

Они стремились создавать микрогруппы из однокурсников и едино­мышленников, которые бы им подчинялись, на которых они могли опереться или использовать в своих интересах в трудной ситуации. С одной стороны, желание управлять и регулировать взаимоотношениями в микросоциуме, а с другой - наличие соответствующих личностных качеств выдвигало эпилеп-тоидов-троечников на роли неформальных лидеров. Стремление к лидерству скрывало внутреннюю потребность защититься от наиболее требовательных преподавателей. Обладая неформальной поддержкой студентов в группе, эпилептоиды получали возможность манипулировать сознанием и поведе­нием не только одногруппников, но и преподавателей, принуждая последних склоняться к решению группы. Эпилептоиды-троечники, отличаясь склонно­стью к интриге, шантажу, провоцировали преподавателей на демагогические или патовые споры со студентами, что в своей основе имеет стремление к повышению собственного авторитета и уважения в группе в случае психоло-

-116-

гической победы над преподавателем. Меркантильность и коммерческая жилка позволяла им не гнушаться самыми разнообразными формами матери­ального обогащения и расширения собственного влияния на окружающих. Для достижения материальных ценностей эпилептоиды могли играть без правил, часто нарушая правовое поле и принципы свободы личности одно­курсников, когда использовали приемы от психологического до физического давления.

С точки зрения концепции пограничной аномальной личности, пе­риодическое гетероагрессивное поведение на психическом и физическом уровне оценивается как аномальные личностные и поведенческие реакции, присущие представителям конституционально-континуального диапазона пограничной аномальной личности. Таким образом, на уровне феноменоло­гического психологического наблюдения у представителей эпилептоидного психотипа с удовлетворительной успеваемостью чаще, чем в других под­группах, выявляются признаки формирования аномальной личностной и по­веденческой изменчивости под влиянием значимых социально-стрессовых факторов.

Сосредоточив внимание на обследованных с данными психотиполо­гическими особенностями, характерными для конституционально-контину­ального диапазона пограничной аномальной личности, можно определить и другие признаки аномального реагирования. Эпилептоиды ПАЛ не позво­ляли себе делать никому уступок. Подозрительность и недоверие способст­вовали развитию множества мелких конфликтных ситуаций с однокурсни­ками и преподавателями. В стычках с однокурсниками ситуация иногда до­ходила до применения физической силы, а преподаватели вынуждены были просить их покинуть аудитории, с последующей подачей докладных записок. Перманентная алкоголизация за годы учебы также способствовала, подтал­кивала их к неадекватному поведению, что часто приводило не только к дис­циплинарным замечаниям.

При осложнении ситуации, т.е. ухудшении взаимоотношений с окру­жающими, потере прежнего влияния и уважения в группе или за ее преде-

-117 -

лами, при повышении требований к качеству учебного процесса и ответст­венности при выполнении дополнительных заданий у эпилептоидов наблю­далось обострение личностно-характерологических черт. Однако присущие подозрительность и настороженность не трансформировались в доминирую­щие или сверхценные идеи, как должно было бы быть при негативном лич­ностном дрейфе. Формирующиеся состояния сопровождались нестойкими вспышками раздражительности и генерализованными вегетативными реак­циями умеренной степени выраженности (кардиалгии, гастралгии, расстрой­ство терморегуляции, сна и аппетита).

У эпилептоидов-троечников в условиях социально-информационного стрессирования наблюдался негативный личностный дрейф в сторону кон­ституционально-континуального диапазона пограничной аномальной лично­сти. Формирующиеся отклонения сопровождались нарастающей аффектив­ностью, вспыльчивостью, с тенденцией к гетероагрессивному поведению, с доминирующими и фрагментарными сверхценными идеями, с признаками психологической склонности к алкоголизации, а также вегетативными прояв­лениями, соответствующими чувству дискомфорта и внутренней тревоги. Иногда наблюдалось развитие простых симптомов невротического уровня, особенностью патокинеза которых являлось формирование неструктуриро­ванных синдромов. Наиболее характерными невротическими симптомами являлись внутреннее ощущение беспокойства, доходящее до степени тре­воги, настороженность, головная боль, потливость, похолодание рук, желу­дочно-кишечные и кардиальные расстройства. По данным патопсихологиче­ской диагностики, у некоторых обследованных определялся субдепрессив­ный, тревожный или истерический симптомокомплексы. По субъективным переживаниям они отмечали трудности в адаптации, коммуникации, сниже­ние уровня запоминания и воспроизведения информации. Данный контин­гент составил 13 % (6 человек) от общего количества обследованных эпилеп­тоидов.

Таким образом, сравнивая эпилептоидов, относящихся к подгруппам с различной успеваемостью можно сделать следующие предварительные вы-

-118 -

воды, основанные на психолого-феноменологическом наблюдении. Студенты с эпилептоидным психотипом личности с отличной и хорошей успеваемо­стью, преимущественно располагались в конституционально-континуальном диапазоне психологической нормы-реакции и отличались надежным психо­лого-биологическим резервом, стабильным индивидуальным барьером пси­хологической и психической адаптации, высокой толерантностью к значи­мым социально-стрессовым информационным факторам. В данной группе не отмечалось реакций дезадаптации и проявлений аномальных личностных и поведенческих реакций.

Обследованные с эпилептоидной структурой психотипа, сочетаю­щейся с удовлетворительной успеваемостью, преимущественно располага­ются в конституционально-континуальном диапазоне пограничной аномаль­ной личности и характеризуются большей степенью подверженности влия­ния стрессогенных социальных факторов. Именно у них быстро развивается аномальное личностное и поведенческое реагирование с гетероагрессивными тенденциями, и у 13% обнаруживается склонность к формированию психи­ческих декомпенсаций с последующей структуризацией простых невротиче­ских синдромов, что доказывает нестабильность индивидуального барьера психологической и психической адаптации у студентов и изначально сни­женный психолого-биологический резерв личности.

Для подтверждения результатов психолого-феноменологического на­блюдения и анализа мы использовали комплекс экспериментально-психоло­гических методик, характеризующих личность и особенности поведенче­ского стереотипа.

3.4.2. Экспериментально-психологическая характеристика результа­тов исследований студентов с эпилептоидной структурой личностного психотипа.

На таблице 3.6 представлены средние значения, стандартные откло­нения и коэффициенты вариации психологических показателей представите­лей эпилептоидного личностного психотипа.

-119 -

Таблица   3.6   Экспериментально-психологические   характеристики представителей эпилептоидного психотипа

 

Номер пере­менной	Имя пере­менной	Среднее	Стандартное отклонение	Коэффициент вариации
1	Е	3.04348	2.32815	0.76496
2	V	0.69565	5.28675	7.59971
3	D	2.50000	1.85891	0.74356
4	В	3.30435	1.65824	0.50184
5	М	6.30435	3.56445	0.56540
6	Ф	4.06522	2.10187	0.51704
7	ВН	6.93478	4.49890	0.64874
8	О-ФН	0.15217	3.10532	20.40637
9	А	4.30435	3.25146	0.75539
10	И	2.02174	3.15869	1.56236
11	нд	1.54348	3.99281	2.58689
12	СТ	1.32609	3.36686	2.53894
13	н	23.08696	32.99685	1.42924
14	п	-6.26087	13.99116	-2.23470
15	Э-И	14.39130	2.04915	0.14239
16	Н-Э	12.06522	3.19306	0.26465
17	кт	17.28261	8.28027	0.47911

С целью выявления более точных и глубоких взаимосвязей психоло­гических характеристик, а также для повышения достоверности проводимого исследования группу эпилептоидов мы разделили на подгруппы в зависимо­сти от степени успеваемости и представили средние сравнительные данные в таблице 3.7. Подгруппа отличников составила 33%, хорошистов - 33% и тро­ечников - 35% от всех обследованных.

-120-

Таблица 3.7 Зависимость степени успеваемости от психологических характеристик у представителей эпилептоидного психотипа

 

Номер пере­менной	Имя пере­менной	Среднее -отличники	Среднее -хорошисты	Среднее -удовлетворит.
1	Е	3.66667	2.20000	3.25000
2	V	2.60000	-0.73333	0.25000
3	D	2.53333	2.06667	2.87500
4	В	3.06667	3.13333	3.68750
5	М	5.60000	6.66667	6.62500
6	Ф	3.86667	3.80000	4.50000
7	ВН	7.13333	7.53333	6.18750
8	О-ФН	-0.13333	0.93333	-0.31250
9	А	4.53333	3.20000	5.12500
10	И	2.53333	2.80000	0.81250
11	нд	1.60000	2.00000	1.06250
12	СТ	0.73333	1.26667	1.93750
13	н	37.00000	21.33333	11.68750
14	п	0.06667	-1.93333	-16.25000
15	Э-И	13.33333	15.40000	14.43750
16	Н-Э	11.80000	10.46667	13.81250
17	кт	17.40000	16.46667	17.93750

Наиболее значимые патопсихологические показатели, участвующие в дифференциальной диагностике между подгруппами, были выделены с по­мощью дискриминантного математического анализа.

Для подгруппы отличников и хорошистов таковыми явились пять па­топсихологических показателей:

-  эмансипация (E)                                                               25,11 %

-  экстра-интроверсия (Э-И)                                                21,84%

-  невротизация (Н)                                                              13,59 %

-  психологическая склонность к алкоголизации (V)         12,58 %

-             нейротизм (Н-Э)                                                               9,45 %
Данные в процентах отражают значимость вклада переменной в диф­
ференциальную диагностику указанных подгрупп друг от друга.

-121 -

Дискриминантный показатель квадрат Махаланобиса, равный 9.8 усл.ед., и квадрат Хотеллинга, равный 73.54 усл.ед., говорит о высокой сте­пени дискриминации выбранных подгрупп при проецировании патопсихоло­гических показателей в дискриминантном пространстве. Оценивая достовер­ность произведенных расчетов, можно сказать, что подгруппа отличников дифференцируется безошибочно, а подгруппа хорошистов с 6,67% ошибок. Данный показатель еще раз подчеркивает высокую степень достоверности отличительных признаков вышеописанных подгрупп.

Полученные данные психолого-математической дифференциальной диагностики акцентируют внимание на определенных патопсихологических показателях, которые являются маркерами дифференциации указанных под­групп. Именно эти маркеры являются наиболее чувствительными при изуче­нии динамики личностно-характерологических и поведенческих особенно­стей в группе эпилептоидов с различной степенью успеваемости (в данном случае - отличники-хорошисты).

Необходимо отметить, что практически все патопсихологические по­казатели (кроме шкалы психопатизации и обсессивно-фобических наруше­ний) находятся в рамках нормы и, следовательно, характеризуют условно здорового человека. Поэтому интерпретация динамики показателей является тонкой дифференциальной диагностикой психотипологической структуры обследуемых студентов эпилептоидного психотипа, находящихся в рамках конституционального диапазона нормы-акцентуации.

Наиболее значимыми отличительными показателями хорошистов от отличников являются снижение уровня эмансипации и повышение психоло­гической склонности к алкоголизации, усиление экстравертированных лич­ностно-характерологических черт и повышение неустойчивости, лабильно­сти нервных процессов по отношению к внешнему воздействию. Из незна­чимых отличий определяется склонность к усилению психопатизации, тен­денция к развитию астенического реагирования и повышение уровня консти­туциональной тревоги. Данные характеристики на патопсихологическом уровне у представителей нормы-акцентуации указывают направления работы

-122-

компенсаторных механизмов личности, при истощении которых могут сфор­мироваться личностные и поведенческие отклонения, а затем после их де­компенсации - нестойкая простая невротическая симптоматика.

Чтобы проследить динамику патопсихологических показателей об­следуемых эпилептоидов (подгруппа хорошисты-троечники) проанализируем данные таблицы 3.6, учитывая следующие значимые маркеры диффе­ренциальной диагностики этих подгрупп:

-истерия (И)                                                              21,87%

-  астения (А)                                                              19,9 %

-  нейротизм (Н-Э)                                                      15,51 %

-  обсессивно-фобические нарушения (О-ФН)          13,22 %

-  индекс минимальной мозговой дисфункции (В)    13,04 %

-  экстра-интроверсия (Э-И)                                       10,87 %

-  психопатизация (П)                                                 9,65 %

О значимости вклада соответствующей переменной в дифференци­ально-диагностический процесс можно судить по процентному соотношению указанных данных.

Дискриминантный показатель квадрат Махаланобиса, равный 9.95 усл.ед., и квадрат Хотеллинга, равный 77 усл.ед., характеризует высокую сте­пень различий показателей выбранных подгрупп при проецировании пато­психологических показателей в дискриминантном пространстве. О высокой достоверности можно говорить, учитывая, что подгруппа хорошистов диф­ференцируется с 6,67% ошибок, а подгруппа троечников с 6,25% ошибок.

Появление истерии, астении, обсессивно-фобических нарушений сви­детельствует о тенденции развития невротических реакций у обследованных. Нарастает склонность к повышенной чувствительности, впечатлительности. Возникает неуверенность в своих поступках и в принятии решений. Индекс минимальной мозговой дисфункции подтверждает положение о наличии предрасположенности конституциональной типологической недостаточности высшей нервной деятельности у представителей эпилептоидного психотипа. Определяется появление интровертированности с одновременным повыше-

-123 -

нием показателя по шкале нейротической тревожности, что говорит о неус­тойчивости, снижении адаптации, склонности к быстрой смене настроения, впечатлительности и излишней импульсивности. Высокий уровень психопа-тизации у троечников свидетельствует о появлении беспечности и легкомыс­лии, упрямстве в межличностных взаимоотношениях. Появляется тенденция к выходу за рамки общепринятых норм морали. Одновременно с ростом психопатизации нарастают признаки невротизации: эмоциональная возбуди­мость, беспокойство, затруднение в общении, социальная робость.

Таким образом, оценивая значения патопсихологических показателей в группе эпилептоидов от отличников к троечникам, можно сказать, что по­степенный рост показателей невротизации и психопатизации, склонность к интроверсии с повышением ситуативной тревоги и психологической склон­ностью к алкоголизации может значительно изменить психолого-биологиче­ский резерв адаптации и компенсации и снизить толерантность к внешнему воздействию. Эти психотипологические особенности в субневротической стадии формируют неустойчивый эмоциональный фон настроения, напряже­ние, беспокойство, неудовлетворенность, что, в конечном итоге, неблагопри­ятно сказывается на стабильности межличностных отношений, изменяет аде­кватные поведенческие реакции на внешние раздражители, снижает концен­трацию внимания и работоспособность. Это приводит к нарушению процес­сов восприятия, усваивания и воспроизведения информации, что отрица­тельно сказывается на успеваемости.

Описанное развитие компенсаторных, а затем и декомпенсаторных конституциональных механизмов подтверждают данные математической статистики. Наиболее значимый вклад в дифференциальную диагностику подгруппы отличников-троечников внесли следующие переменные:

-  психопатизации (П)                                                 32,60 %

-  невротизации (Н)                                                     22,53 %

-  экстра-интроверсии (Э-И)                                       10,07 %

-  ситуативной тревоги (Т)                                          9,37 %

-  нейротизма (Н-Э)                                                     8,27 %

-124-- психологической склонности к алкоголизации (V) 7,58 %

Таким образом, на патопсихологическом уровне мы подтвердили личностные, поведенческие и невротические отклонения у эпилептоидов, вы­явленные психолого-педагогическим методом наблюдения.

Остается неуточненным вопрос о влиянии психотипологических осо­бенностей личности эпилептоидов на процесс обучения, на эффективность восприятия и усваивания информации по иностранному языку, а также мало описано влияние конституциональной психотипологической личностной из­менчивости на формирование индивидуального стиля обучения обследуемых студентов.

С помощью психолого-педагогического метода обследования мы по­лучили данные о приоритетных методах усваивания информации (вербаль­ные, невербальные) и стилях воспроизведения полученной информации (коммуникативный, некоммуникативный).

На диаграмме 3.4 представлены результаты процентного соотноше­ния методов усваивания и стилей овладения иностранным языком представи­телями эпилептоидного психотипа.

Диаграмма 3.4

Соотношение методов усваивания и стилей овладения иностранным языком представителями эпилептоидного психотипа

-125-

Среди обследованных у 52% определен вербальный, а у 48% - зри­тельный приоритетные методы усваивания информации. Из всех обследо­ванных 48% отличаются коммуникативным, а 52% - некоммуникативным стилем овладения информации.

Полученные данные выявляют равномерное процентное соотношение между коммуникативным стилем овладения иностранным языком и соответ­ствующим ему приоритетным методом усваивания информации. Это озна­чает, что для студентов, которые обладают хорошей коммуникативной ак­тивностью, общей успешностью в обучении интенсивным методом, относи­тельным равновесием произвольного и непроизвольного запоминания харак­терен преимущественно вербальный метод усваивания информации. Вер­бальный метод включает хорошую направленность внимания на речевую деятельность, лучшую продуктивность слуховой памяти, быстроту воспри­ятия словесной инструкции, предъявляемой на слух. Деятельность предста­вителей с коммуникативным стилем овладения языком в целом характеризу­ется непроизвольностью, импульсивностью и меньшим самоконтролем. Это соответствует психологической характеристике большей части эпилептои-дов. Именно для представителей эпилептоидного психотипа характерна им­пульсивность, восприятие окрашено эмоциональными чувствами и пережи­ваниями с характерным экстравертированным типом реагирования. Необхо­димо отметить, что у эпилептоидов-троечников появляется тенденция к ин-тровертированному типу реагирования с сохранением еще вербального ме­тода восприятия, но уже с признаками некоммуникативного стиля овладения материалом. Это, видимо, и отражает неполное соответствие процентного соотношения стилей овладения и методов восприятия на диаграмме 3.4.

У эпилептоидов наблюдается ответственное отношение к процессу обучения, т.е. при желании обучаться они становятся отличниками, а если этого желания нет, то все равно имеют средний уровень успеваемости. Тро­ечники представляют группу, в которой появляется несоответствие между хорошей работоспособностью, эмоциональной насыщенностью, полноценно-

-126 -

стью волевых установок и степенью успеваемости. Вновь обращаясь к пато­психологическим характеристикам, можно определить причину этого несоот­ветствия. В условиях информационного стрессирования наблюдается исто­щение компенсаторных механизмов адаптации и наступает период дезадап-тивных реакций. Появление таких качеств, как несдержанность, неустойчи­вость, напористость с одновременной необъяснимой беспечностью, эмоцио­нальная холодность в межличностных отношениях, а также тенденция к рос­ту субневротических симптомов приводит к асинхронному восприятию, ус­ваиванию и воспроизведению информации и только затем снижает уровень успеваемости.

Поэтому, с нашей точки зрения, для наиболее эффективного обучения студентов эпилептоидов с разной степенью успеваемости методы должны учитывать психотипологические характеристики личности и свойства психо-логобиологического резерва конституциональных механизмов адаптации и компенсации.

Противоположной характеристикой обладают студенты с некомму­никативным стилем овладения языком и зрительным методом усваивания информации. Характерны невыразительность коммуникативных действий, пассивность в общении на иностранном языке, относительно высокая сте­пень выраженности словесно-логического стиля деятельности. Исследования по нейрофизиологии отмечают преобладание произвольного вида памяти, трудности восприятия речи на слух, лучшую продуктивность зрительной па­мяти на графические изображения при инертности во второй сигнальной сис­темы, что обеспечивает медленное восприятие и переработку словесной кон­струкции на слух. Речь представителей данного типа характеризуется отсут­ствием стереотипных ответов, неудачных словосочетаний, повторов при сравнительно небольшом объеме языковой и речевой продукции и качест­венном выполнении лингвистических заданий.

В нашем исследовании немного меньше половины представителей эпилептоидного психотипа (диаграмма 3.4) обладают зрительным методом

-127-

восприятия информации и практически все из них сформировали некомму­никативный стиль обучения. Оставшуюся часть составили студенты пре­имущественно с удовлетворительной успеваемостью, и, как было описано выше, изменение их стиля обучения является следствием компенсаторной реакции на информационно-стрессовое или неблагоприятное экзогенное воз­действие. Метод восприятия информации в большей степени зависит от осо­бенностей нейрофизиологических механизмов, протекающих на клеточном уровне, а на формирование индивидуального стиля обучения оказывают комплексное влияние еще и конституциональные психотипологические ха­рактеристики личности, проявления которых могли быть видоизменены вследствие особенностей социальной адаптации конкретного индивида.

Таким образом, устойчивость к вегетативным реакциям, высокий по­казатель по шкалам астении, тревоги, невротизации, экстравертированный тип характера у представителей эпилептоидного психотипа в рамках нормы-реакции способствуют успешному и продуктивному обучению иностранному языку. Для эпилептоидов и вербальный, и зрительный методы восприятия яв­ляются одинаково эффективными с точки зрения дальнейшего использования полученной информации. Представители коммуникативного и некоммуника­тивного стиля способны на высококачественном уровне использовать свой потенциал лингвистических знаний. Такие качества, как целеустремлен­ность, настойчивость, решительность, сообразительность и способность к быстрой и длительной мобилизации, позволяют им быть как синхронными, так и техническими переводчиками; проявлять как свой творческий потенци­ал, так и монотонно выполнять рутинное задание.

Однако устойчивость к стрессовому влиянию окружающей среды и предрасположенность к минимальной мозговой дисфункции передвигают эпилептоидов на второй план по степени активности и продуктивности ин­теллектуальной деятельности после циклоидов и истероидов, которые за счет своей подвижности эмоциональных процессов быстрее компенсируются и находят выходы из сложного положения.

-128 -

3.5 Характеристика представителей шизоидного психотипа и степень успеваемости по изучаемому иностранному языку.

3.5.1. Феноменологическая психологическая характеристика сту­дентов с шизоидным психотипом личности.

Представляя психологическую характеристику, мы также сохранили разделение обследованных на подгруппы по успеваемости и определяли влияние особенностей психотипологической структуры личности на учебную успеваемость в ВУЗе. Было подвергнуто обследованию 25 (13%) студентов с шизоидным психотипом личности.

Представители данного психотипа (стенического типа психобиологи­ческого реагирования) диапазона психологической нормы отличались высо­ким жизненным тонусом, активностью, целеустремленностью, легко усваи­вали теоретический материал, хорошо ориентировались в выполнении прак­тических заданий, были предельно собранны и точно исполняли указания преподавателей. В ответ на стрессовую ситуацию у них редко появлялись адаптационные личностные реакции, а их появление носило субъективный характер и редко было заметно окружающим. При выполнении учебных за­даний отличались усидчивостью и выдержкой.

Отдельные сенситивные проявления компенсировались жесткостью во взаимоотношениях с товарищами вплоть до агрессивных реакций. Всегда демонстрировали надежность во взаимоотношениях, товарищескую под­держку, брали на себя ответственность и дополнительную учебную нагрузку, предназначенную всей группе. В силу необходимости становились нефор­мальными лидерами коллектива и выступали в роли посредников между ин­тересами студентов и требованиями преподавательского состава. Вне учеб­ной обстановки не претендовали на роль лидера, погружаясь в собственные интересы и увлечения.

-129 -

Характеристика студентов шизоидного психотипа с астеническим ти­пом психобиологического реагирования диапазона психологической нормы отличалась усилением таких черт, как сенситивность и психастеничность.

Сенситивные и психастеничные черты обусловливали утонченную нравственность и склонность к морализации, что приводило к насмешкам и упрекам со стороны одногруппников в слабохарактерности, неуверенности и нерешительности во взаимоотношениях с окружающими.

Они также легко усваивали теоретический и практический материал как и стеничные шизоиды, однако не всегда могли выдержать длительную напряженную умственную и физическую нагрузку, особенно если стрессовая ситуация происходила вне стен учебного заведения. Тогда обострялась не­решительность, чувствительность, склонность к философским рассуждениям. В этом случае, находясь в поиске выхода из ситуации и благодаря хорошему компенсаторному психобиологическому резерву и широким адаптационным возможностям, характерным для представителя диапазона психологической нормы, у астеничных шизоидов происходила переоценка нравственных цен­ностей. Акцентировались такие черты, как хладнокровие, выдержка, беском­промиссность и обостренное чувство справедливости. С этого времени вся жизнь и учеба приобретала характер борьбы с противоречиями и восстанов­ления собственного внутреннего нравственного баланса. Они становились проще и грубее. Тем не менее они избегали отстаивать неоправданную соб­ственную правоту в спорах с однокурсниками или преподавателями, не пы­тались проявлять свою раздражительность и агрессию в межличностных от­ношениях. Они могли испытывать угрызения совести, будто они не выпол­нили качественно домашнее задание или не смогли сосредоточиться и пра­вильно ответить на занятии. Обвинение или намек на неполноценность, не­совершенство или на то, что они как-то подвели группу, воспринималось как стрессовая ситуация с возможными перепадами настроения и проявлениями аутоагрессии. Подобное изменение поведения и переоценка нравственных критериев приводили к еще более ответственному отношению к учебе, одна-

-130-

ко на фоне рассеянности и повышенной тревожности не способствовало по­вышению успеваемости и интеллектуальной продуктивности. Если шизоид­ные черты сочетались с хорошими интеллектуальными способностями, то отличная успеваемость сохранялась как в период благополучия, так и в пери­од стрессовой ситуации. Если отмечалась склонность к органической пред­расположенности, то резерва психобиологического реагирования не хватало, чтобы компенсировать появляющиеся пробелы в учебе и сохранить стабиль­ную успеваемость.

Сформированный стереотип личностного и поведенческого реагиро­вания у астеничных шизоидов редко приводил к формированию расстройств невротического уровня и преимущественно фиксировался на уровне психо­логических компенсаторных и декомпенсаторных реакций.

Студенты шизоидного психотипа диапазона пограничной аномальной личности обладали меньшей сопротивляемостью, толерантностью к воздей­ствию внешних раздражителей. У них наблюдались признаки тревожности, которая сопровождалась безотчетным внутренним напряжением, волнением, неясными тягостными предчувствиями беды. Данные проявления тревожной личностной аномалии находили отражение в мимике и поведении. Они ста­новились более замкнутыми, раздражительными, с повышенной мнительно­стью. Шизоиды ПАЛ астенического типа психобиологического реагирования в ситуациях, требующих быстрых реакций и решений, проявляли пассив­ность, нерешительность, сомневались в правильности своего ответа, в част­ности устного перевода, и вообще в оценке окружающей обстановки. Это приводило к конфликтным и напряженным взаимоотношениям с одногрупп-никами.

Шизоиды ПАЛ чаще живут всепоглощающей, оторванной от дейст­вительности исторической, социальной, философской, гуманитарной идеей в ущерб своим бытовым условиям, за что справедливо получают нарекания от своих близких, производя впечатление практически неустроенных людей.

-131 -

Формализованность поведения ограничивает продуктивность обще­ния, принятия совместных решений, действий. Эмоциональная черствость и бездушие шизоидов ПАЛ отталкивает от себя их сверстников. В быту и на работе чаще царят хаос и неразбериха.

Изменения социально-психологической ситуации до такой степени, когда она начинает мешать и препятствовать увлечениям шизоидов, когда она нарушает сложившуюся схему их внутреннего мира и, наконец, когда си­туация провоцирует шизоидов отойти от догматичных представлений о мире, о человеке и требует реального погружения в мир человеческих чувств, от­ношений, переживаний - вот такая ситуация является патогенно-стрессовой для шизоидов ПАЛ и приводит к усилению личностных психологических пе­реживаний и возможному развитию пограничных нервно-психических рас­стройств через определенный временной этап.

Наблюдения подтверждают более низкую толерантность шизоидов ПАЛ к социально-стрессовым ситуациям и любым экзогенным воздействиям в целом, чем шизоидов психологической нормы. Ограниченность адаптации, которая устойчива преимущественно в элективном социальном круге (семей­ном, производственном), облегчает сначала заострение личностно-характеро-логических черт и затем возникновение личностных и поведенческих рас­стройств, что, в свою очередь, отражается на снижении успеваемости и ус­пешности изучения иностранного языка. Чаще всего данные представители имеют удовлетворительную успеваемость, обладают зрительным способом восприятия информации, не могут проявить себя в письменном техническом переводе и, тем более, в коммуникативном английском.

Для подтверждения и анализа результатов психолого-феноменологи­ческого наблюдения мы использовали комплекс экспериментально-психоло­гических методик, характеризующих личность и особенности поведенче­ского стереотипа.

-132 -

3.5.2. Экспериментально-психологическая характеристика результа­тов исследований студентов с шизоидной структурой личност­ного психотипа.

На таблице 3.8 представлены средние значения, стандартные откло­нения и коэффициенты вариации психологических показателей представите­лей шизоидного личностного психотипа.

Таблица 3.8 Экспериментально-психологические характеристики представителей шизоидного психотипа

 

Номер пере­менной	Имя пере­менной	Среднее	Стандартное отклонение	Коэффициент вариации
1	Е	1.79167	1.28466	0.22903
2	V	-2.62500	4.80772	0.71702
3	D	2.12500	1.32902	-1.83151
4	В	2.00000	0.88465	0.62542
5	М	6.87500	2.13282	0.44233
6	Ф	2.20833	2.41335	0.31023
7	ВН	1.70833	4.28830	1.09284
8	О-ФН	-0.79167	3.59927	2.51022
9	А	2.62500	3.77420	-4.54644
10	И	2.50000	1.58800	1.43779
11	нд	2.12500	4.79413	0.63520
12	СТ	1.91667	9.12196	2.25606
13	н	28.58333	28.00608	4.75928
14	п	-8.20833	17.53253	0.97980
15	Э-И	14.45833	2.94853	-2.13594
16	Н-Э	14.79167	3.38769	0.20393
17	кт	20.33333	7.80004	0.38361

Определяется умеренно развитая реакция эмансипации, которая свя­зана со стремлением высвободиться из-под контроля, опеки, надзора. Сред­ние значения данного показателя для шизоидного психотипа обычно харак­теризуются высокими цифрами. Низкий уровень показателя психологической склонности к алкоголизации говорит об отсутствии склонности и тенденций к употреблению спиртного. Далее следует отметить высокий показатель му-

-133 -

жественности, характеризующий стремление проявить в системе личностных отношений.

Показатели следующих шкал: вегетативной неустойчивости, астении, истерии, невротической депрессии, ситуативной тревоги находятся в зоне, характеризующей отсутствие невротического состояния. Это подтверждает психолого-феноменологическое описание шизоидного психотипа. Отсутст­вие признаков астенизации, вегетативной лабильности, а также адекватные психологические реакции на стрессовую ситуацию, возникающую спон­танно, свидетельствуют о хороших компенсаторных механизмах психобиоло­гического реагирования данного психотипа. Однако отрицательный показа­тель шкалы обсессивно-фобических нарушений говорит о наличии неуверен­ности, навязчивостей, склонности к застреванию на негативных пережива­ниях, фиксации на соматических ощущениях.

Показатели шкалы невротизации и психопатизации выходят за гра­ницы условной нормы. Проявлением невротического состояния могут быть быстрая утомляемость, нарушения сна, ипохондрическая фиксация на непри­ятных соматических ощущениях, снижение настроения, повышенная раздра­жительность, возбудимость, наличие тревоги, неуверенности в себе. Утвер­ждения шкалы психопатизации охватывают такие черты, как равнодушие к принципам долга и морали, безразличие к мнению окружающих, вспыльчи­вость, подозрительность. Учитывая высокое стандартное отклонение данных показателей, можно предположить, что вышеуказанные характеристики со­ответствуют меньшей части представителей шизоидного психотипа.

Обследованные шизоиды обладают невыраженными экстравертиро-ванными личностно-характерологическими чертами, а также высоким уров­нем конституциональной тревожности, что подтверждает теоретические зна­ния и практические наблюдения о врожденной конституциональной склон­ности к мнительности, тревоге, подозрительности, недоверию и наличию по­вышенного базового уровня тревоги. С одной стороны, у стеничных шизои­дов повышенная конституциональная тревожность способствует формирова­нию принципиального, жесткого, бескомпромиссного стереотипа поведения

-134-

с прогнозированием будущих ситуаций и заблаговременным предотвраще­нием возможных неблагоприятных «стечений обстоятельств». С другой сто­роны, повышение конституциональной тревожности у астеничных шизоидов способствует усилению сенситивности и психастеничности. В конечном сче­те оказывается, что, и в том, и в другом случае повышается уровень от­ветственного отношения к учебному процессу, а уровень успеваемости сни­жается лишь в случае развития невротического состояния.

С целью выявления более точных и глубоких взаимосвязей экспери­ментально-психологических характеристик, а также для повышения досто­верности проводимого исследования всех обследуемых шизоидов мы разде­лили на подгруппы в зависимости от степени успеваемости и представили средние сравнительные данные в таблице 3.9. Подгруппа отличников соста­вила 28,6%, хорошистов - 39,3% и троечников - 32,1% от всех обследован­ных.

Таблица 3.9 Зависимость степени успеваемости от психологических характеристик у представителей шизоидного психотипа

 

Номер пере­менной	Имя пере­менной	Среднее -отличники	Среднее -хорошисты	Среднее -удовлетворит.
1	Е	1.62500	2.18182	1.22222
2	V	-3.87500	-2.72727	-0.47474
3	D	2.37500	2.54545	0.83838
4	В	1.75000	2.27273	1.55556
5	М	6.87500	7.81818	4.24242
6	Ф	3.12500	1.81818	1.55556
7	ВН	2.87500	1.18182	1.00000
8	О-ФН	-1.37500	0.54545	-3.11111
9	А	5.00000	3.18182	-2.33333
10	И	2.25000	2.72727	2.37373
11	нд	4.50000	1.27273	-0.12121
12	СТ	2.00000	3.54545	-1.27500
13	н	39.25000	16.36364	22.66667
14	п	-10.00000	-16.27273	-17.88889
15	Э-И	15.75000	14.18182	13.47400
16	Н-Э	14.12500	15.54545	14.75000
17	кт	24.87500	16.54545	21.00000

-135 -

Наиболее значимые патопсихологические показатели, участвующие в дифференциальной диагностике между подгруппами, были выделены с по­мощью дискриминантного математического анализа.

Для подгруппы отличников и хорошистов таковыми явились шесть патопсихологических показателей:

-   невротизация (Н)                                                              28,54 %

-   конституциональная тревога (КТ)                                   19,74 %

-   психопатизация (П)                                                          13,82 %

-   невротическая депрессия (НД)                                        11,48 %

-   экстра-интроверсия (Э-И)                                                9,73 %

-   феминизация (Ф)                                                              7,33 %
Дискриминантный показатель квадрат Махаланобиса, равный 11.5

усл.ед., и квадрат Хотеллинга, равный 65,89 усл.ед. Оценивая достоверность произведенных расчетов, можно сказать, что подгруппа отличников диффе­ренцируется безошибочно, а подгруппа хорошистов с 8,87% ошибок. Данный показатель подчеркивает высокую степень достоверности отличительных признаков вышеописанных подгрупп.

Результаты психолого-математического анализа двух подгрупп де­монстрируют усиление психопатических черт, склонности к проявлению невротической депрессии, снижению конституциональной тревожности и усиление черт мужественности. При этом больше актуализируются реакция эмансипации и склонности к алкоголизации.

Для подгруппы хорошисты-троечники дифференциальные патопси­хологические показатели следующие:

-   психопатизация (П)                                                          24,61 %

-   невротизация (Н)                                                              16,56 %

-   конституциональная тревога (КТ)                                   14,84 %

-   астения (А)                                                                        12,30 %

-   ситуативная тревога (СТ)                                                 11,25 %

-   обсессивно-фобические нарушения (О-ФН)                   9,44 %

-136 -

- маскулинизация (М)                                                         8,72 %

Квадрат Махаланобиса равен 8,6 усл.ед. и квадрат Хотеллинга равен 73,21 усл.ед. Подгруппа хорошистов дифференцируется с 8,87% ошибок, а подгруппа троечников с 16,43% ошибок.

Сохраняется тенденция к росту психопатизации, ухудшение показа­теля невротической депрессии и ситуативной тревоги. Появляются новые дискриминантные показатели с отрицательной динамикой: шкала астении и обсессивно-фобических нарушений. На фоне высокого уровня конституцио­нальной тревоги увеличивается склонность к алкоголизации и нивелируются реакции эмансипации.

Для подгруппы отличники-троечники дифференциальные патопсихо­логические показатели следующие:

-   невротизация (Н)                                                              21,13 %

-   конституциональная тревога (КТ)                                   17,85 %

-   психопатизация (П)                                                          15,34 %

-   астения (А)                                                                        13,55 %

-   невротическая депрессия (НД)                                        8,78 %

-             ситуативная тревога (СТ)                                                7,53 %
Анализируя патопсихологические показатели по вектору успеваемо­
сти от отличников к троечникам, определяется значительное снижение пока­
зателя невротизации и конституциональной тревожности с одновременным
некоторым увеличением показателя по шкале психопатизации. Продолжают
расти показатели астении, невротической депрессии и обсессивно-фобиче­
ских нарушений, что является признаком негативного личностного дрейфа в
сторону пограничной аномальной личности.

Таким образом, на патопсихологическом уровне диагностики мы под­тверждаем, что у представителей шизоидного психотипа в стрессовый пе­риод отмечаются в значительной степени личностная тревога, склонность к психопатическому поведению и психологическая склонность к алкоголиза­ции. Такие реакции можно отнести к адаптационному поведению, компенси-

-137 -

рующему повышенный уровень конституционального внутреннего напряже­ния у шизоидов, а также формирующиеся невротические личностные реак­ции сенситивного и депрессивного характера.

На основании психолого-педагогического метода наблюдения были определены приоритетные методы усваивания и стили воспроизведения ино­странного языка.

На диаграмме 3.5 представлены результаты процентного соотноше­ния методов усваивания и стилей овладения иностранным языком представи­телями шизоидного психотипа.

Среди обследованных у 48% определен вербальный, а у 52% - зри­тельный приоритетные методы усваивания информации. Из всех обследо­ванных 36% отличаются коммуникативным, а 64% - некоммуникативным стилем овладения информации.

Диаграмма 3.5

Соотношение методов усваивания и стилей овладения иностранного языка у представителей шизоидного психотипа

Для шизоидного психотипа независимо от методов усваивания ино­странного языка характерен некоммуникативный стиль овладения. Это под­тверждает общую характеристику шизоидного психотипа. С нашей точки зрения, 64% обследованных с некоммуникативным стилем овладения вклю­чают преимущественно астеничных шизоидов, особенно в период декомпен-

-138 -

сации, т.к. обостряется замкнутость, ухудшается способность к вербализации и восприятию на слух сложных грамматических конструкций, актуализиру­ется нерешительность и рассеивается активное внимание. Эта группа в большей части представлена троечниками и хорошистами. Для них характе­рен в большем проценте случаев зрительный метод усваивания иностранного языка.

Группу обследованных с коммуникативным стилем овладения пре­имущественно составляют отличники и незначительный процент хороши­стов. Представители данных подгрупп являются стеническими шизоидами с хорошим витальным тонусом, высоким интеллектом и широкими компенса­торными возможностями. Редко происходит ситуация, когда возможна де­компенсация личностно-характерологических особенностей и изменение по­веденческого стереотипа. Стремление к совершенному знанию английского языка и способность к усидчивости позволяет опередить своих однокурсни­ков на несколько шагов вперед. Именно поэтому стеничные шизоиды в диа­пазоне психологической нормы-акцентуации с присущей им врожденной по­требностью в ограничении внешних контактов и низкой утомляемостью представляют интерес для работы в силовых и дипломатических службах страны.

Творческий подход в техническом переводе и точность воспроизве­дения профессионального и коммуникативного английского языка расширяет возможности устройства на работу и повышает продуктивность любой орга­низации, где работают представители шизоидного психотипа диапазона пси­хологической нормы со стеническим типом психобиологического реагирова­ния и преимущественными коммуникативными способностями.

-139 -ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Результаты психолого-педагогического и экспериментально-психоло­гического обследования студентов, обучающихся иностранному языку, по­зволяет сделать вывод об обучении студентов в ВУЗе, располагающихся в различных диапазонах конституционально-континуального пространства: психологической нормы-акцентуации и пограничной аномальной личности, относящихся по психотипологической структуре к различным личностным психотипам. Многообразие личностных психотипов было сведено к четырем - циклоидам, истероидам, эпилептоидам и шизоидам. У обследованных сту­дентов были обнаружены психологические личностно-характерологические особенности, личностные и поведенческие декомпенсации и дезадаптации с редкими проявлениями аномальных реакций и формированием невротиче­ских нарушений.

Все студенты, относящиеся к диапазону психологической нормы-ак­центуации, демонстрировали хорошие и надежные конституциональные ме­ханизмы психологической защиты в виде компенсации и адаптации к напря­женным и стрессовым ситуациям как в учебной обстановке, так и вне стен учебного заведения. Они отличались прочным психолого-биологическим ре­зервом, что позволяло выполнять длительные умственные нагрузки с высо­кой степенью ответственности и хорошей продуктивностью. Подтвержде­нием вышесказанному служит тот факт, что не удалось выявить декомпенса-торные и невротические реакции. В то же время многие отличались фрагмен­тарными, транзиторными компенсаторными реакциями, что указывало на максимальное напряжение функционирования конституциональных меха­низмов психологической защиты. У отдельных представителей диапазона нормы-акцентуации можно было зарегистрировать эпизодически возникаю­щее ситуационно обусловленное аномальное личностное и поведенческое реагирование.

 
 

Диаграмма 3.6

Соотношение методов усваивания и стилей воспроизведения иностранного языка у представителей различных психотипов

Истероидам с отличной и хорошей успеваемостью относительно представителей других психотипов легко давалось обучение иностранному языку. Эмоциональная сфера отличалась неустойчивостью, лабильностью и наличием личностных переживаний, заметных для окружающих. Студенты истероидного психотипа диапазона психологической нормы-акцентуации в большинстве своем характеризовались успешным и стабильным овладением иностранным языком. Однако в условиях ежедневного социально-информа­ционного стрессирования и несмотря на значительные успехи в изучении языка, им требовалось некоторое напряжение компенсаторных и адаптаци­онных психологических механизмов защиты, чтобы сохранить свой социаль­ный статус, социальный успех в среде сверстников. Хорошая способность к качественному восприятию нового материала, быстрому его воспро­изведению, интенсивный темп работы с низкой утомляемостью и работоспо­собностью характеризуют истероидов как потенциально высокоэффективных лингвистов в различных направлениях перевода. Однако излишняя эмоцио­нальность и подвижность нервных процессов не позволяет работать истерои­дам в неблагоприятных условиях информационно-стрессового воздействия длительное время, требуя перерывов и дополнительного отдыха, чтобы со-

-141 -

хранить психолого-биологический резерв. Напряженные условия учебного процесса вызывали у них временное нарушение компенсаторных механизмов адаптации в виде проявления тревожности, суетливости, беспокойства, не­значительных вегетативных реакций и кратковременных тенденций к гетеро-агрессии.

Подобная характеристика указывает на конституциональную лично­стную предиспозицию части истероидов, которые в условиях социального стрессирования обнаруживают тенденцию к негативному личностному дрейфу в сторону диапазона пограничной аномальной личности.

Если же социальные условия обитания, система межличностных от­ношений микро- и макросоциума по отношению к истероидам отличались терпимостью, психологическим пониманием их проблем, доброжелательно­стью, то истероиды-отличники характеризовались повышением толерантно­сти к различного рода стрессорам, отсутствием аномальных личностных пе­реживаний и признаков патологического стереотипа поведения.

У представителей подгруппы троечников появлялась склонность к интравертированным реакциям на фоне социально-стрессового информаци­онного воздействия с формированием неустойчивых эмоциональных реак­ций, усилением черт истероидности со снижением адаптационных возмож­ностей в окружающей обстановки, что, в конечном счете, изменяло приори­тетный метод восприятия информации и трансформировало коммуникатив­ные свойства личности. Снижалась способность качественного восприятия речи на слух, легкости и эмоциональной насыщенности устного общения, но повышалось качество произношения и правильность перевода, исчезала сте­реотипность и расширялся словарный запас обследуемых студентов.

Таким образом, у представителей истероидного психотипа по вектору успеваемости от отличников к троечникам нарастают аномальные личност­ные психологические реакции с неустойчивостью эмоциональных пережива­ний, выраженностью вегетативных проявлений, а также признаками невро­тического реагирования в структуре личностной субкомпенсации, что неиз­менно отражается негативно на успеваемости студентов.

-142-

Анализ восприятия и стиля воспроизведения информации показал, что у группы истероидов с преимущественно вербальным методом воспри­ятия (40% от общего числа) преобладает коммуникативный стиль воспроиз­ведения информации; у группы истероидов с преимущественно зрительным методом восприятия информации (60% от общего числа) определяется не­коммуникативный стиль воспроизведения информации.

Таким образом, определенная часть истероидов приобретала зритель­ный метод восприятия информации и склонность к некоммуникативному стилю воспроизведения, за счет изменения психотипологического реагиро­вания. Другая часть обладала смешанными психотипологическими характе­ристиками с другими психотипами, которые и играли основную роль в фор­мировании индивидуального стиля обучения. Наконец меньшая часть исте­роидов обладала хорошим интеллектом, терпением, способностью адекватно оценивать ситуацию и оптимально принимать решения, т.е. демонстрировала преобладание черт личности над характером, что обеспечивало хорошую адаптацию в условиях обучения иностранному языку в высшем учебном за­ведении.

Психологическая характеристика циклоидов с отличной успеваемо­стью отличалась высоким жизненным тонусом, целеустремленностью и спо­собностью быстро и эффективно решать учебные задачи. Эмоциональная на­пряженность и беспокойство возникали редко. Отмечались стойкие и хорошо выраженные механизмы адаптации к быстро меняющимся условиям учеб­ного процесса и капризам преподавательского состава, что позволяло сохра­нять стабильный уровень межличностных отношений со сверстниками и преподавателями, сохранять ровный эмоциональный фон настроения с ги-пертимным оттенком и адекватный поведенческий стереотип на происходя­щие события.

Представители группы с удовлетворительной успеваемостью харак­теризовались нарастающим эмоциональным напряжением усилением беспо­койства, тревожности, что сопровождалось учащенным сердцебиением, го­ловной болью, возникновением эпизодов кратковременной меланхоличности,

-143 -

вялости и упадка сил в условиях банального социально-информационного стрессирования, свойственного крупному учебному заведению.

Данные экспериментально-психологического исследования указы­вают на склонность всех представителей циклоидного психотипа к делин-квентному поведению. Для студентов с удовлетворительной успеваемостью (22%) характерно незначительное ухудшение показателей по шкалам эман­сипации, делинквентности, маскулинизации, что с низким значением шкалы психопатизации (-13,46) говорит о появлении личностных и поведенческих отклонений, которые в будущем способствуют развитию невротических рас­стройств. Легко возникают признаки астенизации под влиянием стрессоров, когда усиливается меланхоличность, стабилизируется спад настроения, сни­жается психологическая толерантность, что проявляется в виде несдержан­ности, нетерпеливости, суетливости.

Студенты-отличники (32%) с циклоидным психотипом отличаются высоким жизненным тонусом, стеничностью, высокой психологической то­лерантностью к социально-стрессовым информационным воздействиям, ста­бильным индивидуальным барьером психологической и психической адапта­ции. Соотношение методов усваивания и стилей воспроизведения иностран­ного языка у представителей циклоидного психотипа обнаружило, что у 37% обследованных преобладают вербальный, у 63% - зрительный приоритетные методы усваивания информации. 37% обследованных отличаются коммуни­кативным, а 63% - некоммуникативным стилями воспроизведения получен­ной информации.

Следовательно, для циклоидов характерен высокий уровень процесса интериоризации умственной работоспособности, когда усваиваемая инфор­мация и некоммуникативный стиль воспроизведения информации способст­вует переводу внешней активности во внутреннюю интеллектуальную дея­тельность. Именно поэтому циклоиды отличаются высоким уровнем профес­сионального перевода иностранной литературы.

Сравнивая студентов с эпилептоидным психотипом и с различной ус­певаемостью, мы доказали, что обследованные с отличной   и хорошей ус-

-144-

певаемостью располагались в диапазоне психологической нормы-акцентуа­ции, отличаясь надежным психолого-биологическим резервом, что исклю­чало личностные реакции дезадаптации.

В подгруппе с удовлетворительной успеваемостью студенты распре­делялись в диапазоне ПАЛ и характеризовались большей степенью уязвимо­сти со стороны социально-стрессовых информационных факторов в виде развития аномальных личностных и поведенческих реакций с гетероагрес-сивными тенденциями, а у 13% обнаруживалась склонность к формирова­нию психических декомпенсаций с последующей структуризацией простых невротических синдромов, что доказывает невысокую психологическую и психическую адаптацию у студентов- троечников.

Значимыми отличительными патопсихологическими показателями «хорошистов» от «отличников» являются снижение уровня эмансипации и повышение психологической склонности к алкоголизации, усиление экстра-вертированных личностно-характерологических черт и повышение неустой­чивости, лабильности нервных процессов по отношению к внешнему воздей­ствию.

Сравнительный экспериментально-психологический анализ между подгруппами «хорошистов-троечников» обнаружил иное распределение мар­керов дифференциальной диагностики. Нарастание значений показателей шкал истерии, астении, обсессивно-фобических проявлений свидетельствует о тенденции к развитию невротических реакций у студентов «троечников». Высокий уровень психопатизации у них свидетельствует об упрямстве в межличностных взаимоотношениях и выходу за рамки общепринятых норм морали, что ограничивает освоение иностранного языка.

Результаты психолого-математического анализа подгрупп «отлични­ков-троечников» подтвердили общую тенденцию к ухудшению психологиче­ского и психического здоровья студентов в условиях социального стрессиро-вания. Наступающие изменения снижают концентрацию внимания и работо­способность, ухудшая процессы восприятия, усваивания и воспроизведения информации.

-145-

У 52% студентов с эпилептоидным психотипом определен вербаль­ный, у 48% - зрительный приоритетные методы усваивания информации; 48% отличаются коммуникативным, а 52% - некоммуникативным стилем ов­ладения информации. Студенты, обладающие хорошей коммуникативной активностью, общей успешностью в обучении интенсивным методом, отно­сительным равновесием произвольного и непроизвольного запоминания, от­личаются преимущественно вербальным методом усваивания информации. К ним относятся студенты с отличной и хорошей успеваемостью. Деятельность представителей с коммуникативным стилем овладения языком в целом ха­рактеризуется непроизвольностью, импульсивностью и меньшим самокон­тролем, что соответствует психологической характеристике большей части эпилептоидов. У эпилептоидов «троечников» появляется тенденция к интра-вертированному типу реагирования, с сохранением вербального метода вос­приятия, но уже с признаками некоммуникативного стиля овладения мате­риалом, что, видимо, отражает неполное соответствие процентного соотно­шения стилей овладения и методов восприятия иностранного языка.

«Троечники» отличаются несоответствием между хорошей работо­способностью, эмоциональной насыщенностью, полноценностью волевых установок и степенью успеваемости. В условиях информационного стресси-рования наблюдается истощение компенсаторных механизмов адаптации и наступает период дезадаптивных психологических реакций, приводящих к асинхронному восприятию, усваиванию и воспроизведению информации, и только затем снижается уровень успеваемости, что следует учитывать для наиболее эффективного обучения студентов-эпилептоидов.

Противоположной характеристикой обладают студенты с некомму­никативным стилем овладения языком и зрительным методом усваивания информации, когда преобладает невыразительность коммуникативных дей­ствий, пассивность в речевом общении на иностранном языке, относительно высокая степень выраженности словесно-логического стиля деятельности.

Таким образом, расположение представителей эпилептоидного пси­хотипа в диапазоне психологической нормы обеспечивает успешное и про-

-146-

дуктивное обучение иностранному языку. Для эпилептоидов как вербаль­ный, так и зрительный методы восприятия являются одинаково эффектив­ными с точки зрения дальнейшего использования полученной информации. Представители коммуникативного и некоммуникативного стиля способны на высококачественном уровне использовать свои потенциал лингвистических знаний. Однако устойчивость к стрессовому влиянию окружающей среды и предрасположенность к минимальной мозговой дисфункции передвигают эпилептоидов на второй план по степени активности и продуктивности ин­теллектуальной деятельности после представителей с циклоидной и истеро-идной структурой психотипов, которые за счет подвижности эмоциональных процессов быстрее достигают личностной компенсации.

Наблюдения подтверждают более низкую толерантность представи­телей шизоидного психотипа ПАЛ к социально-стрессовым ситуациям и лю­бым экзогенным воздействиям в целом, чем шизоидов психологической нор­мы. Ограниченность адаптации, которая устойчива преимущественно в элек­тивном социальном круге (семейном, производственном,) облегчает сначала заострение личностно-характерологических черт и затем возникновение лич­ностных и поведенческих расстройств, что, в свою очередь, отражается на снижении успеваемости и успешности изучения иностранного языка. Чаще всего данные представители имеют удовлетворительную успеваемость, обла­дают зрительным способом восприятия информации, не могут проявить себя в письменном техническом переводе и тем более в коммуникативном анг­лийском.

Результаты психолого-математического анализа демонстрировали усиление психопатических черт и мужественности, склонности к проявле­нию невротической депрессии, снижению конституциональной тревожности на фоне актуализации реакций эмансипации и психологической склонности к алкоголизации по мере продвижения от испытуемых из подгруппы «отлич­ников» к «троечникам». Последнее вероятнее всего отражает негативный личностный дрейф в сторону диапазона ПАЛ с признаками формирующихся

-147-

невротических и личностных реакций сенситивного и депрессивного харак­тера.

Были определены приоритетные методы усваивания и стили воспро­изведения иностранного языка - у 48% определен вербальный, а у 52% - зри­тельный приоритетные методы усваивания информации. Из всех обследо­ванных 36% отличаются коммуникативным, а 64% - некоммуникативным стилем овладения информации.

Для шизоидного психотипа характерен некоммуникативный стиль овладения языком. 64% обследованных с таким стилем овладения включают преимущественно шизоидов с астеничным компонентом, скорее всего, в пе­риод декомпенсации, когда обостряется замкнутость и ухудшается способ­ность к вербализации, восприятию на слух сложных грамматических конст­рукций, актуализируется нерешительность и рассеивается активное внима­ние. В этой группе преобладают «троечники» и «хорошисты» с характерным для них зрительным методом усваивания иностранного языка.

С коммуникативным стилем овладения языком преимущественно со­ставляют отличники и незначительный процент хорошистов с шизоидным психотипом и стеническим компонентом, который обеспечивает стремление к совершенному знанию английского языка, способность к усидчивости. Именно поэтому стеничные шизоиды в диапазоне психологической нормы-акцентуации с присущей им врожденной потребностью в ограничении внеш­них контактов и высокой работоспособностью представляют интерес для ра­боты в силовых и дипломатических службах страны. Творческий подход в техническом переводе и точность воспроизведения профессионального и коммуникативного английского языка расширяет возможности устройства на работу и оптимизирует деятельность любого микросоциума, где работают представители шизоидного психотипа со стеническим типом реагирования в диапазоне психологической нормы.

-148 -ВЫВОДЫ

1. Для студентов с циклоидной структурой личности характерен вы­
сокий уровень процесса интериоризации в период учёбы, когда усваиваемая
приоритетная зрительная информация и некоммуникативный стиль воспро­
изведения информации оптимизирует перевод внешней активности во внут­
реннюю  интеллектуальную деятельность,  способствуя  высокому уровню
профессионального перевода иностранной литературы.

2.        Студенты с истероидной структурой   психотипа характеризуются
преимущественно вербальным методом усваивания информации, высокой
продуктивностью слуховой памяти, качественным восприятием лингвисти­
ческих конструкций, предъявляемых на слух, способностью быстро вникать
в смысл лингвистического диалога. Наличие коммуникативного стиля вос­
произведения позволяет поддерживать диалог без предварительной подго­
товки.  Высокая направленность внимания на речевую деятельность обеспе­
чивает участие и достижение значительных результатов в синхронном виде
переводов.

3.        Испытуемые с истероидной структурой личности под влиянием де­
структивной социальной среды отличались появлением аномальных лично­
стных и поведенческих реакций, которые ограничивали возможность освое­
ния иностранного языка в виде снижения качества восприятия речи на слух с
исчезновением лёгкости и эмоциональной насыщенности устного общения,
способствуя переводу студентов в подгруппу «троечников».

4.        Студенты с эпилептоидной структурой психотипа характеризуются
коммуникативным и некоммуникативным стилем овладения языком как
вербальным, так и зрительным высокоэффективными методами усваивания
информации. Сочетание некоммуникативного стиля овладения языком и зри­
тельного метода усваивания информации обеспечивает медленное воспри­
ятие и переработку словесной конструкции на слух при качественном выпол­
нении лингвистических заданий. Способность к длительной мобилизации по­
зволяет достичь успеха при синхронном и техническом переводе, с одинако-

-149-

вым успехом проявлять творческий потенциал и выполнять внешне рутин­ные задания.

5. У студентов с шизоидным психотипом и астеническим реагирова­нием преобладает некоммуникативный стиль овладения языком и зритель­ный метод усваивания информации, когда ухудшается способность к верба­лизации, восприятию на слух сложных грамматических конструкций и рас­сеивается активное внимание. Коммуникативный стиль овладения языком сочетается со стеническим реагированием и одинаково успешным вербаль­ным и зрительным методами восприятия, обеспечивая высокую и точную ра­ботоспособность. Творческий подход в техническом переводе и точность воспроизведения профессионального и коммуникативного английского языка оптимизирует деятельность любого микросоциума, где работают представи­тели шизоидного психотипа, располагающиеся в конституциональном диа­пазоне психологической нормы - акцентуации.

-150-СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1.    Айзенк Г.Ю. Интеллект: новый взгляд // Вопр. психологии.- 1995. - №1. - С.
111-131.

2.                                   Алхазишвили А.А. Психологические основы обучения устной иностранной
речи. - Тбилиси: Ганатлеба, 1974. -160 с.

3.                                   Алыбина А.Т. Особенности мнемической деятельности студентов языкового
ВУЗа и обучаемость иностранным языком: автореф. дис. ... к-та психол. наук.
-М., 1977. -23 с.

4.                                   Ананьев Б.Г. О проблемах современного человекознания. - М.: Наука, 1977.

5.                                   Анастази А. Психологическое тестирование. - М.: Педагогика, 1982.

6.                                   Анохин П.К. Очерки по физиологии функциональных систем. - М.: Ме­
дицина, 1975. - 346 с.

7.                                   Ахвердова О.А. Экспериментально-психологическая диагностика личностно-
характерологического континуума подростков. Монография.- М.,  1998. -
154с.

8.                                   Ахвердова О.А.,  Боев  И.В.  Сравнительные результаты психологических
исследований подростков с различными психотипологическими особенно­
стями социально-стабильного и социально-нестабильного периодов общества
//Вестник СГУ: Ставрополь, 1999. - №16. - С. 28-31.

9.                                   Ахвердова О.А., Боев И.В., Коваленко А.П. Дифференциальная психология
акцентуаций и конституциональных личностных радикалов у подростков //
Учебно-методическое пособие для практических психологов, психиатров,
наркологов, социологов, юристов. - Ставрополь, 1997. - 50 с.

10.                           Белашева И.В. Психолого-антропологическая характеристика и диагностика
психотипологических конституциональных основ личности подростка: авто­
реф. дис.... к-та психол. наук. - Москва, МПГУ, 1999. - 18 с.

11.                           Белоус В.В. Возрастные и половые различия приспособительной значимости
некоторых свойств темперамента. - Вопр. психол., 1978. - №2. - С.60-69.

12.                           Белоус В.В. Типологические исследования по психологии личности. - Пермь,
1968.-117 с.

-151-

13.                            Беляев Б.В. Очерки по психологии обучения иностранным языкам. - М.,
1965.

14.                            Бим И.Л. Теория и практика обучения немецкому языку в средней школе. -
М., 1988.

15.                            Блейхер В.М., Крук И.В. Патопсихологическая диагностика.- Киев: Здоровье,
1986.

16.                            Богоявленская Д.Б.  Богоявленский Д.Н..  Менчинская Н.А.     Психология
усвоения знаний в школе. - М., 1959. -183 с.

17.                            Богоявленская Д.Б. Интеллектуальная активность как проблема творчества. -
Ростов, 1983.-173 с.

18.                            Богоявленский Д.Н., Менчинская Н.А. Психология усвоения знаний в школе.
-М., 1959.

19.                            Бодалев А.А.  О направлениях и задачах научной разработки проблемы
способностей // Проблемы способностей в современной психологии. -    М.,
1984.-С. 6-17.

20.                            Боев И.В. Пограничная аномальная личность. - Ставрополь: СГУ, 1999. - 362
с.

21.                            Боев И.В., Ахвердова О.А. Условия формирования пограничной личностной
патологии. // Сб. науч. трудов. 1 Конгресс Юга России.- Ставрополь, 1998,
Т.2.

22.                            Боев И.В., Ступак С.Ф. Фортран - программа для дискриминантного анали­
за.- М., 1979, ВНТИЦ, с.1-9.

23.                            Божович Л.И. Значение осознания языковых обобщений в обучении право­
писанию / Изв. АПН РСФСР. - М., 1946. - Вып. 3. - С. 98-104.

24.                            Братусь Б.С. Аномалии личности.- М.: Мысль, 1988. - 304 с.

25.                            Брушлинский  А.В.   О   природных  предпосылках  психического  развития
человека.- М.: Знание, 1977.

26.                            Витт Н.В. Психологические вопросы индивидуализации обучения иностран­
ному языку в средних специальных  школьных  заведениях.   - М.,  Высшая
школа, 1975. -193 с.

-152 -

27.                            Волоскова Н.Н. Варианты аномальной конституционально-типологической
изменчивости личности,  детерминированной  органической  недостаточно­
стью мозга, у современных подростков (психодиагностика, психокоррекци-
онные технологии): автореф. дис.... д-ра психол. наук. - СПб., 2001. - 44 с.

28.                            Ганнушкин П.Б. Избранные труды по психиатрии. - М.: Медицина,   1964. -
217 с.

29.                            Гиндикин В.Я., Гурьева В.А. Личностная патология. - М.: «Триада-Х», 1999.
-389 с.

30.                            Гнучев В.Ф. Динамика личностных психотипов в условиях хронического
социального стресса: автореф. дис. ... к-та психол. наук. - Ставрополь, СГУ,
2001.-24 с.

31.                            Голубева Э.А. Способности и ндивидуальность. - М., 1993.

32.                            Голубева Э.А. Способности и склонности: комплексное исследование. - М.,
1989.

33.                            Деглин В. Функциональная асимметрия - уникальная особенность мозга //
Наука и жизнь. - 1975. - № 5.

34.                            Егорова М.С. Психология индивидуальных различий. - М., 1997. - С. 36-57.

35.                            Зимняя И.А. Педагогическая психология. Учеб. Пособие. - Ростов-на-Дону. -
Изд-во: «Феникс», 1997.

36.                            Зимняя И.А. Психологические аспекты обучению говорению на иностранном
языке. 2-е изд. М., 1985.

37.                            Зиновьев П.М. Характер и конституция. - М., Научное слово, 1929. - №5 - 53
с.

38.                            Зинченко В.П.,  Мамардошвили М.К.  Проблемы  объективного  метода в
психологии. - Вопросы психологии. - 1997. - № 7 .

39.                            Золотарев   С.В.   Психофизиологическая   характеристика   и   диагностника
личностно-типологического конституционального континуума подростков:
автореф. дис.... к-та психол. наук. - СПб., 1999. - 23 с.

40.             Иванов Н.Я., Личко А.Е., Озерецковский С.Д. Усовершенствование процеду­
ры обработки результатов, полученных с помощью патохарактерологическо-

-153 -

го диагностического опросника для полростков // Патохарактерологические исследования у подростков. - Л.: Б. И., -1982.

41.                            Кабардов   М.К.   Коммуникативно-речевые   и   когнитивно-лингвистические
способности и склонности //Глава в коллективной монографии Способности
и склонности - М., 1989. С. 103-128.

42.             Кабардов М.К. О диагностике языковых способностей //Психологические и
психофизиологические исследования речи. - М., 1985. - С. 176-202.

43.             Кабардов М.К. Роль ….   различий в успешности овладения иностранным
языком: автореф. канд. дис. - М., 1983.

44.                            Кабардов М.К., Матова М.А. Межполушарная асимметрия и вербальные и
невербальные компоненты познавательных сопособностей // Вопр. Психол,
1988. - №6. -С. 106-115.

45.                            Калмыкова З.И. Продуктивность мышления как основа обучаемости. - М.,
1981.-200 с.

46.                            Каспарова А.Д. О некоторых компонентах иноязычных способностей  и  их
развитие у школьников // Иностранные языки в школе. - № 5. - 1986. - С. 17-
21.

47.             Кербиков О.В. Избранные труды. - М. - «Медицина» -1971. - 312с.

48.             Климов Е.А. Индивидуальный стиль деятельности. Л., 1968.

49.             Кобрянова    И.В.    Психодиагностика    конституционально-типологической
личностной изменчивости подростков в условиях хронического воздействия
неблагоприятных эколого-химических факторов неорганического происхож­
дения: автореф. дис.... к-та психол. наук. - Ставрополь, СГУ, 2002. - 21 с.

50.                            Ковалев А.Г., Мясищев В.Н. Психологические особенности человека.: Л.,
1957, т.1.

51.                            Ковалев В.В. Семиотика и диагностика психических заболеваний у детей и
подростков. - М.: Медицина, 1985. - 288 с.

52.                            Кон И.С. Постоянство и изменчивость личности //Психологический журнал.
-1987.-№4.-С. 126-137.

53.                            Кон И.С. Социологическая психология. Москва - Воронеж, 1990.

-154-

54.                           Косинова  В.В.   Психологическая  дифференциальная  диагностика  уровня
самосознания у подростков с признаками аномальной конституционально-
типологической личностной изменчивости: автореф. дис. ... к-та психол. на­
ук. - Ставрополь, СГУ, 2002. - 23 с.

55.                           Кочергина А.В. Психофизиологическая и психологическая дифференциаль­
ная диагностика посттравматических стрессовых расстройств: автореф. дис.
... к-та психол. наук. - СПб., 2000. - 21 с.

56.                           Кречмер Э. Строение тела и характер. 2-е изд.: Пер. с нем. - М. - Л.: Госиз­
дат, 1930.-304 с.

57.                           Кречмер Э. Строение тела и характер. Пер. с нем. М.: Педагогика-Пресс,
1995.-283 с.

58.                           Кривоконь В.И. Влияний стрессогенных факторов на динамику структуры
личности профессионала: автореф. дис. ... к-та психол. наук. - Ставрополь,
СГУ, 2001.-27 с.

59.                           Крупнов А.И. О понятии психической активности как компонента темпера­
мента и возможных параметрах ее изменения: Материалы Моск. конф. моло­
дых психологов. - М., 1969.

60.                           Крупнов  А.И.   О  психодинамических  характеристиках  интеллектуальной
активности человека // Вопр. психологии. - 1981. - №6. - С. 75-83.

61.                           Крутецкий В.А. Проблема формирования и развития способностей // Вопро­
сы психологии. -1972. - № 2. - С. 6-11.

62.                           Крутецкий В.А. Психология математических способностей школьников. - М.,
1968.-206 с.

63.                           Лазурский А.Ф. Классификация личностей. М.,1923. - 299 с.

64.                           Ласко Н.Б. Основные принципы разработки и применения методики опреде­
ления уровня невротизации и психопатизации //   Психологические методы
исследования личности в клинике. - Л.: ВМА, 1978. - 135 с.

65.                           Лейтес   Н.С.   Опыт   психологической   характеристики   темпераментов   //
Типологические особенности высшей нервной деятельности человека. М.,
1956.

66.                           Лейтес Н.С. Умственные способности и возраст. - М.: Педагогика, 1971.

-155 -

67.                           Леонгард К. Акцентуированные личности. Пер. с нем. Ростов-на-Дону: изд-
во «Феникс», 2000. - 287 с.

68.                           Леонтьев А.А. Основные линии развития методики преподавания иностран­
ных языков в СССР (40-80-е гг.) //Общая методика обучения иностранным
языкам. - М., 1991.

69.                           Леонтьев А.А.Основы психолингвистики. - М.: «Смысл», 1997.

70.                           Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. - М., 1975. с. 123.

71.                           Леонтьев А.Н. О формировании способностей // Вопросы психологии, 1960,
№1.

72.                           Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики. - М., 1981. - 297 с.

73.                           Либин А.В. Стилевые и темпераментальные свойства в структуре индивиду­
альности человека: канд. дис.: М., 1993.

74.                           Лисина М.И. Общение   психическое развитие // Проблема способностей в
советской психологии. - М., 1984. - С. 25-33.

75.                           Личко А.Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков.- Л.: Медици­
на. -1983. - 255 с.

76.                           Ломов Б.Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии. - М.:
Наука, 1984.

77.                           Лурия А.Р. Высшие корковые функции человека. - М., 1969.

78.                           Лурия А.Р. Основы нейропсихологии. - М., 1973.

79.                           Лурия А.Р. Эволюционное введение в психологию. - М.: Академический
проект. -1975. - 504с.

80.                           Лурия А.Р. Язык и сознание. - М.: Изд-во Московского уиниверситета, 1998.

81.                           Магин Н.С. О некоторых видах способностей к усвоению иностранного
языка // Проблемы способностей / Под ред.   Мясищева В.Н.   - М., 1962. -
282с.

82.                           Мазурик Т.Н. Влияние индивидуально-психологических качеств   студентов
на успешное усвоение иностранного языка:  автореф. дис. ... к-та психол. на­
ук. - М., 1984. - 24 с.

83.                           Малешина  М.С.   Индивидуально-типологические  предпосылки   овладения
иностранным языком. автореф. дис.... к-та психол. наук. - М., 1992. -18 с.

-156 -

84.                           Малешина  М.С.   Индивидуально-типологические  предпосылки   овладения
иностранным языком: Автореф. дисс. ... кандидата психологических наук. -
М., 1992.

85.                           Малых С.В. Роль среды и наследственности в формировании индивидуаль­
ности человека. - М., 1988.

86.                           Матюшкин А.М. Психологические основы дидактики и развития творческих
способностей в обучении // Проблемы способностей в современной психоло­
гии.-М.,1984.-С. 18-23.

87.                           Менделевич В.Д. К обоснованию патогенетической зависимости некоторых
психологических механизмов неврогенеза // Обозрение психиатрии и меди­
цинской психологии им. В.М. Бехтерева. - 1991. - №3.

88.                           Мерлин В.С. Структура личности: характер, способности, самосознание. -
Пермь, ПГПИ, 1990.-412 с.

89.                           Митрофанова О.Д. Функционирование русского языка: методический аспект
// Пленарный доклад на VII Конгрессе МАПРЯЛ. - М., 1990.

90.                           Мясищев В.Н. Личность и неврозы. Л., 1960. - 425 с.

91.                           Мясищев В.Н., Беспалько И.Г., Гильяшева И.Н. и др. Методы исследования
личности // Исследование личности в клинике и в экстремальных условиях. -
Л.:НИИ психоневрологии, 1969. - С. 69-96.

92.                           Назаренко Н.С. Психологические детерминанты эффективности овладения
иностранным языком в ВУЗе: автореф. дис. ... к-та психол. наук. - М., 1986. -
18 с.

93.                           Небылицын   В.Д.   Психофизиологические   исследования   индивидуальных
различий. - М., 1976. - С. 122.

94.                           Нечюнас В.Ю.     Об изучении компонентов иноязычных способностей /
Материалы IV Всесоюзного общества психологов. - Тбилиси, 1971. - 333 с.

95.                           Нечюнас В.Ю. Об изучении и прогнозировании иноязычных способностей /
Психологические вопросы профессиональной пригодности. - Вильнюс, 1981.
-172 с.

96.                           Никитина Т.Е.  Зависимость формирования личностных и поведенческих
нарушений от конституционально-типологических особенностей у военно-